Юй Ян сел в машину и, не изменяя своей болтливой натуре, стоило только застегнуть ремень безопасности, тут же повернулся пообщаться с Юй Сынянем.
— Дядя, когда ты в конце концов купишь мне Дукати?
— Когда твоя мама разрешит.
— Тогда проще сразу сказать, что не купишь.
— Ладно, тогда я не куплю тебе его.
— Дядя! — Юй Ян вытаращил глаза, но не прошло и двух секунд, как на его лице снова появилась привычная улыбка. Он перевел взгляд на Му Е. — Она холодная? Мне порцию принесли?
Му Е на мгновение замер, а затем подсознательно посмотрел на Юй Сыняня.
— Справа от тебя.
Юй Ян повернулся на поиски и действительно обнаружил свою чашку.
Он с детства отличался разговорчивостью, и сейчас, сидя в автомобиле, его рот почти ни на секунду не затыкался.
Устроившись полубоком на пассажирском сидении, он без умолку болтал с Юй Сынянем.
Хотя Юй Сынянь говорил немного, судя по тому, как он каждый раз отвечал Юй Яну, отношения между дядей и племянником были превосходными, и Юй Сынянь явно очень хорошо знал Юй Яна.
Му Е молча наблюдал за их беседой, изредка поглядывая в зеркало заднего вида на выражение лица Юй Сыняня.
Когда Юй Сынянь молчал, его брови всегда слегка сходились на переносице, от природы излучая некую суровость и тяжелую атмосферу. Но в этот момент, хотя он просто слушал болтовню Юй Яна, его брови и взгляд были совершенно расслабленными.
Глядя на оживленного, полного энергии и сияющего Юй Яна, Му Е на самом дне глаз на миг мелькнуло завистливое выражение.
Он потер пальцы: господин Юй, должно быть, предпочитает таких активных и лучезарных детей.
Юй Сынянь быстро заметил молчание Му Е, хотя тот и не был чересчур оживленным ребенком, но обычно он не молчал *так* мало.
Опасаясь, что проявил невнимание к собеседнику, Юй Сынянь несколько раз переводил разговор на Му Е, и за исключением первого раза, когда тот отвлекся, на остальные вопросы Му Е отвечал очень серьезно. Однако он ограничивался лишь ответами, и от начала до конца не проявил инициативы, чтобы вклиниться в беседу или завести новую тему.
Заметив, как Му Е снова принялся нервно теребить пальцы, Юй Сынянь внезапно понял, что что-то не так.
Обнаружив, что Му Е подвергается изоляции и буллингу, Юй Сынянь сразу же связался с Юй Яном. Получив от него краткое описание ситуации, он наказал племяннику: если тот увидит в школе, что Му Е обижают, то обязательно должен немедленно сообщить ему, а по возможности — лучше сначала самому помочь ему выпутаться и сгладить углы.
Юй Ян с готовностью согласился и даже сам предложил подружиться с Му Е.
Поразмыслив, Юй Сынянь не стал возражать.
Хотя он изо всех сил старался общаться и находить общий язык с Му Е, между ними все же была разница в возрасте, и Юй Сынянь чувствовал уважение и почтение, с которыми Му Е относился к нему. Но в то же время он ощущал, что рядом с ним мальчик не чувствует себя полностью расслабленным.
Возможно, дело было в возрасте, возможно — в социальном статусе, а может, в том, что Му Е чувствовал себя обязанным за оказанную ему милость.
Чему бы это ни было причиной, Юй Сынянь чувствовал его напряжение.
Когда Юй Сынянь впервые привез ребенка домой, он беспокоился о его безопасности и помнил о том, что Му Е протянул ему руку помощи.
Юй Сыняню тоже доводилось бывать в безвыходных ситуациях, и он знал, что люди на словах всегда говорят о человечности и морали, но тех, кто действительно протянет руку помощи, когда ты попадаешь в беду, можно пересчитать по пальцам.
Он был обязан Му Е, и, разумеется, должен был как следует отплатить ему.
Приведя мальчика в свой дом, он хотел относиться к нему со всей заботой.
Однако отношения между людьми — вещь непредсказуемая.
Будь Му Е из тех, кто спешит воспользоваться чужой благосклонностью ради выгоды или наглеет от хорошего отношения, Юй Сынянь помог бы ему благополучно пережить трудности, а затем вежливо и учтиво проводил. Но на этом их общение и закончилось бы.
Однако Му Е был не таков: Юй Сынянь чувствовал его растерянность и благоговейный трепет.
Если бы он действительно считал, что оказал Юй Сыняню неоценимую услугу, то вел бы себя куда более уверенно. Если бы он привык принимать доброту и заботу, то воспринимал бы это как должное.
Но ничего этого не было. И в помине не было.
Столкнувшись со столь добрым, честным и при этом обделенным теплом ребенком, Юй Сынянь не мог не смягчиться еще сильнее.
Именно поэтому он поддержал предложение Юй Яна: если представится возможность, он хотел, чтобы Му Е ощутил больше тепла от других людей.
Характер Юй Яна Юй Сынянь знал прекрасно: активный, лучезарный, жизнерадостный и общительный. К тому же они с Му Е ровесники, и если Юй Ян проявит инициативу, они, возможно, смогут стать хорошими друзьями, думалось ему.
Поначалу Юй Сынянь даже возлагал некоторые надежды, видя, как естественно Юй Ян заговорил с Му Е, и полагал, что они уже успели сблизиться.
Но теперь виделось, что всё обстояло иначе.
Му Е не заводил разговор с Юй Яном первым и при встрече с ним не выказывал радости от знакомства с новым другом.
Более того, сейчас он ощущал исходящую от Му Е смутную тоску.
Невольно снова нахмурившись, Юй Сынянь обратился к Юй Яну, который почти полностью развернулся к заднему сиденью:
— Сядь нормально.
Юй Ян на мгновение замер, но все же послушно повернулся обратно:
— Так ведь неудобно разговаривать.
— Тогда как раз отдохнешь немного.
— Я не устал.
— Я устал.
Юй Ян усмехнулся от такой отповеди младшего дяди, впрочем, он уже привык к нраву Юй Сыняня, и сегодняшнее терпение, с которым тот выслушивал его долгие речи, лишь казалось ему странным. Сейчас он не сердился, а плавно переключился на разговор с водителем:
— Сяо Чэнь, послушай меня...
Увидев, что Юй Сынянь внезапно оборвал Юй Яна, Му Е решил, что тот рассердился. Он повернулся, чтобы взглянуть на него, но заметил, что господин Юй по-прежнему улыбался ему, и его отношение ничем не отличалось от обычного, на лице не было и следа раздражения.
Му Е моргнул и тут же отвел взгляд. Его движение вышло несколько неуклюжим, однако Юй Сынянь не стал допытываться о причине, а просто вытащил из пакета с бабл-ти бумажный конвертик для трубочки.
Юй Сынянь разгладил и прижал пакет ладонью, завязал узелок на конце полоски бумаги, а затем принялся складывать ее туда-сюда вдоль пяти граней узелка. Взгляд Му Е оказался прикован к этому занятию: движения Юй Сыняня были быстрыми и плавными, и вскоре от бумажной полоски остался лишь небольшой усеченный край. Заправив внутрь лишнюю часть и слегка прижав пальцами грани пятиугольника, он завершил работу — в его руках оказалась слегка пухлая звездочка.
Пока Му Е пребывал в растерянности от того, что господин Юй умеет складывать звездочки, Юй Сынянь уже протянул ее прямо перед ним.
— Держи, — мягко произнес Юй Сынянь.
Му Е опешил. Сидевший спереди Юй Ян, услышав голос, обернулся и, заметив, что Юй Сынянь что-то протягивает Му Е, тут же с подозрением осведомился:
— Дядя, ты что, балуешь его втайне от меня? — он снова подался вперед, пытаясь заглянуть. — Что там, вкусняшка? Я тоже хочу.
Му Е проворно забрал звездочку из рук Юй Сыняня и крепко сжал ее в кулаке, не желая показывать Юй Яну, что это такое.
Впрочем, совершив этот жест, он лишь тогда осознал, насколько глупо выглядела его реакция, и уши Му Е мгновенно покраснели.
Его поведение лишь разожгло любопытство Юй Яна:
— Что это? Чего это мой дядя тебе такого дал?
Му Е плотно сжал губы, а затем достал из кармана батончик Сникерс и протянул Юй Яну.
— Тебе.
Юй Ян недоверчно посмотрел на него:
— Серьезно, это просто еда?
Заметив, что Му Е собирается забрать вещь обратно, он тут же закивал:
— Да-да-да!
Усевшись как положено, он тут же принялся разворачивать Сникерс.
— Умираю с голоду! Что мы будем есть? Я хочу хого, хочу пиццу, и желательно еще порцию раков в придачу.
Юй Ян снова принялся без умолку тараторить. Му Е всё еще чувствовал легкое онемение в пальцах, сжимавших звездочку, и сам не понимал, зачем совершил столь ребячливый поступок. Но в тот самый момент он действительно не хотел, чтобы Юй Ян видел, что именно подарил ему господин Юй, и не хотел, чтобы господин Юй одарил того тем же самым.
Му Е медленно сжал кулак крепче: с малых лет ему редко доставались подарки, которые принадлежали бы только ему одному.
Хотя это была всего лишь звездочка, сделанная из бумажного пакета для трубочки, Му Е все равно дорожил ею.
Заметив, как Юй Сынянь снова раскрыл перед ним ладонь, Му Е вздрогнул, подсознательно решив, что тот собирается забрать свой подарок обратно.
— А где мое? — улыбнувшись, спросил Юй Сынянь. — Сникерс. Я тоже хочу.
Му Е помедлил, после чего немедленно расстегнул рюкзак и вложил в ладонь Юй Сыняня целую коробку недавно купленных батончиков.
— Всё тебе.
Юй Сынянь явно не ожидал такого, но отказываться не стал.
— Спасибо.
Он вскрыл упаковку, достал первый батончик и протянул Му Е:
— Тебе тоже половинку.
Му Е развернул Сникерс и принялся есть маленькими кусочками.
Возможно, дело было в выплеске дофамина, но его настроение наконец-то снова стало легким.
В конце концов они отправились есть вовсе не хого, не пиццу и не раков, а блюда кухни цзянху, которые Му Е некогда советовал Юй Сыняню.
Хотя это заведение тоже оказалось недорогим ресторанчиком, обстановка здесь была куда приятнее, чем в той лапшичной.
Юй Сынянь забронировал отдельную кабину и велел Сяо Чэню выйти из машины вместе с ними.
Пройдя к главному месту во главе стола, Юй Сынянь уселся и придвинул к себе стул, жестом приглашая Му Е сесть рядом.
Юй Ян был парнем беззаботным и совершенно не обращал внимания на явный уклон в сторону любимчика со стороны младшего дяди — все его мысли занимала еда.
Когда вошел официант, Юй Сынянь положил два меню перед старшеклассниками.
— Выбирайте.
Му Е заказал несколько фирменных блюд этого места, в то время как вкусы Юй Яна явно тяготели к пресной пище — он выбирал либо приготовленное на пару, либо тушеное в соевом соусе.
Юй Сынянь попросил Сяо Чэня добавить одно блюдо на его собственный вкус, после чего отпустил официанта.
Там, где находился Юй Ян, можно было не опасаться затишья в разговоре, и вскоре он нашел новую тему, оттолкнувшись от этого ресторана.
По ходу дела он заговорил о том, что собирается участвовать в баскетбольном матче на школьных спортивных соревнованиях.
— Дядя, — он хлопнул Юй Сыняня по руке, — дождись меня! Я выйду на поле в купленных тобой кроссовках и всех там порву!
Юй Сынянь кивнул, после чего снова наполнил чашку Му Е чаем.
— А ты в каких-нибудь дисциплинах участвуешь?
http://bllate.org/book/31798/3882273
Готово:
