Чжоу Цзяци тоже наткнулся на комментарий Цзян Цунъюя с подписью «очень мило» и ехидно ответил под ним: «Насчет этой «очень милой» собачки — у меня есть эксклюзивное видео о том, как ваш драгоценный Шэн заполучил его. Это просто уму непостижимо, поразительно, ну до чего же поразительно!»
Юй Шэн вышел из приложения, а затем снова зашел в раздел комментариев и увидел ту самую подпись Цзян Цунъюя. Сердце внезапно забилось чаще, а лицо слегка покраснело. Прочитав ответ Чжоу Цзяци, он покраснел еще сильнее — на этот раз от злости.
На следующее утро у Юй Шэна была запланирована сцена игры в цуцзюй. По сценарию Сюэ Цзинчуань играл за красную команду. Как только помощник режиссера дал отмашку, Юй Шэн, одетый в ярко-красную форму для игры, взметнул ногу, выполняя высокий удар, и мяч угодил точно в центр мишени, висевшей в воздухе.
Цзян Цунъюй, сидевший рядом с Сюй Вэем в ожидании своей сцены, смотрел на экран монитора. Там была видна вытянутая в струнку нога Юй Шэна и его тонкая талия, которую подчеркивал пояс. При каждом движении полы ярко-красного одеяния развевались, и кадык Цзян Цунъюя едва заметно дернулся. Он подумал, что красный цвет невероятно идет Юй Шэну, придавая ему образ пылкого и дерзкого юноши.
В кармане пуховика завибрировал личный телефон. Цзян Цунъюй взглянул на экран и ответил на звонок. На другом конце провода раздался голос Фан Юня:
— На благотворительном вечере Pizirr на следующей неделе возьми Юй Шэна с собой на красную дорожку. Там будет много режиссеров, продюсеров и представителей брендов, пусть засветится.
— Он тоже получил приглашение?
— Топ-менеджмент организаторов однажды просил меня выручить их журнал, так что они у меня в долгу. Попросить еще одно приглашение — не проблема, они не откажут.
— Ну что, господин Цзян, пойдет? Ты перевел его к себе, неужели даже в такой мелочи не поможешь?
— Хорошо, помогу.
— Тогда я свяжусь со студией стиля, пусть пришлют несколько вариантов образов на согласование.
Цзян Цунъюй мельком глянул в WeChat, там было еще несколько непрочитанных сообщений. Одно из них — от старшего брата, который вернулся из командировки и спрашивал, как передать ему шоколад.
[Брат]: Я вернулся. Как передать тебе твой крысиный яд?
[Цзян Цунъюй]: Я вернусь в Пекин на следующей неделе, пусть помощник Чжан заберет.
[Брат]: Это ты сам собрался есть? Ты ведь всегда считал шоколад слишком приторным.
[Брат]: Это та девушка, которая подарила тебе цепочку на телефон?
[Цзян Цунъюй]: Тебя не касается.
[Брат]: Похоже, что так.
[Цзян Цунъюй]: Я не говорил, что цепочку подарила девушка.
[Брат]: ??? Ты...
[Цзян Цунъюй]: Что?
[Брат]: Ничего...
Только в обеденный перерыв Юй Шэн вернулся в фургон к Цзян Цунъюю, чтобы поесть, и смог наконец заглянуть в телефон. Там висело несколько сообщений от агента Юнь, которая велела ему на следующей неделе лететь в Пекин на благотворительный вечер вместе с Цзян Цунъюем. Ниже было приложено несколько фотографий с вариантами образов для красной дорожки — Юнь предлагала ему самому выбрать то, что нравится.
Юй Шэн пролистал картинки, но не смог определиться, поэтому протянул телефон Цзян Цунъюю:
— Босс, агент Юнь просит меня выбрать образ. Посмотрите, какой из них лучше?
Цзян Цунъюй взял телефон, несколько раз провел пальцем по экрану, что-то быстро напечатал и вернул аппарат обратно:
— На следующей неделе вылетаем на день раньше вместе со мной, остальное тебя не касается.
Юй Шэн пробормотал «оу», взял телефон, взглянул на экран и чуть не поперхнулся рисом.
[Агент Юнь]: Как выберешь, сообщи мне.
[Юй Шэн, сбежавший из океанариума]: Ничего не надо выбирать, вы не беспокойтесь.
[Агент Юнь]: ?
[Юй Шэн, сбежавший из океанариума]: Агент Юнь, это только что босс ответил!!! [испуг.jpg]
[Агент Юнь]: ...
[Агент Юнь]: Питание на эти дни — только легкая пища, смотри мне, никаких прыщей! На красной дорожке и вечере будет прямая трансляция!
[Юй Шэн, сбежавший из океанариума]: Понял, агент Юнь [кивающий кролик.gif]
Юй Шэн подумал, что на благотворительном вечере наверняка будет сбор пожертвований, и спросил Цзян Цунъюя:
— Босс, а сколько мне пожертвовать, чтобы было уместно?
— Я сделаю взнос от имени компании, укажем тебя в качестве соавтора пожертвования.
— А можно мне еще и от себя немного пожертвовать, босс? У меня есть деньги! Я тоже хочу сделать доброе дело!
Цзян Цунъюй усмехнулся и с нежностью посмотрел на Юй Шэна:
— Конечно, можно.
К сожалению, Юй Шэн был слишком занят подсчетом своих накоплений и не заметил этого взгляда.
У Юй Шэна был аванс за этот сериал, деньги на карманные расходы от родителей, к тому же он сам не имел привычки сорить деньгами, да и дядя время от времени переводил ему суммы. Поэтому Юй Шэн считал себя довольно обеспеченным... мужчиной?
Глава 24: Юй Шэн сразил отца Цзяна своей красотой
В четверг вечером, после окончания съемок, Юй Шэн оставил Цзюцзю на попечение Чжоу Цзяци, а сам вместе с Цзян Цунъюем и Цинь Шиши улетел утренним рейсом в пятницу.
Самолет приземлился в Пекине в десять утра. В аэропорту Цзян Цунъюй, Юй Шэн и Цинь Шиши попрощались. Они вдвоем отправились в студию стиля, а Дин Тянь и Сяо Линь поехали по домам.
Лэндри вместе со своим помощником Сяо Анем носился по студии. Он перебирал одежду и аксессуары, причитая в адрес Цзян Цунъюя:
— Целая неделя! Он дал мне всего неделю, чтобы подготовить костюм для новичка из его компании! Пусть только надеется, что на этом парне все будет смотреться хорошо! Иначе в следующий раз я с него три шкуры сдеру!
Когда Юй Шэн и Цзян Цунъюй вошли в студию, Лэндри все еще ворчал, но, увидев вошедшего Цзян Цунъюя, мгновенно замолчал. А следом он заметил человека за спиной босса и замер: в реальности этот юноша выглядел еще более ошеломляюще, чем на фотографиях, присланных с параметрами фигуры.
Лэндри работал стилистом уже много лет, а его старший брат Линь Наньюй и Цзян Цунъюй были закадычными друзьями. Хотя его студия была одной из лучших в индустрии и приносила немалый доход, по сравнению с семейным бизнесом это были копейки. Он продолжал заниматься этим лишь из любви к профессии.
Сейчас, глядя на Юй Шэна, он светился от восторга — словно уже видел в воображении, как созданный им образ воплощается в жизнь.
Образы для красной дорожки и основного зала для Цзян Цунъюя были уже давно утверждены. Помощник Сяо Ань подкатил вешалку, и Юй Шэн начал примерку. После десятка вариантов самым эффектным оказался костюм с накидкой — он идеально подходил для основного зала, поэтому его утвердили первым.
Пока Юй Шэн был в примерочной, Цзян Цунъюй поднял взгляд на Лэндри:
— Это все?
Лэндри, которого задел этот взгляд, словно говорящий «И это всё? Таков ваш уровень?», в ярости приказал Сяо Аню ехать к нему домой и забрать одну из коллекционных винтажных моделей. Сяо Ань в изумлении посмотрел на шефа — он-то знал, как тот дорожит своей коллекцией, для которой была выделена целая комната с постоянной температурой и влажностью.
Когда помощник ушел, Лэндри, глядя на Цзян Цунъюя, который вальяжно листал журнал на диване, обиженно проворчал:
— Я вытащил свое самое ценное сокровище!
Цзян Цунъюй отложил журнал и достал черную карту:
— Назови любую сумму.
Лэндри про себя буркнул: «Черт, ну зачем этот мужик вдруг начал так очаровательно действовать?», после чего списал сумму, которая его устроила.
Юй Шэн примерил больше десятка комплектов и, когда вышел в очередном, почувствовал, что устал и проголодался так, будто мог съесть целого быка. Как только он подошел к Цзян Цунъюю, его живот издал громкий звук, отчетливо прозвучавший в тишине студии. Цзян Цунъюй наблюдал, как Юй Шэн краснеет от шеи до кончиков ушей, и с трудом сдерживал смех, боясь, что если рассмеется, тот просто сгорит от стыда.
— Сейчас закончим примерку и поедем обедать. Все еще хочешь в Ланьшаочжай?
— Да!
Дом Лэндри был недалеко от студии, поэтому Сяо Ань вернулся очень быстро. Он осторожно принес костюм, и Лэндри отправил Юй Шэна переодеваться.
Когда Юй Шэн вышел из примерочной, Цзян Цунъюй поднял голову. Он смотрел на юношу в строгом костюме, на брюках которого по диагонали шла полоса ткани из того же материала, что придавало образу многослойность. Под пиджаком была надета шелковая рубашка с V-образным вырезом в тон, которая делала шею Юй Шэна еще более изящной.
Костюм был усыпан россыпью мелких неправильной формы бриллиантов, напоминавших застывшие капли дождя. На лацкане красовалась вышивка в виде стебля розы, а на ней — две бутоноподобные детали из ткани, напоминавшие обгоревшие, увядающие цветы.
В этот миг Цзян Цунъюй услышал стук собственного сердца и шум крови в венах. Он подавил дрожь в душе и, стараясь говорить максимально спокойным тоном, произнес:
— Давай этот. Тебе очень идет.
Лэндри, увидев этот искренний комплимент, подхватил:
— Дорогой, сегодня вечером ты точно будешь самым прекрасным на всей красной дорожке! Но вот шея кажется пустоватой, я поищу колье, примерим!
Перепробовав несколько вариантов и не достигнув желаемого эффекта, Цзян Цунъюй открыл телефон, нашел картинку и протянул Лэндри:
— Как насчет этого?
Лэндри восторженно воскликнул:
— Идеально!
Утвердив образ, Цзян Цунъюй и Юй Шэн сели в машину и направились в Ланьшаочжай. По пути у Цзян Цунъюя зазвонил личный телефон — это был Линь Наньюй. Видимо, Лэндри проболтался, что он вернулся в Пекин.
Ответив на звонок, он, как и ожидалось, услышал упреки Линь Наньюя за то, что тот вернулся и не сообщил друзьям. Цзян Цунъюю не оставалось ничего, кроме как тихо спросить у Юй Шэна, не будет ли он против, если к ним присоединятся его друзья. Юй Шэн тихо ответил: «Ничего страшного, босс».
Цзян Цунъюй пригласил их в Ланьшаочжай. На другом конце провода Линь Наньюй положил трубку в полном недоумении. Сидевшие рядом Юнь Чжэн и Ци Хуайсюй, увидев странное выражение его лица, поинтересовались, что случилось. Линь Наньюй изобразил, как Цзян Цунъюй только что заискивающим тоном спрашивал разрешения у Юй Шэна, и спросил:
— Вы когда-нибудь за всю жизнь слышали, чтобы Цунъюй с кем-то разговаривал таким тоном?
Юнь Чжэн и Ци Хуайсюй в ужасе покачали головами, не веря своим ушам — они решили, что Линь Наньюй все преувеличил.
Линь Наньюй, стиснув зубы, прошипел:
— Сейчас сами всё услышите! У меня от того тона мурашки по коже побежали!
Когда Линь Наньюю пришло сообщение от Лэндри, Юнь Чжэн и Ци Хуайсюй как раз были у него в офисе. Торговый центр, где находился Ланьшаочжай, был совсем рядом.
Поэтому, когда они пришли в банкетный зал, Цзян Цунъюй и Юй Шэн появились лишь спустя двадцать с лишним минут.
Цзян Цунъюй, заняв свое место, представил Юй Шэна:
— Линь Наньюй, Юнь Чжэн, Ци Хуайсюй. Это мои друзья, они одного возраста со мной. Можешь называть их братьями.
http://bllate.org/book/32605/3984859
Готово: