В мгновение ока перед Лу Наньсюнем возникло лицо, словно выточенное из нефрита.
Он внезапно затаил дыхание: сколько бы раз он ни смотрел на него, это неизменно вызывало трепет в сердце. Его взгляд скользнул от высокого переносицы вниз к слегка поджатым губам — даже под маской этот человек выглядел неизменно ледяным, однако при внимательном рассмотрении всё же замечались едва уловимые изменения.
Лу Наньсюнь слегка прищурился, с удовольствием любуясь открывшейся картиной.
Но стоило ему сделать лишь пару взглядов, как альфа перед ним снова натянул свою потрепанную маску.
— Насмотрелся?
Лу Наньсюнь тут же почувствовал раздражение:
— Ещё нет.
С этими словами он протянул руку, намереваясь сорвать эту жалкую маску, но не успел даже коснуться её, как альфа перехватил его запястье.
Они встретились взглядами, и Нин Цунжан не отступил ни на шаг, словно молчаливо выражая отказ.
Между ними воцарилось упорное противостояние.
Лу Наньсюнь никак не мог связать этого распущенного мужчину с тем обожаемым детьми директором, которого только что видел на сцене.
В этот момент раздался стук в дверь, и тут же снаружи послышался голос:
— Директор, скоро время церемонии награждения.
Лу Наньсюнь чуть было не забыл об этом. В его глазах мелькнуло недовольство.
Нин Цунжан отпустил руку Лу Наньсюня и направился к выходу, но едва он поднялся, как мужчина окликнул его:
— Окажи мне последнюю услугу, помоги передать тот чемоданчик с кодовым замком.
Лу Наньсюнь продолжил:
— Не хочешь же ты, чтобы я заявился на публике, насквозь пропитанный твоими феромонами?
Нин Цунжан:……
Вскоре после этого он передал чемодан.
Лу Наньсюнь достал оттуда ампулу с блокатором и вогнал её прямо себе в тело.
Феромоны, исходившие от него, тут же утихли.
— Пойдём, Бэйбэй, наверное, уже заждался.
Впрочем, ждал не только Бэйбэй — Линь Миньюань тоже.
Нин Цунжан держал на руках Бэйбэй, и на обратном пути они как раз столкнулись с Линь Миньюанем, который всё это время терпеливо ждал их.
Линь Миньюань наконец дождался Нин Цунжана, но, заметив постороннего, подавил подступающее раздражение и изобразил на лице безупречную улыбку.
— А-Ран, куда ты ходил? Я тебя совсем не мог найти.
— Я ходил переодеться, поэтому меня не было так долго, — первым заговорил Лу Наньсюнь.
Он перевел взгляд на Нин Цунжана и поинтересовался:
— Это кто?
Нин Цунжан не любил играть на публику и промолчал, никак не ответив на реплику.
Линь Миньюань впервые в жизни общался со столь влиятельным человеком и всё ещё испытывал некоторое напряжение, поэтому почтительно произнес:
— Господин Лу, я его старший брат, Линь Миньюань.
Выслушав его, Лу Наньсюнь посмотрел на Нин Цунжана и многозначительно произнес:
— Вы — старший брат господина Нина? Похоже, не очень-то и похожи.
Линь Миньюань на мгновение растерялся, словно до него не сразу дошел смысл сказанного.
Однако в следующий же миг он осознал подтекст этих слов, и выражение его лица резко изменилось.
Отыскал очень крутую обложку, скоро смогу её поставить [ушки вислоухого кролика]
Некоторые альфы мастера притворяться
После окончания мероприятия.
Линь Миньюань пребывал в угнетённом состоянии, растеряв и следа былого воодушевления.
Они возвращались домой вместе. Линь Миньюань сидел рядом с Нин Цунжаном и неожиданно уловил от него едва заметный незнакомый тёплый аромат.
Очень приятный запах, такой обычно присущ богачам — он уже несколько раз чувствовал нечто подобное от Цзинь Юя.
Он утешал себя мыслью, что за то время, пока Нин Цунжан отсутствовал, ничего особенного между ними не произошло… А запах мог просто прицепиться во время какой-нибудь игры.
Вскоре они дошли до развилки, где их пути расходились. Завтра Линь Миньюаню нужно было на работу, поэтому он не пошёл провожать Нин Цунжана дальше.
— А-Ран, ты сегодня был рад?
Задавать этот вопрос Нин Цунжану было заведомо проигрышной идеей.
Судя по всему, Линь Миньюань и сам это понимал: задав вопрос, он тут же усмехнулся:
— А я вот вполне доволен.
— Обратные билеты я взял на через три дня, тебя устраивает?
— Угу.
Получив согласие, Линь Миньюань, однако, не почувствовал той радости, на которую рассчитывал.
Он уговаривал себя, что после возвращения домой для Нин Цунжана всё вернется на круги своя...
Глубокой ночью, во Внутреннем городском районе, в лаборатории некоего научно-исследовательского института.
Яркий луч света падал на операционный стол, к которому был привязан человек.
Руки Лу Наньсюня были зафиксированы по бокам. Он хмурил брови, лоб покрывала испарина, а на красивом лице читалось терпеливое сдержанное выражение. Его торс был обнажен, а припухшая железа на затылке ничем не прикрыта.
Айлэн бросил на него взгляд и невольно судорожно втянул воздух. С сомнением в голосе он спросил:
— Ты уверен, что ходил сегодня заниматься благотворительностью, а не развлекаться с альфами?
Услышав это, Лу Наньсюнь лениво приоткрыл глаза.
— А сам как думаешь?
Айлэн пожал плечами:
— Железа опухла до такой степени, и ты утверждаешь, что не контактировал ни с какими альфами? Ни за что не поверю.
Лу Наньсюнь прикрыл глаза и ответил:
— Встречался разок.
— И это всё — просто встречался?
— Он ещё и дотронулся до железы.
Айлэн озазарённо кивнул и протянул:
— О-о~ тогда всё понятно.
— По-твоему, он ненормальный?
Внезапно Лу Наньсюнь снова открыл глаза, сдвинул брови и погрузился в раздумья.
— А?
Айлэн растерялся:
— С чего вдруг называть человека больным на ровном месте?
— Я говорю, что он и правда болен, — пояснил Лу Наньсюнь. — По идее, чем выше степень совместимости AO-феромонов, тем сильнее взаимное влечение. Почему же, стоило мне впасть в жар, этот человек выглядел совершенно равнодушным?
Выслушав его, Айлэн изумился:
— Да как такое возможно, с вашим-то уровнем совместимости феромонов!
— Вот и я удивляюсь: железа так сильно опухла, а следов от зубов нет и в помине. Какая выдержка.
— Неужели и впрямь существуют альфы, способные сохранить хладнокровие в столь соблазнительной ситуации?
— В следующий раз приведи его ко мне на обследование!
Айлэн не удержался от любопытства:
— Расскажи подробнее, были у него в тот момент какие-нибудь физиологические реакции? Некоторые альфы просто мастера притворяться: тело уже отказывает, а они всё равно делают вид, что абсолютно невозмутимы.
— Притворяться?
Лу Наньсюнь вспомнил ледяное лицо этого красавца-альфы, слегка прищурился и решил в следующий раз проверить это на практике.
— Именно, — предупредил Айлэн. — Приготовься, лечение начинается.
Слова Айлэна потонули в резкой боли от серебряных игл, вонзившихся прямо в железу, разом лишив Лу Наньсюня возможности думать о чём-либо ещё.
Когда процедура подошла к концу, он был насквозь мокрым от пота.
Бросив взгляд на Айлэна, Лу Наньсюнь тяжело задышал и произнес:
— Нельзя было поаккуратнее?
— Жалуешься, что я слишком груб? — Айлэн замер с инструментами в руках. — Тогда не шляйся по альфам, твой организм к такому пока не готов.
Лу Наньсюнь:……
— Говорят, те старые маразматики из семьи Чарльз собираются потрепать тебе нервы?
Лу Наньсюнь, застёгивавший пуговицы на рубашке, замер на секунду. В его взгляде мелькнула острая сталь:
— Эти старые пни действительно бузят, но толку от этого мало.
То, что он однажды проглотил, обратно уже не вернёт никто.
Много лет назад семьи Лу и Чарльз заключили помолвку, и Лу Наньсюня выдали замуж в качестве партнера для династического брака, однако тому мажору не посчастливилось отдать концы в первую же брачную ночь.
Тогда семья Чарльз решила, что жалкий овдовевший омега не сможет затеять бурю и его будет легко держать в узде.
Но они и представить себе не могли, что этот безобидный с виду омега на поверку окажется голодным волком. Пустив зверя в дом, они за каких-то год полностью сглонули большую часть активов семьи Чарльз.
— Я ещё слышал, что они собираются подать в суд на развод от имени покойного господина Чарльз. Мол, ты не родил ребёнка семье Чарльз и ничем не помог роду, а потому недостоин наследовать их активы. Просто умора…
Услышав смех друга, Лу Наньсюнь покрутил затекшей шеей, отчего кости противно захрустели.
Он поднял руку и потрогал уже спавшую припухлость на затылке. Неизвестно, о чём он подумал, но его глаза сузились, а на губах заиграла усмешка:
— Разве это проблема? Если им так нужен ребёнок, мы им его дадим.
Услышав это, улыбка на лице Айлэна застыла, а в глазах промелькнуло недоумение:
— Ты же вроде всегда терпеть не мог детей?
Тут же в глазах Айлэна мелькнуло подозрение:
— Кто рожать-то будет?
— Конечно, я.
Видя изумлённый взгляд друга, Лу Наньсюнь улыбнулся ещё шире, а во взгляде промелькнула капелька озорства:
— Как вдовцу семьи Чарльз, мне и карты в руки — наследственные права получит только ребёнок, рождённый мной.
Айлэн моргнул.
Ему показалось, что Лу Наньсюнь над ним шутит:
— Но ведь Чарльз уже столько лет на том свете, на его могиле трава уже в человеческий рост.
— Ребёнок-посмертней.
Айлэн резко вытаращил глаза, уставившись на плоский живот друга. От услышанного реальность вокруг начала казаться какой-то сюрреалистичной.
— Появится ребенок — у этих старых маразматиков не останется поводов третировать нас, сиротку с вдовцом. Общественное мнение сразу окажется на моей стороне, Белая Башня тоже прикусит языки, и даже мой братец-бездарь не посмеет пирог разевать.
Лу Наньсюнь потер подбородок и приподнял бровь:
— Чем больше думаю, тем лучше кажется идея.
Мозг Айлэна едва справлялся с нагрузкой:
— Ты, конечно, прав, но…
— Никаких но, я сказал — значит, так тому и быть.
Айлэн вручную подобрал свою отвалившуюся челюсть.
Шок в его глазах сменился восторгом, и он поднял большой палец вверх, обращаясь к Лу Наньсюню:
— Ты просто безумный омега, но я чертовски рад иметь такого друга! Когда соберёшься делать ребёнку тест ДНК, обращайся ко мне — ты же знаешь, в этом деле я профи.
— Ставишь ва-банк — и я в игре.
Лу Наньсюнь усмехнулся, сладко зевнул и произнес:
— Поздно уже, мне пора возвращаться отдыхать, завтра совещание с утра. Кстати, Рафаэль починили?
— Подожди ещё пару дней, там не хватает одной прецизионной детали, придётся поискать на черном рынке.
http://bllate.org/book/33284/4087100
Готово:
