Помнится, тогда Янь Хуань, этот наглец, как он это преподнёс? Кажется, слова были примерно такие:
— Суверенитет? Да это проще простого. Ты же говоришь, что не хочешь сама появляться и докучать человеку? Так съезди на машине: окна подними, лица не показывай, сядь в роскошную тачку какой-нибудь известной марки да подкати прямо к их университетским воротам — ручаюсь, она мгновенно станет шёлковой. В наши дни полно парней, которые не прочь скостить себе десяток-другой лет тяжёлого труда, так что не бойся, смело действуй!
Чэнь Жань хотела возразить, что человек, приглянувшийся ей, вовсе никакой не парень, но тогда она находилась под сильным впечатлением от романов о властных генеральных директорах, и её первой реакцией почему-то стало одобрение идеи Янь Хуаня. И она тут же вихрем бросилась всё организовывать. Ей и впрямь хватило ума пригнать Ferrari к воротам чужого университета и перекрыть проход. Ради пущего эффекта Чэнь Жань даже наняла двух телохранителей, чтобы те дежурили там и помогали привлечь внимание Су И.
Кончилось тем, что Су И тогда прямо-таки затряслась от гнева, и Чэнь Жань пришлось позорно ретироваться. Из-за этой истории Су И больше месяца не удостаивала Чэнь Жань ни единым взглядом и не отвечала на сообщения.
Чэнь Жань опустилась на стул и парировала:
— Что? Имеешь возражения?
Су Хуэй покачала головой: у неё не было времени разбираться в чужих сердечных делах.
— По-моему, она не в восторге, — заметила она.
Чэнь Жань нервно хмыкнула:
— Ты что, дольше минуты на неё смотрела? Откуда тебе знать, в восторге она или нет?
— Здесь дело вовсе не во времени, первое впечатление налицо, и любой сообразительный человек с первого взгляда всё поймет. Как так? Ты что, силой заставила её быть с тобой?
При этих словах выражение лица Чэнь Жань мгновенно потускнело наполовину:
— Нет… я её не заставляла… Это… просто я, я и вправду её люблю.
Су Хуэй сохранила невозмутимость:
— Значит, всё-таки заставила.
— Ей со мной очень хорошо, к тому же я не ущемляю её ни в еде, ни в питье, и к тому же… — Голос Чэнь Жань становился всё тише и тише, пока она вовсе не умолкла.
По правде говоря, Су Хуэй не слишком понимала подобные чувства к представителям своего пола:
— Хотя я не имею права вмешиваться в твои романы, но я же вижу — она действительно выглядит так, будто ты ей не нравишься. Ты ведь девушка видная, почему бы тебе просто не отпустить её? Раньше я даже не подозревала, что тебе нравятся женщины, и всё время удивлялась: с твоими-то деньгами и фигурой — какой парень откажется на тебя посмотреть, кому ты можешь не понравиться? А оказалось, что она девушка. Ты наверняка думала только о себе и совсем не заботилась о чужих чувствах.
Чэнь Жань бросила на Су Хуэй сердитый взгляд:
— С чего ты взяла, будто я не заботилась о её чувствах? Если бы не заботилась, я бы давно забрала её силой. Разве мне нужно было целый месяц выпрашивать отгулы у начальства и каждые полмесяца мотаться сюда? Ты понятия не имеешь, как сильно начальство на меня из-за этого взъелось!
Су Хуэй и Чэнь Жань учились на одном курсе, а в студенческие годы жили в одной комнате, поэтому их отношения были гораздо ближе обычного. Она действительно никогда прежде не видела Чэнь Жань настолько увлеченной хоть чем-нибудь, поэтому некоторое время не знала, что и сказать, а лишь попыталась утешить:
— Насильно мил не будешь.
Чэнь Жань тяжело вздохнула:
— Я ведь и вправду почти не давила на неё!
— То есть всё-таки давила? Ну тогда мне придётся тебя предостеречь.
— О чём это ты?
— Со стороны виднее. — С этими словами Су Хуэй поднялась. — Я пошла, увидимся, когда будет время.
Стоило Су Хуэй уйти, как комната тут же опустела. Эта квартира лишь по документам числилась арендованной самой Су И, но Чэнь Жань приложила к этому руку. Когда Су И понадобилось съехать и она повсюду подыскивала жилье, это место оказалось удачно расположено и так близко к Университету Линчэн, где она училась, — разве могла аренда стоить чуть больше тысячи в месяц? Тогда Чэнь Жань выкупила эту квартиру и попросила знакомых разместить объявление о сдаче, соврав, будто хозяева спешно переезжают всей семьей, а потому жилье сдают так дешево. Чтобы у Су И не возникло подозрений, она даже наняла нескольких актеров, которые изображали других желающих посмотреть квартиру. Роль арендодателя исполнила добрая старушка — в конце концов она заявила, что Су И показалась ей девушкой рассудительной, внушающей доверие, и она решила сдать квартиру именно ей. Надо сказать, Чэнь Жань учла малейшие детали, так что Су И ни о чём не догадалась. На самом же деле арендная плата в размере чуть более тысячи юаней полностью оседала в кармане Чэнь Жань.
Чэнь Жань немного посидела в задумчивости на диване, затем оборвала какие-то мысли, выключила компьютер, переоделась и вышла из дома.
Каждую субботу Су И два часа давала частные уроки семье, живущей неподалеку от университета, чтобы заработать немного карманных денег да и просто скрасить досуг, однако два часа пролетали слишком быстро, и после окончания занятий она снова совершенно не представляла, чем заняться.
На самом деле ей совсем не обязательно было так жить, ведь с точки зрения качества жизни следовать за Чэнь Жань было весьма разумным выбором — эта особа, в конце концов, в деньгах не нуждалась.
Вспомнив об этом, Су И невольно усмехнулась и толкнула дверь.
Класс был полон людей, но Су И никого не узнавала. Наступил четвёртый курс: кому-то предстояло готовиться к защите диплома, кому-то — писать выпускную работу, кто-то шёл в магистратуру или устраивал своё будущее, так что в её нынешнем положении каждый должен был быть занят своими делами. Но однокурсников неведомо какая муха укусила — они вдруг вздумали устроить встречу. И что хуже всего, куратор группы радостно на это согласилась и даже внесла мероприятие в список внеучебных занятий, за которые начислялись кредиты. Су И отродясь не состояла ни в каких студенческих кружках, не говоря уже о коллективных мероприятиях, и теперь рисковала вовсе не получить зачёт по этому обязательному базовому предмету.
Вдобавок намечался общий сбор группы, и ей никак не удавалось вежливо отказаться. В другое время — ладно, но сейчас её отшельничество выглядело бы слишком странно; в конце концов, речь шла всего лишь об ужине.
Куратор стояла у кафедры и, заметив вошедшую Су И, взглянула на часы с видом человека, уже донельзя уставшего ждать. Полистав список группы, она спросила:
— Су И?
Су И кивнула:
— Да.
— Хорошо, теперь все в сборе, так что можно выдвигаться.
Она понятия не имела, сколько продлится застолье. Чэнь Жань уже вернулась: хоть та и не устанавливала для Су И жесткого распорядка дня, каждый раз во время своих визитов она неизменно велела девушке возвращаться домой пораньше.
Ближе к месту сбора от Чэнь Жань ожидаемо поступил звонок. Су И слегка нахмурилась, помедлила, сбрасывать вызов не стала, но перевела телефон в беззвучный режим.
Добралась до отдельного кабинета, взглянула на экран — там уже висело пять пропущенных вызовов.
Она тяжело вздохнула, и тут Чэнь Жань перезвонила снова. Су И машинально приняла вызов, и едва соединение установилось, прохладный голос собеседницы мгновенно пронзил её сквозь провод:
— Почему не отвечаешь на звонки?
Чэнь Жань была старше, к тому же вела себя неизменно властно, и Су И не питала никаких иллюзий насчёт способности дать ей отпор. Да в этом и не было смысла: стоило ей выказать малейшее раздражение, как у Чэнь Жань находилась тысяча способов сломить её сопротивление. Су И тихо ответила:
— Сегодня у группы встреча. Скоро выпуск, отказаться нельзя.
На том конце провода, похоже, немного успокоились, и тон невольно смягчился:
— Ладно, ничего страшного. Скинь адрес, как всё закончится — я заеду за тобой.
— Не нужно, я сама вернусь. — С этими словами Су И, не дожидаясь ответа, повесила трубку.
Она подняла глаза и обвела взглядом людей, собравшихся в дальнем углу банкетного зала. Су И знала, что они шушукаются за её спиной, и вряд ли о ней говорили что-то хорошее. В первые годы Чэнь Жань приложила немало усилий, добиваясь её благосклонности. Чэнь Жань всё же помнила, что она женщина, и появляться открыто было неудобно, поэтому цветы и подарки всегда доставляли через курьеров. А университет ведь устроен как миниатюрное общество — всегда найдется масса желающих посудачить о том, не пристроил ли её какой-нибудь богатый покровитель на стороне.
Впрочем, по сути так оно и было.
Линчэн славился своими техническими вузами, где преобладали студенты-парни, и на подобных сборищах симпатичные девушки с хотя бы капелькой привлекательности во внешности неминуемо становились всеобщими любимицами. Су И редко посещала такие застолья, но её природная красота привлекала куда больше внимания, чем кто-либо другой. Весь курс оккупировал главный зал, все весело шумели и переговаривались, куратор обходила столы, распивая со всеми подряд, и Су И тоже пришлось сделать пару глотков. Головы она не держала, поэтому у неё быстро закружилась голова от легкого хмеля.
Су И достала телефон, чтобы проверить время: часы показывали десять вечера, и ей действительно пора было собираться. В этот момент кто-то хлопнул её по плечу сзади, и раздался пьяный голос:
— Ну что, Су И, я выпью за тебя!
Су И обернулась — перед ней стоял какой-то парень, судя по всему, из её группы, но в памяти он почему-то не отложился. Впрочем, неудивительно: она ведь до сих пор не знала в лицо всех сокурсников.
Парень явно перебрал, и его ноги заплетались, пока он держал в руке бокал.
http://bllate.org/book/32394/3953513
Готово:
