Трём человекам потребовалось уйму времени, чтобы дойти от первого корпуса учебного здания до школьных ворот. Лин Фэнъе заметила у обочины такси, сразу же взмахнула рукой, не задумываясь о том, сколько здесь километров до квартиры.
Шедшая позади Додо пару раз глянула на машину, но садиться не стала. Лин Фэнъе прямо спросила её:
— Хочешь сама поймать такси до квартиры?
— Нет, конечно нет.
Подгоняемая Лин Фэнъе, она всё же открыла дверцу и села на переднее пассажирское сиденье. Увидев, как водитель перекинул таксометр в режим «Свободно», Додо нахмурилась ещё сильнее, покосилась на шофёра, а затем повернулась к Лин Фэнъе и тихо сказала:
— Сестрица, неужели ты не знаешь, что сейчас все вызывают такси через Диди, Мэйтуань или Хуасяочжу? Это же дешевле!
— Слышала когда-нибудь: цена — это то, что ты платишь, а ценность — то, что получаешь? — Лин Фэнъе внезапно задала Додо встречный вопрос. Додо, как-никак, была аспиранткой и полжизни провела за книгами, поэтому кивнула и ответила:
— Слова великого инвестора Баффета. И что с того?
— Знаешь, сколько для меня стоит процесс: открыть приложение, вызвать сетевое такси, дождаться, пока оно приедет сюда, и только потом сесть в машину? — Лин Фэнъе зашла в разговоре так далеко, что даже столь тугодумная особа, как Додо, должна была всё понять.
Сказав это, Лин Фэнъе перевела взгляд на Лу Вэйи. С тех пор как они спустились с крыши, та пребывала в одном и том же состоянии: её первоначальная тревога сменилась нынешней исступленной нервозностью.
Второй год старшей школы разлучил её с первым поворотным моментом в жизни Лу Вэйи, и с тех пор она поклялась никогда больше не упускать ничего несчастливого, что случалось с девушкой. Но когда эти беды действительно происходили, она оказывалась не в силах их предотвратить. Её руки могли зарабатывать миллионы, но не могли заслонить Лу Вэйи от мрачной тени. В конце концов, всё дело было в том, что она слишком сильно доверяла Лу Вэйи.
Эта девчонка... Воистину, чем старше она становилась, тем сильнее щемило сердце.
Неожиданная послушная кротость.
Снаружи доносился гул проезжающих машин, внутри салона царил разговор между девушкой по имени Додо и сестрицей Лин. И хотя вокруг было столько звуков, Лу Вэйи всё равно чувствовала себя ужасно одинокой.
Стоило ей вспомнить, что новости, которыми располагала Дай Цзяоао, та проговорилась невольно, думая, что общается с бывшей хорошей подругой, как её охватывало жгучее раскаяние.
Она знала о двух друзьях её покойного отца, которые тогда не протянули руку помощи. Она никого не винила за это так называемое отцовское дружеское предательство, но когда узнала, что те поступили так намеренно, то на первом курсе института принялась распутывать это дело.
Кто бы мог подумать, что за спинами этих двух семей кто-то еще подливал масла в огонь? Раньше она понятия не имела, кто это, но теперь, услышав то, о чем говорила Дай Цзяоао, она вдруг вспомнила, как в старшей школе перед отъездом по обмену Юй Цин избегала встреч с ней. Она-то думала, что это требование матери Юй Цин, а оказалось, что она всё это время тешила себя ложными надеждами.
Оказывается, ко всем событиям, происходившим во втором классе старшей школы, приложили руку Хэ Шань и Юй Цин. Неудивительно, что тогда она никак не могла взять в толк, кто же питает к ней столь лютую злобу?
Оказывается, всё лишь из-за того, что они не хотели, чтобы её школьная жизнь была яркой, и жаждали увидеть её униженной и растоптанной!
Теперь ей, пожалуй, стало понятно изречение Конфуция о том, что лишь женщины и люди низкие труднее всего поддаются воспитанию. Теперь она тоже так думала.
Такси плавно остановилось у входа в OnlyApartment. Лин Фэнъе торопилась проводить Лу Вэйи наверх, поэтому оставила Додо внизу одну.
— Эй, девочка, а как оплачивать поездку? — только Додо собралась выйти из машины, как водитель засыпал её вопросами и нетерпеливо сунул ей прямо перед носом QR-код.
Глядя вслед удаляющейся фигуре сестрицы Лин, Додо подумала, что та ещё толком ничего не заработала, а уже научилась транжирить деньги, да притом немалые. Проводив взглядом уплывающую вслед за такси красную купюру сотенного достоинства, она бережно спрятала квитанцию под чехол телефона, решив, что, как только сестрица Лин спустится вниз, она сунет ей эту бумажку прямо под нос — пусть разбирается!
Однако она таращила глаза, ждала-ждала, и даже появление духа сна не помогло заметить и следа сестрицы Лин.
Лин Фэнъе дотащила Лу Вэйи до самой её комнаты, и едва они переступили порог, как девушка тут же скрылась из виду.
Здесь всё-таки было логово Лу Вэйи, вряд ли с ней что-то случится.
Проведя целый день на палящей жаре, она даже постеснялась принюхаться к самой себе. Включив кондиционер, она украдкой бросила взгляд на дисплей: выставленная температура равнялась как раз двадцати шести градусам.
Открыв гардероб Лу Вэйи в надежде выбрать что-нибудь напялить на скорую руку, она обнаружила, что все вещи от вешалки до подола были сплошными брендовыми нарядами, причем некоторые даже не распечатаны. Лин Фэнъе улыбнулась: судя по всему, это были боевые облачения Лу Вэйи. Заметив знакомое черное кожаное платье, она достала его и с удивлением поняла, что именно в него была одета хозяйка в день их первой встречи после долгой разлуки.
Прошел уже почти год. В модельном бизнесе она не особо разбиралась, но словодвоение вроде вышедший из моды было ей знакомо. Неужели этот наряд имел для девушки какой-то особый смысл?
Бросив взгляд на остальные вещи — сплошь новинки этого сезона, — она поняла, что старым было только это платье.
Она аккуратно повесила его обратно и заметила в стороне стопку коробок. Открыв одну из них, она обнаружила там всевозможные рубашки, футболки и шорты. Вытянув наугад самую верхнюю вещь, Лин Фэнъе направилась в ванную, чтобы смыть с себя пот, заодно вымыть и высушить феном волосы. Тщательно расчесав длинные пряди, она наконец почувствовала себя комфортно.
Ванная комната оказалась совсем крошечной, но зато с отличной кафельной отделкой. Лин Фэнъе впервые оказалась в этом личном пространстве Лу Вэйи. Хотя она и представляла себе жизнь девушки в столь тесных условиях, когда ступила сюда воочию, всё равно испытала сильное удивление.
На кафельных стенах красовались подвесные полочки, где аккуратно стояли полотенца, салфетки и гель для стирки. Рядом с зеркалом висели ряды баночек с уходовой косметикой.
Пусть жилье Лу Вэйи и было тесным, но уходовые средства соответствовали уровню SKII. Лин Фэнъе взяла одну баночку, повертела в руках — содержимое подходило к концу. Умывшись, она промокнула лицо бумажной салфеткой, не став пользоваться косметикой Лу Вэйи.
Стоило ей открыть дверь ванной, как в лицо пахнуло холодом.
Именно так — холодом. Подняв голову, она увидела Лу Вэйи: та сидела на краю кровати, припав губами к горлышку бутылки, а на полу вокруг неё валялось уже больше пяти пустых сосудов.
Она отсутствовала всего-то на время душа, сколько же эта девчонка успела выпить?
Взъерошив мокрые волосы и шлепая тапочками, Лин Фэнъе грациозной походкой приблизилась к ней, выхватила из рук бутылку и сурово, почти срываясь на крик, приказала:
— Лу Вэйи, хватит пить!
— Нет, буду пить! — в этот момент Лу Вэйи уже полностью утратила способность к самоконтролю, и стоило кому-то запретить ей что-то делать, как она тут же упрямо делала это наперекор.
http://bllate.org/book/31896/3896184
Готово: