Звонок в три часа ночи... Это безумно шумно, отвратительно и просто бесит! Разве мама не учила, что звонить людям до восьми утра и после десяти вечера — верх невоспитанности? Так и подмывало помочь ей преподать кому-то урок!
Схватив одеяло, Шуй Чжаоминь натянул его на голову. По привычке, оставшейся с прежней работы, он всегда оставлял телефон включенным и на ночь. Но теперь он уволился, и даже если бы аппарат разрядился от звонков, отвечать он не собирался.
Спустя две-три минуты трезвон наконец умолк. Задыхаясь под тесным панцирем из ткани, Шуй Чжаоминь высунул голову и с облегчением шумно выдохнул.
Выключить… Шаря рукой по тумбочке, он едва коснулся пальцами корпуса, как телефон снова ожил.
Черт! Да что за настырный ухажер привязался к нему? Чего ради этот идиот так упорно пытается его отыскать — решил озолотить или просто от скуки нарывается на грубость? Не спится в три часа ночи — вали в бар искать компанию! Хочешь кувыркайся в постели, хочешь квась до беспамятства или режь друг друга на куски, ему плевать!
Схватив трубку, он без очков смог лишь с трудом разобрать мерцающие на экране электронные знаки. Похоже… это был Брени.
Тогда можно и не отвечать. Вытащив батарею прямо на ходу, он взглянул на опустевший корпус, который выглядел несколько сиротливо, но всё же не шёл ни в какое сравнение с его драгоценным сном. Телефон полетел далеко в сторону, прямо на стоящее у окна мягкое кресло.
Перевернувшись на другой бок так, чтобы не потревожить рану, он зевнул и продолжил досматривать прерванный сон. Тот самый эндшпиль ещё не был доигран, и уходить без победы он не собирался.
Ночная тишина продлилась недолго. Неизвестно откуда донеслись раскатистые вопли бродячей собаки — протяжные, пронзительные и громкие. Этот резкий звук заставил виски Шуй Чжаоминя запульсировать от боли.
Окно было приоткрыто. Знал бы — обязательно закрыл, нечего было лениться… Он снова целиком залез под одеяло. Шум стал приглушённым, зато собственный сбивчивый дыхательный ритм отчётливо зазвучал в ушах.
Стоило разбудить его — и заснуть обратно становилось целой проблемой. Он принялся раздражённо прислушиваться к каждому шороху вокруг… Черт побери! Какого чёрта трезвонить среди ночи?!
Волна гнева подступила к горлу, он резким движением сбросил одеяло, отчего свежая рана на груди тут же отозвалась острой болью, и его снова скрутил приступ кашля. Не успел он восстановить дыхание, как зазвонил домашний аппарат.
Живуч, зараза! С каких это пор они с Тэн Шэ Брени успели стать настолько закадычными друзьями, чтобы болтать посреди ночи? Даже Се никогда себе такого не позволял!
При одном упоминании о Се он невольно закусил губу.
Теперь о сне можно было окончательно забыть. Раздраженно взъерошив волосы, он неторопливо поднялся с кровати, волоча тело к оконному креслу, и подхватил беспроводную трубку с небольшого столика рядом.
— Алло? — Знал бы прикуп, поставил бы аппарат на тумбочку у кровати… Без очков мир вокруг превратился в сплошное размытое марево, где все предметы слились в тусклые серые пятна.
— Адвокат Шуй, спите? — Низкий, струящийся, словно пение, голос Тэн Шэ через мембрану динамика звучал всё так же приятно, но по-прежнему до крайности бесцеремонно!
Может, стоит отправить его обратно в начальную школу заново учить правила приличия и морали? Звонить кому-то посреди ночи и справляться, уснул ли тот, — это вообще в какие ворота лезет? У него что, вместо мозга вода?
— Благодаря вам уже проснулся. — Он собирался без сил рухнуть обратно в кресло, но вовремя вспомнил, что телефон, кажется, швырнул сюда наугад, а новых ран на теле ему совсем не хотелось.
Мужчина тихонько рассмеялся, а затем послышался звук выдыхаемого дыма.
— Прошу прощения. Просто вспомнил пару мелочей и захотел поболтать с адвокатом Шуем.
— Мистер Брени, как ни прискорбно, но я уже уволился из компании, и завтра мой босс наверняка пришлет кого-то другого вести это дело. — Наплевать, соответствует ли это действительности, главное — заявить об этом первым.
— О? Значит, решили объявить мне войну? — Мужчина использовал местоимение, обозначающее неодушевлённый предмет, а не человека, и Шуй Чжаоминь невольно усмехнулся.
— Разве это война? Мистер Брени, в нашем мире заклинания погоды не повернешь вспять. — Хоть это и звучало лестно, но он отпахал на шефа лет семь-восемь, так что элементарную справедливость соблюсти стоило.
— Адвокат Шуй, вы ведь спрашивали меня о Суоло, верно? — Мужчина лишь хмыкнул в ответ и бесцеремонно перевёл разговор на интересующую его тему.
В конце концов, раз уж уснуть всё равно не дадут, сойдёт за сказку на ночь.
Зевнув, Шуй Чжаоминь на ощупь вернулся к постели. Стоило ему снова скользнуть под одеяло, как уставшие мышцы расслабились с приятной, ноющей негой… Ах, завтра он просто обязан выспаться за все дни!
— Да. Вы говорили, что та пуля принадлежала мисс Суоло. — Голос прозвучал немного приглушённо, с ленивой и забавной ноткой в носу.
— Она моя любимая младшая сестра. — Младшая сестра? Шуй Чжаоминь мысленно фыркнул. В памяти мгновенно всплыло то фото: Суоло — прелестная большеглазая девочка с фиалковым взглядом, похожая на фарфоровую куклу, но с хищным выражением лица.
Если уж на то пошло, любимая младшая сестра должна быть похожа на Чжаоань — нежную, заботливую, сильную, но при этом трогательно-хрупкую. Пусть она и не умела особо ласкаться, но была донельзя очаровательной! Черт! Да что вообще нашел этот псевдотравоядный хищник в той девчонке?! С какой стати он позволил сожрать себя со всеми потрохами, да еще и прихватил её с собой на вынос?!
— Прошу прощения за прямоту, но ваша любимая сестрица намеревалась вас прикончить. Если этого не доказать, полиция с прокуратурой с огромным удовольствием упекут вас за решетку. — Впрочем, он бы и сам не отказался на это посмотреть: воцарится всеобщий мир, разве это плохо?
Этот мужчина, пожалуй, сумел бы править балом даже в тюремной камере! Интересно, станет ли Фэйци ломать голову над тем, как пробраться туда следом за ним? Как-никак, перед ним его обожаемый хозяин!
Слегка зевнув, он прислушался: в тишине спальни мужской бархатный смех и ровное дыхание звучали необычайно отчётливо, но почему-то не раздражали, а наоборот, навевали сон.
Наверное, всё дело было в том, что он только что вставал и снова прошёл до кровати, утомив тело. Конечно, приятный голос Тэн Шэ тоже вполне мог сойти за колыбельную… редкий случай практической пользы.
— Я не могу сдать Суоло. Она моя семья. — Между шёпотом и вздохами поскрадывались переборы арфы. Мелодия была безумно красивой, и он понимал, что некоторые любят наслаждаться музыкой в глухую полночь, но обязательно ли разделять это удовольствие с ним? Уж лучше слушать бесконечные детские песенки о взрослении, пусть даже те до неба дорастут.
— Что ж, это ваше решение. Пожалуйста, передайте его моему преемнику — пусть поломает голову, какими методами вам помогать. — Шуй Чжаоминь вполне устраивала роль простого обывателя, и посвящать себя в тайны мафии он не горел желанием.
— Я хочу быть уверен, что он нанят помочь мне или прикончить меня. — Какое ему до этого дело? Свернувшись калачиком под одеялом и сладко зевая, Шуй Чжаоминь почти полностью закрыл глаза, ему было лень даже выдавливать из себя осмысленные звуки.
Раз уж они конкуренты, с какой стати помогать сопернику? И раз уж на руках имеются улики, зачем прикрываться так называемыми семейными узами или моралью и молчать в тряпочку? Как прикажете адвокату строить защиту? Почему бы Тэн Шэ просто не послать людей расстрелять из автоматов клумбу во дворе прокурора, чтобы припугнуть того и заставить закрыть дело?
Используя незаконные методы, можно замять абсолютно любое обвинение! Не будь он адвокатом, Шуй Чжаоминь с радостью подкинул бы им эту идейку. В конце концов, он никогда не страдал избытком праведности, и для него действовало одно правило: меньше хлопот — лучше результат.
— Мистер Брени, не могли бы вы изложить свои пожелания тому, кто придет мне на смену? Прошу прощения, но ко мне это больше не имеет никакого отношения.
— Почему? — Музыка стала чуточку громче. В воображении Шуй Чжаоминя тут же нарисовалась картина: Тэн Шэ сидит в кожаном шезлонге с обнаженным торсом — возможно, набросив поверх шелковый халат или кимоно, — в одной हाथ держит телефон, в другой зажата сигарета, на столике рядом стоит бокал с выпивкой, а у ног, блаженно примостившись, наверняка дремлет Фэйци.
— Потому что… — Шуй Чжаоминь шумно зевнул, что-то невнятно пробормотав. Сознание уже уплывало куда-то вдаль; ему страшно хотелось продержаться до конца разговора, но организм требовал своего безо всякого принуждения.
Денег за это не платят, а даже если бы и платили — сейчас нерабочее время, и адвокат вовсе не круглосуточный мини-маркет. Каких вообще странных фантазий на его счет набрался этот Тэн Шэ? С самой первой встречи он вообще видел в нем защитника?
— Адвокат Шуй, вы свободны завтра? — Мужчина словно почувствовал его сонливость — или это ему просто казалось отчаянно уставшему мозгу? — и без того мягкий интонирующий голос Тэн Шэ стал еще тише, убаюкивая и погружая в глубокую дрёму.
— Мм… в час…
— Хорошо, тогда завтра в час я навещу адвоката Шуя. Простите за беспокойство, хорошего отдыха.
Линия оборвалась, он даже не успел отреагировать… В час? В час чего? В час дня нанесет ему визит! Мутная пелена сна мгновенно слетела с глаз, Шуй Чжаоминь судорожно вцепился в пищащую трубку и отвинтил рот в беззвучном крике, не в силах выдавить ни единого ругательства.
— Ох… твою мать…
Какое же опустошение…
Свободного времени у него, в общем-то, было навалом, но кто давал право заявляться к нему ровно в час?! Эта змея умудрилась провести его полусонного! Кропотливо собиравшиеся крохи сна испарились без следа.
Черт побери! Неужели от этого парня невозможно скрыться, если он тебя ищет? Ни за что!
Выбравшись из постели, несмотря на то, что орудовать одной рукой было крайне неудобно, Шуй Чжаоминь выволок из шкафа дорожную сумку, торопливо забросил туда смену белья с туалетными принадлежностями и пустился в бега в очередной — «стратегический» — раз.
Пока рана не затянется, он не желал иметь с Тэн Шэ Брени ничего общего. Впрочем, и после исцеления — тоже.
Хотя с таким омерзительным клиентом он сталкивался впервые, ситуация еще не дошла до той стадии, когда приходилось спасаться бегством сломя голову. Вчера перед встречей в Колумбийском университете он искренне верил, что сможет закончить дело и только потом уйти в отставку. Так почему же он вдруг сорвался с места?
Наверное, стоило ему разобраться во всех хитросплетениях клановых войн семьи Брени, как он сразу понял: в эти игры он больше не играет. Лоб в лоб идти напролом? Пожалуй, можно. Он верил, что если продолжит бодаться с Тэн Шэ, то в конце концов выйдет победителем. Но… стоило вляпаться в грязное семейное белье мафии, как на одной лишь силе воли и личной отваге выехать уже не получалось.
Тем более что никакой выдающейся отваги или железной воли у него отродясь не водилось — имелся лишь скверный характер.
Бредя по пустынной ночной улице с увесистым рюкзаком за плечами, он думал, что переждать пару дней в гостинице было бы неплохо — пожить недельку-другую, а потом вернуться на Тайвань.
Стоило ему поднять руку, чтобы поймать такси, как боковым зрение он заметил изящный силуэт, бесшумно выросший рядом.
— Адвокат Шуй Чжаоминь? — Голос прозвучал сладко, как леденец, но от холодных ноток по спине Шуй Чжаоминя пробежал неприятный холодок.
— Нет. — Сохраняя непроницаемое лицо, он поправил очки и окинул взглядом незнакомку.
Молодая женщина в белом платье, дополненном кремовым шарфом; мягкие светло-каштановые волосы с легкой завивкой рассыпались по плечам.
— Нет? А я была уверена, что не ошибусь. — Женщина повернулась к нему лицом, ее прекрасные фиалковые глаза слегка сузились от улыбки. — Вы ведь знакомы с адвокатом Шуем?
Разве этот вопрос не звучал странно? Это же не детективный роман и не манга, чтобы первый попавшийся прохожий на улице случайно знал человека, которого ты разыскиваешь.
— Прошу прощения. — Морщась от боли в плече, Шуй Чжаоминь сделал полшага назад и принялся исподтишка разглядывать спутницу, попутно оценивая дорожную обстановку.
Назло всему, как назло, вокруг не было ни единой проезжающей такси! Черт!
— Вы собрались в путешествие, месье? — Женщина шагнула следом, сокращая дистанцию и сохраняя между ними зыбкую, опасную грань. Улыбка ее была ослепительной и нежной, но огонек в глубине фиалковых глаз Шуй Чжаоминю был прекрасно знаком.
Точь-в-точь как у Тэн Шэ.
Разве из всех шестерых детей не у Суоло были именно фиалковые глаза? Ей исполнилось всего двадцать пять, возраст вполне подходящий…
— Прошу прощения, мисс, это мои личные дела. — На ладонях выступил холодный пот, но внешне Шуй Чжаоминь оставался невозмутим, одарив незнакомку вежливой улыбкой.
Женщина мягко рассмеялась. В прохладной ночной тишине ее смех звучал завораживающе, до боли напоминая чарующие песни Сайлен.
— Разве случайная встреча — не знак свыше? Раз уж вы собрались на отдых, почему бы не погостить в моем отельчике? Бытьбор, вам по душе средиземноморский колорит? — Женщина склонила голову набок, и прядь мягких волос упала на ее белоснежную щеку. Она подняла руку, чтобы убрать ее, и на запястье мелькнал темно-красный шрам.
— Нет, мне больше нравится…
— Адвокат Шуй, я люблю умных людей. — На полуслове его оборвали. В фиалковых глазах больше не было нужды скрывать свирепость, но женщина по-прежнему оставалась до одури прекрасна — копия Тэн Шэ.
— Почему вы выбрали меня? — Шуй Чжаоминь совершенно этого не понимал, он ведь всего-навсего адвокат. — Я больше не веду дела мистера Тэн Шэ Брени.
Женщина звонко рассмеялась и легко взмахнула рукой — из темноты бесшумно вынырнул длинный лимузин.
— Адвокат Шуй, возможно, разговор в теплом уютном местечке поможет вам быстрее принять неизбежное.
— Правда? — Он с горькой усмешкой искривил губы. Неужели это расплата за то, что последние пять лет он не мог съездить домой, чтобы навестить могилы предков? Бабушки и дедушки, он признает свою вину! Вернется на Тайвань — устроит роскошные поминки по всем правилам, но можно ли ему сейчас просто дать уйти?
http://bllate.org/book/33030/4050087
Готово:
