— Сюань Си… поцелуй меня, пожалуйста? — голос его звучал хрипло, почти умоляюще.
— Поцеловать? — с недоумением посмотрел на него Сюань Си.
Тот внезапно обвился руками вокруг шеи Сюань Си, склонил голову и припал к его губам.
Губы Сюань Си были прохладными, а когда поцелуй углубился, можно было даже почувствовать, как две острые клыкастые пластины слегка покалывают кожу. Ученый целовал его сбивчиво и жадно, умудрившись в конце концов растревожить Сюань Си настолько, что тот ответил на поцелуй.
·
Шел ветер, шелестели листья. Прошло много времени: Ученый то терял сознание, то приходил в себя, снова забывался сном и опять просыпался, совершенно не соображая, через что ему довелось пройти. В каком-то тумане показалось, будто уже рассвело. Он открыл глаза и увидел, что Сюань Си по-прежнему держит его в объятиях, с воодушевлением издавая тихое шипение.
—…
Прошло ведь не меньше пяти-шести часов, не так ли? Тело Ученого почти онемело, но ради того, чтобы Сюань Си в этот раз было хорошо, ему оставалось лишь терпеть, не находя в себе сил сказать «нет».
В конце концов, Сюань Си пообещал, что это в последний раз.
В каменной пещере Сюань Си снова принялся мягко целовать его, рука Сюань Си коснулась его щеки, нашептывая что-то на змеином языке.
— Тело моей жены слишком слабо, — Ученый не понимал слов, но чувствовал, с какой нежностью говорил тот. — Как же моя жена справится в предстоящие тысячелетия?
Глава 16: Змеиная жена (Часть 1)
Тысячелетия… но на самом деле Ученый думал максимум о двадцати годах.
В книгах есть изречение: когда увядает красота, слабеет и любовь. Пройдет от силы лет двадцать, и человеческий облик начнет стареть; тогда все те клятвы о верности до гроба и неразлучности обратятся в ничто.
Поэтому Ученый рассчитывал лишь на то, что Великая Змея проведет с ним двадцать лет. Для него это уже считалось бы долгой совместной жизнью, и он никогда не помышлял о том, что Великая Змея станет делать ради него что-то большее.
·
И вот спустя несколько дней Ученый, глядя на кожу, сошедшую с его ног, погрузился в глубокие раздумья.
Он перевел взгляд на Сюань Си, который постукивал по земле кончиком хвоста. Тот посмотрел в ответ с видом крайнего воодушевления, словно не замечая в случившемся ничего странного.
С тех пор как несколько дней назад они соединили свои тела, у Ученого начала слезать кожа — то тут, то там. Поначалу Ученый думал лишь о том, что с приходом весны воздух стал слишком сухим, из-за чего кожа потрескалась, но вскоре понял, что дело нечисто.
Обычный человек, проведя в таких объятиях пять-шесть часов, непременно получил бы увечья, однако он, всего лишь выспавшись, после пробуждения смог встать на ноги.
Правда, проснувшись, он почти не чувствовал сил, после пары шагов падал на землю и не мог удержаться на ногах, ощущая на теле нечто донельзя изнурительное и капающее.
Сюань Си, с одной стороны, осторожно приподнимал его, а с другой — переносил к берегу омута и, словно обращаясь с драгоценным сокровищем из своей коллекции, зачерпывал воду, чтобы тщательно омыть те места, где скользил кончик его хвоста.
Когда он был вымыт, Сюань Си вытирал его тело длинным полотенцем, но то тягостное чувство никуда не девалось. Вскоре после этого кожа начала сходить клочьями — тут и там появлялись мелкие лоскуты, которые никак не удавалось содрать до конца, и от одного этого зрелища становилось не по себе.
·
— Ты… объяснишься? — Ученый сидел на краю кровати, поднимая глаза на Сюань Си.
Сюань Си качнул хвостом, ударив им о пол, и тихо зашипел.
На этом толстом и длинном змеином хвосте залегали твердые чешуйки цвета ночного неба. При ударах о землю невольно закрадывался страх: каково же придется человеку, если этот хвост опустится на его тело, оставляя кровавые рваные раны? Однако Сюань Си всегда бил хвостом очень бережно. И пусть он был коварным и холодным Демоном-змеей, при близком общении он оказывался совсем не страшным.
Ученый давным-давно перестал бояться подобных проявлений со стороны Сюань Си.
— Ты опять меня обманываешь, — Ученый плотнее запахнул одежды. — Считаешь, что меня легко провести, вот и издеваешься надо мной одним.
— Жена… — Сюань Си попытался подползти ближе.
— Не смей приближаться, — заявил Ученый, изо всех сил стараясь придать голосу суровый тон. — Если только ты не назовешь мне причину, будешь отныне сидеть в самом углу и больше не подойдешь ко мне.
— Нельзя, — тут же отверг его требование Сюань Си.
— Вот в этом ты сразу говоришь нельзя! А когда приставал ко мне и требовал близости, почему ты не говорил нельзя? — Ученый выглядел рассерженным, уголки его глаз даже слегка покраснели — то ли от злости, то ли от досады. Погодив немного и не дождавшись ответа от Сюань Си, он попросту схватил стоявшую рядом деревянную бадью и швырнул ее в сторону.
Впрочем, бросить ее прямо в Сюань Си он все же не осмелился, направив бадью к скалистой стене неподалеку.
— Во всем виноват ты! Ты… ты животное!
— Жена, не сердись, — Сюань Си мгновенно обвился хвостом вокруг бадьи, опустил ее на пол и протянул руки, чтобы обнять Ученого. — Я и есть животное.
—…
— Жена линяет, оттого и гневается, я знаю, — Сюань Си прижал его к себе, ладонью раз за разом поглаживая и успокаивая по спине. — Жена сердится — пусть скажет мне, я утешу жену.
Ученый с легким раздражением оттолкнул руку Сюань Си и со злости боднул его в грудь.
— У меня на теле уже выросло девять змеиных чешуек! Девять! А теперь я еще и линяю, — Ученый старался выглядеть грозно. — Я-то не хотел возвращаться в деревню, но я не говорил… не говорил, что хочу превратиться в такое существо.
— Жена не хочет растить змеиную чешую?
— Не хочу!
— Змеи все носят чешую, — медленно произнес Сюань Си, снова подвигаясь ближе. — Шу Е тоже будет носить.
— Я не хочу быть змеей!
Ученого прошибла внезапная дрожь.
Он человек и не желает превращаться в змею. Точно так же, хотя получеловеческий-полудемонический облик Сюань Си порой казался ему пугающим, он никогда не требовал, чтобы Сюань Си полностью стал человеком.
Один из них — человек, а другой — демон, и им изначально не было нужно заставлять друг друга подстраиваться под себя лишь потому, что внешность одного не похожа на сородичей другого. Если бы дело обстояло так, он предпочел бы вернуть все к самому началу, чем позволить кому-то из них измениться и утратить свободу.
Он поднял голову на Сюань Си, гадая, способен ли тот его понять.
— Шу Е не станет змеей, — с некоторым удивлением произнес Сюань Си. — Шу Е лишь отрастит чешую, змеей он не будет.
— Что это значит?
— Я говорил, что Шу Е — моя жена, и через сто лет, и через тысячу ничего не изменится, — Сюань Си наклонился, обхватил ладонями его лицо и вымолвил: — Чешуя, что растет у жены — моя Скрытая чешуя. Жена не бойся, змеей ты не будешь.
— О чем ты говоришь? — Ученый замер на полуслове, ошеломленно глядя на него. — Скрытая чешуя… неужели ты…
http://bllate.org/book/31452/3836608
Готово:
