Чжун Хаошэн находился в мониторной. В остальных помещениях царил полумрак, но здесь горел яркий, дневной свет.
Окна были плотно занавешены шторами, а во всю стену сиял огромный экран. Чжун Хаошэн стоял в распахнутом плаще, подняв воротник, который прикрывал часть его подбородка и оставлял на виду высокий, прямой нос. Чуть запавшие брови и глаза придавали его лицу особую рельефность.
Его мрачный взгляд быстро скользил по изображениям на экранах, и вскоре он заметил, как Старый Пёс вывел Сян Чэня из лестничного пролёта.
Проходя мимо камеры, Сян Чэнь вскинул руку, прижав друг к другу указательный и средний пальцы, лихо отдал честь у виска и улыбнулся какой-то полуусмешкой.
Человек у мониторов оглянулся на Чжун Хаошэна, и тот сделал жест, отпуская его.
Мгновение спустя раздался стук в дверь. Чжун Хаошэн опустился в кресло, закинул ногу на ногу и бросил:
— Войдите.
Перед ним стоял небольшой столик. Он поднял руку, налил вина в два пустых бокала, вытащил пачку сигарет и положил её на стол, даже не оборачиваясь:
— Старый Пёс, ступай.
Старый Пёс отозвался и аккуратно прикрыл за ними дверь.
Сян Чэнь устроился в крутящемся кресле по другую сторону стола, расслабленно развалившись, будто лишённый костей, и положил руки на подлокотники:
— С чего это у Старого Пса лицо разбито?
— Его дом был в этом уезде, — ответил Чжун Хаошэн. — Жена, дети, родители — все погибли. Он хотел пойти за ними и поджёг собственный дом, наверное, надеясь сгореть вместе с семьёй.
Сян Чэнь приподнял бровь:
— Не умер?
— Я как раз проезжал мимо. — Чжун Хаошэн поднял глаза, и смысл этих слов был очевиден: он сам его и спас.
Сян Чэнь кивнул. Оглядевшись по сторонам, он заметил, что его рацию принесли сюда, пересел к ней и включил устройство. Поискав по местным волнам, он впервые за столь долгое время после катастрофы услышал официальный сигнал связи.
В молчавших до этого эфирах наконец-то зазвучали живые голоса.
Сян Чэнь сделал жест, снимая наушники, и Чжун Хаошэн подсел ближе, чтобы послушать вместе с ним.
Разобрав несколько фраз, Чжун Хаошэн поднял руку, прося подождать, включил динамик на мониторе и подключил микрофон. После пронзительного визга электрических помех звук разнёсся по всем классам, где висели громкоговорители.
Ян Цин в мультимедийном классе поднял голову, играя со складным ножом и перебрасывая его из руки в руку.
Тао Фэй, сидевший в столовой, рефлекторно вздрогнул, а затем поднял голову и вместе с остальными уставился на небольшой динамик под потолком.
Дети в спальном корпусе сбились в кучу, растерянно вытаращив глаза.
Омеги с четвёртого и пятого этажей вышли из комнат, прислушиваясь к трансляции в коридоре. Вэнь Чуань стоял у двери, скрестив руки на груди, и с тяжёлым сердцем и мрачным выражением лица смотрел на этих одетых в пижамы, хрупких созданий с заторможенными лицами.
Чтобы не привлекать и не раздражать толпы зомби снаружи, трансляция на спортивной площадке была отключена — услышать голос можно было только внутри зданий.
Стоило динамику, молчавшему так долго, ожить, как люди сначала зашептались, а затем, разобрав слова, начали постепенно возбуждаться.
— Повторяем сообщение, повторяем сообщение. Это официальная общественная радиостанция, временный официальный канал связи. Прошло пятнадцать дней с момента вспышки вирусной инфекции. Повторяем сообщение, повторяем сообщение. Это официальная общественная радиостанция, временный официальный канал связи. Прошло пятнадцать дней с момента вспышки вирусной инфекции.
— Если вы выжили, мы настоятельно рекомендуем собрать как можно больше резервных источников питания, еды, воды, одежды и предметов первой необходимости. Пожалуйста, соблюдайте тишину, найдите закрытое помещение и не разгуливайте вокруг. Если вы выжили, мы настоятельно рекомендуем собрать как можно больше резервных источников питания, еды, воды, одежды и предметов первой необходимости. Пожалуйста, соблюдайте тишину, найдите закрытое помещение и не разгуливайте вокруг.
— Известно, что заражённые являются стайными существами, не людьми. Заражение носит неизвестный неврологический и вирусный характер, возможно также наличие неизвестного риска паразитарной инфекции. Не пытайтесь приближаться к зараженным или лечить их. Их зрение очень слабое, но слух и обоняние исключительно острые. В настоящее время ведется срочная разработка эффективной вакцины, пожалуйста, наберитесь терпения и ждите. В этот трудный час мы должны объединиться и мужественно бороться, не теряйте надежду, мы с вами.
— Передаем информацию об оставленных городах: города Ц, Б, Э, Л и М оставлены, военные эвакуированы. Повторяем: города Ц, Б, Э, Л и М оставлены, военные эвакуированы. Всех выживших, кто всё ещё находится в этих районах, просим немедленно уходить. Всех выживших, кто всё ещё находится в этих районах, просим немедленно уходить.
— Через два часа, ровно в час ночи, мы сообщим информацию об эвакуации. Повторяем, через два часа, ровно в час ночи, мы сообщим информацию об эвакуации.
……
— Уходить? Куда уходить? И зачем уходить?
— Всё это пустой трёп! Пустой трёп!
— Какой толк от её слов? Кто вообще хочет это слушать?!
— Государство нас не бросит, оно не бросит нас, они обязательно что-нибудь придумают!
— Если бы у них был выход, стала бы она нести этот бред?! Откройте глаза и посмотрите на реальность!
Радио продолжало повторять эти сообщения. Чжун Хаошэн выключил динамик и, зажав в зубах сигарету, наблюдал за хаосом на экранах.
Толпы в классах и столовой зашумели, люди принялись обвинять друг друга, ругаться и выплескивать накопившееся напряжение и негатив.
Для обычных людей это бремя оказалось слишком тяжёлым, и чувство безысходности, подобно вирусу, стремительно распространилось среди всех.
Сян Чэнь нахмурился, а Чжун Хаошэн указал на экран и произнёс:
— На твоём месте что бы ты сделал?
— Что? — Сян Чэнь перевёл на него взгляд.
— Столько людей, если они взбунтуются, всё выйдет из-под контроля. Паника, отчаяние, потеря управления — бац! — Чжун Хаошэн выдохнул дым, изобразил рукой взрыв и слегка цыкнул языком. — Ты знаешь, как это расхлёбывать? С таким поведением они только и могут, что бездарно слить отличные карты.
Сян Чэнь понял, что Чжун Хаошэн уже догадался, будто он что-то знает, и теперь перешёл к прощупыванию почвы.
Не выдав себя ни единым движением, Сян Чэнь бросил на него взгляд:
— Никто не лучше других. Я бы сказал им правду. Я испытываю такое же отчаяние, давление и страх, но вместе мы всегда сможем найти выход. Человек не может выжить в одиночку, нужно доверять друг другу, держаться вместе…
— Ха-ха-ха-ха! — Чжун Хаошэн не удержался и расхохотался во весь голос. Он захлопал себя по бёдрам и согнулся пополам, смеясь так, что на глазах выступили слёзы. — Сян Чэнь! Ты ведь целых три года учился на боевом факультете! Что ты такое говоришь? Всё, чему тебя учили преподаватели, вылетело из головы?
Он с любопытством уставился на собеседника:
— Послушай, ты же был лучшим на потоке, куда тебя потом занесло? Чем ты занимался?
Сян Чэнь постучал пальцами по столу и небрежно бросил:
— Открыл собственную маленькую компанию.
— А?
— Воздушная логистика, — Сян Чэнь шевельнул пальцами. — Дроновая доставка грузов. Высокая скорость, честные цены, лидеры отрасли.
Чжун Хаошэн подумал, что тот шутит, несколько секунд ошарашенно смотрел на него, а затем осознал, что собеседник говорит совершенно серьёзно. Не веря своим ушам, он воскликнул:
— Ты шёл в топ-десять на вступительных экзаменах, три года подряд был первым на боевом факультете ВВС, а твой итоговый балл по стратегическому планированию воздушных карт никто не мог побить вплоть до моего выпуска. И ты утверждаешь, что бросил учёбу ради логистики?
— Беспилотная логистика, — поправил Сян Чэнь. — Управление с помощью искусственного интеллекта. Я один могу контролировать десять машин одновременно, равных мне в этой сфере нет.
Чжун Хаошэн: «……»
Улыбка сошла с его лица. Затушив сигарету, он откинулся на спинку стула и слегка подался вперед, вглядываясь в Сян Чэня:
— Я с тобой не шучу, Сян Чэнь. Мне плевать, чем ты занимался, добился ты успеха или провалился — ты вообще понимаешь нынешнюю ситуацию?
На губах Сян Чэня заиграла холодная усмешка:
— Какую именно ситуацию ты имеешь в виду?
— Мы должны отсюда выбраться, но, — Чжун Хаошэн выбросил вперёд руку и мрачно встретился взглядом с Сян Чэнем, — мы не выжившие или спасенные, мы — лидеры. Мы вернемся в статусе лидеров, чтобы верхи увидели нашу силу.
Сян Чэнь прищурился:
— К чему ты клонишь?
— Клана Чжун больше нет, — сказал Чжун Хаошэн. — Но у меня остались связи отца. Пусть сейчас им не до меня и они заняты собственными проблемами, но как только я продемонстрирую свою мощь, нам не составит труда выйти на ещё более высокий уровень. Ты понимаешь, что я имею в виду? В таких условиях даже среди высшего руководства будут потери, а перераспределение власти неизбежно. Знаешь, что это значит?
— Ты и я, — Чжун Хаошэн указал сначала на себя, а затем на Сян Чэня, — избавимся от тридцати лет упорного труда и напрямую превзойдем наших отцов.
Сян Чэнь потёр нос и выпрямился:
— И это причина, по которой ты подбирал по дороге всех подряд?
— Поначалу я просто хотел выжить и использовал кое-какие навыки, которым меня учили раньше, — усмехнулся Чжун Хаошэн. — А потом увидел шанс и решил взять этих людей под своё крыло. Сам видишь, они мне доверяют.
Сян Чэнь понизил голос и, глядя на него с полуулыбкой, произнёс:
— У тебя больше боевого опыта, это нормально, что они тебе доверяют. Но на одном этом народную любовь не удержишь.
В словах Сян Чэня сквозил скрытый подтекст: раз уж Чжун Хаошэн решил его прощупать, он предпочёл выложить карты на стол:
— Всегда найдутся те, у кого появятся другие мысли, всегда кто-то станет ставить тебя под сомнение, кто-то захочет сбежать как можно скорее, кому-то покажется мало ресурсов и он не удовлетворится твоей системой распределения. К тому же мы в школе, в эпицентре катастрофы. Как ты сюда попал? Откуда у тебя это оружие? Как ты тренировал того же Старого Пса и остальных? Как убедил этих альф пахать на тебя и по очереди дежурить в спальном корпусе?
Сян Чэнь откинулся в кресле, закинув ноги на стол так, что тяжелые каблуки соприкоснулись.
Он лениво потянулся. На первый взгляд всё выглядело непринужденно, но в глубине его глаз полыхал острый свет, когда он уставился на Чжун Хаошэна:
— Как ты заставляешь их соблюдать правила? Что делаешь с теми, кто их нарушает? Одной слежкой? Когда ловишь воришку, заставляешь писать объяснительные, а потом зачитываешь их на всю школу по радио?
Чжун Хаошэн молчал. Холодно осушив бокал вина, он лишь спустя мгновение произнёс:
— Свяжись с твоим отцом.
Они молча смотрели друг на друга. Наконец Сян Чэнь пожал плечами, сменил тему, развернул аппаратуру, настроил частоту, ввёл временный пароль и быстро установил связь с военными.
— Временная военная группа связи 2270, кто вы? Личный номер? Местонахождение? Конец связи.
Сквозь треск и шуршание помех чувствовалось, что сигнал крайне нестабилен. Подключив микрофон, Сян Чэнь произнес:
— Я Сян Чэнь, мой отец — генерал-майор Сян Кунь, временный военный номер 8532. Конец связи.
— 8532, местонахождение, задача. Конец связи.
Сян Чэнь облизал пересохшие губы:
— Окружная дорога шоссе Б422 города Б, уездный городок на сто пятидесятом километре. Здесь заперты более четырехсот выживших, среди них больше двадцати не обрученных омег, запрашиваем эвакуацию. Конец связи.
На том конце воцарилось молчание на несколько секунд, после чего прозвучало:
— 8532, оставайтесь на связи. Информация получена, её нужно передать вышестоящему командованию. Не отключайтесь, соблюдайте безопасность, конец связи.
— Вас понял, конец связи.
Выключив микрофон, Сян Чэнь вытащил сигарету, зажал её в зубах и посмотрел на Чжун Хаошэна.
Тот с довольным видом кивнул:
— Они придут.
Сян Чэнь хмыкнул, издав низкий звук носом, и лениво протянул:
— Не факт. Разве ты не слышал прошлую сводку? Пять городов уже брошены, они не могут позволить себе такие потери. Если в других местах ещё можно кого-то спасти, на нас могут не обратить особого внимания. Всему своя очередь, есть более и менее срочные дела.
Вспомнив цель Чжун Хаошэна, Сян Чэнь с любопытной усмешкой добавил:
— Перед лицом смерти все равны, м?
Лицо Чжун Хаошэна тут же потемнело, он мрачно уставился на Сян Чэня:
— И ты ещё можешь улыбаться в такой ситуации? Тебе совсем не хочется, чтобы тебя спасли?
— Конечно, хочется, — пожал плечами Сян Чэнь. — Я ведь ещё не успел влюбиться и не метил понравившегося омегу, с чего бы мне умирать?
Лицо Чжун Хаошэна немного разгладилось, он натянуто улыбнулся:
— Побудь пока здесь, подежурь и отвечай за связь с тем концом, хорошо? — Он помедлил и добавил: — А нельзя ли сразу связаться с твоим отцом напрямую?
— Он на задании, — ответил Сян Чэнь. — Я бы не хотел, чтобы его отряд окружила толпа зомби.
Чжун Хаошэн немного поколебался, но давить не стал, махнул рукой и собрался уходить.
— Погоди, у меня есть одно условие, — остановил его Сян Чэнь. — Сначала отпусти Вэнь Чуаня.
http://bllate.org/book/32612/3985946
Готово:
