Глава 16. Неприятный обед
Ван Саньсяо очень любил Му Сиси. Он поманил официанта, чтобы тот придвинул к их столу ещё один стул, и Му Сиси, шагая с ноги на ногу вразножку, подошёл ближе и с натянутой улыбкой произнёс:
— Сяо-гэ, я… у меня тут дела, я не буду вам мешать.
Ван Саньсяо удивленно посмотрел на него:
— Ты же несовершеннолетний, тебе всего шестнадцать, как это ты умудряешься быть занятее меня целыми днями?
Му Сиси с совершенно невозмутимым видом заявил:
— Я просто очень люблю учиться.
Ван Саньсяо поднял запястье, посмотрел на время и неторопливо протянул:
— Сейчас суббота, два часа дня. Чему же ты учишься в частном ресторанчике?
Му Сиси изобразил жест, будто рубит овощи:
— Училюсь готовить.
— О? — Ван Саньсяо изумленно оглядел его миловидное личико, изящное, как у фарфоровой куклы, и совершенно не смог представить его в фартуке и с огромным половником в руках. — А ты, братец, оказывается, многое умеешь.
— Вроде как говорится: чтобы покорить сердце мужчины, нужно сначала покорить его желудок, — с гордым видом выдал Му Сиси. — Моё кулинарное мастерство сейчас, пожалуй, способно прокормить целый батальон мужчин.
Ван Саньсяо расхохотался от его слов, хлопнул по столу и со смехом выругался:
— Черт побери, язык без костей! Зачем тебе целый батальон мужчин? Собрался снимать для них сериал «Солдаты спецназа»?
— Ой, нет, так не пойдёт, я же терпеть не могу Сюй Саньдо! — Му Сиси завелся еще сильнее, схватил Ван Саньсяо за руку и возбужденно затараторил: — Сяо-гэ, когда-нибудь приходи ко мне домой, я сам для тебя приготовлю!
Ван Саньсяо аж засиял:
— Серьезно?
— Да конечно… — Му Сиси только собрался пообещать, как вдруг Вэй Цун резко дёргнул рукой. Зажатый в его пальцах бокал соскользнул и опрокинул стоявшую на столе бутылку. Овальный сосуд закрутился на столе волчком, разбрызгивая кисло-сладкое рисовое вино полукругом, и, точно скрытое оружие, брызнул прямо в Му Сиси.
Тот мгновенно отпрянул назад, но всё равно забрызгал себе всю брюшину:
— Какая засада…
— Простите, простите… — Вэй Цун поспешно вскочил, схватил со стола влажную салфетку и, вцепившись ему в штаны, принялся лихорадочно ею тереть туда-сюда, наперебой извиняясь: — Это всё я, такой неуклюжий, маленький господин Му, вы…
Му Сиси остолбенел, во все глаза наблюдая, как пятнышки от вина превращаются под старательным трением Вэй Цуна в огромное мокрое пятно, точь-в-точь как обмочившийся ребёнок.
А Вэй Цун тем временем самым бессовестным голосом произнёс:
— Ваши брюки уже не годятся для носки, сходите переоденьтесь. Примите мои извинения за мою неосторожность.
Му Сиси:
— …
Вэй Цун с улыбкой посмотрел на него:
— Мне правда очень неловко.
— Да вы специально… — Му Сиси с возмущением поднял голову, но в тот самый момент, когда их взгляды встретились, его пробрала дрожь. Он тут же поник и смиренно пробормотал: — Ни… ничего страшного. Я… я пойду переоденусь…
Ван Саньсяо, держа в руке бокал с вином, проводил взглядом убегающего в слезах Му Сиси, после чего перевёл взгляд на залитый липким рисовым вином стол и с улыбкой, в которой читался двойной смысл, произнёс:
— Раньше часто говорили, что изнеженные книжники не способны ни тяжести носить, ни корзину удержать. Но глядя на вас, генералы Вэй, я вижу, что вы куда слабее тех учёных мужей: вы уже докатились до того, что не в силах даже чарку в руке удержать.
Вэй Цун как раз подзывал официанта, чтобы тот вытер стол, и на эти слова ответил с абсолютной невозмутимостью:
— Наверное, перебрал, рука и дрогнула.
— Не знал, что у генерала Вэй такая слабая голова, — неторопливо допив остатки вина из своего бокала, Ван Саньсяо машинально обвёл языком винный след на нижней губе. — Стоило выпить всего пару рюмок рисового вина — и уже напился до дрожи в руках.
Вэй Цун уставился на его ярко-алый кончик языка и тихо произнёс:
— Разве третий молодой господин никогда не слыхал поговорку: вино не пьянит человека, человек сам…
Лицо Ван Саньсяо мгновенно помрачнело.
Вэй Цун резко проглотил последнее слово, выждал пару секунд и легко улыбнулся:
— Видимо, я и впрямь не силён в питье, ляпнул лишнего. Прошу третьего молодого господина не судить строго.
Одетая в стиле сине-белого фарфора юная официантка быстренько убрала пролитое вино, взяла графинчик и тихо спросила:
— Вино закончилось, повторить?
Вэй Цун бросил:
— Принесите ещё кувшин…
— Не нужно, — Ван Саньсяо небрежно бросил бокал обратно на стол, изящно промокнул уголки рта, взглянул на девушку и тепло улыбнулся: — Блюда в вашем заведении исключительно изысканные и вкусные, а обслуживание очень внимательное и заботливое. Вы все отлично потрудились.
От его улыбки, тонких губ и лукаво прищуренных уголков глаз веяло такой бесконечной нежностью и теплом, что у бедной девочки вмиг растаяли все косточки. Она во все глаза, сияя от восторга, уставилась на него и дрожащим голосом пролепетала:
— Б… большой спасибо за похвалу. Для нас огромная честь, когда гости остаются довольны.
— Здесь пока убирать не нужно, — внезапно подал голос Вэй Цун, и тон его прозвучал сдержанно и холодно. — Свободна.
— …Хорошо, генералы Вэй, — официантка тут же бесшумно ретировалась.
Вэй Цун повернулся к Ван Саньсяо:
— Сегодняшняя жареная утка и свиные рульки были слишком жирными, давай выпьем чайку, чтобы почистить желудок.
— Как знаешь, — на губах Ван Саньсяо играла лёгкая улыбка. Ему безумно понравилось то, как прошёл этот обед, и настроение было превосходным. Он бессознательно отбивал пальцами ритм по столешнице, напевая какой-то разухабистый мотивчик, и рассеянно оглядывал убранство ресторана. — В этом месте есть своя атмосфера: умывание камнями, питьё из ручья, простая безыскусность… Кстати говоря, несколько лет назад я и сам думал открыть вот такое небольшое заведение.
— Смутно припоминаю, ты уже упоминал об этом… — Вэй Цун опустил глаза, будто выискивая что-то в воспоминаниях, и тихо проговорил: — Только с положением и делами третьего молодого господина… с чего бы тебе вдруг задумываться об открытии ресторана?
Официант принёс чайник пуэра. Ван Саньсяо вертел в пальцах крошечную чашечку обжигающего чая и со смешком ответил:
— Еда и секс — природа человека. Что странного в том, что нормальный мужчина любит разбираться в кулинарии?
— Тогда почему же ты так и не открыл его?
Ван Саньсяо поднял на него глаза, пренебрежительно хмыкнул, словно вопрос был полнейшим абсурдом, и тут же перевёл тему:
— Помню, в те годы генерал Вэй был ужасно против собственного происхождения. Как же так вышло, что теперь ты послушно принял компанию и взялся помогать Старшему в роду расхлёбывать проблемы?
Вэй Цун на мгновение замер, а затем тихо рассмеялся, тяжело вздохнув:
— В этом мире всегда бывают моменты, когда человек оказывается бессилен перед обстоятельствами.
— Время ограничено, невозможно одновременно тянуть хобби и бизнес, — уголки губ Ван Саньсяо тронула улыбка, но в глазах её не было. Холодно глядя на Вэй Цуна, он тихо произнёс: — Всё зависит от того, чем ты готов пожертвовать.
Вэй Цун вдруг с неприятным предчувствием уловил в его словах скрытый подтекст. Немного подумав, он переспросил:
— Саньсяо, в те годы…
— У любого выбора всегда есть свои причины. Люди делятся на знатных и подлых, а дела — на важные и второстепенные, — перебил его Ван Саньсяо с ледяной усмешкой. — Я всё прекрасно понимаю, генералу Вэй не нужно ничего объяснять.
Атмосфера за столом незаметно похолодела. Они сидели друг напротив друга и молча допили чайник пуэра. Затем Ван Саньсяо поднялся, взял своё пальто и направился к выходу.
Вэй Цун сидел за столом, провожая глазами его похудевшую фигуру, и его спокойное лицо вмиг помрачнело. Нахмурившись, он равнодушно оглядел опустевший зал, а спустя мгновение едва заметно вздохнул.
Когда Ван Саньсяо вышел из ресторана, к нему тут же озадаченно подбежал водитель Вэй Цуна:
— Третий молодой господин, а где наш генерал Вэй?
— Внутри, — Ван Саньсяо окинул взглядом окрестности, но из-за скудных познаний в пекинских улочках так и не смог понять, где они находятся. Поэтому он просто распахнул дверцу машины и развалился на заднем сиденье чужого авто Вэй Цуна. — Будь добр, отвези меня в отель.
Водитель остолбенел:
— Но ведь генерал Вэй…
Ван Саньсяо бросил на него леденящий взгляд и протянул с прохладцей:
— По-твоему, твой генерал Вэй уже в таком возрасте, что может потеряться на улице? Не тяни кота за хвост, поехали!
Любой водитель, работающий на крупного начальника, — далеко не простой человек. Умение с полуслова улавливать настроение босса — это базовый профессиональный навык. Стоило водителю взглянуть на мрачную, пышущую злостью физиономию Ван Саньсяо, как он чётко понял: если сейчас же не тронуться с места, завтра можно смело забыть о получении зарплаты в корпорации Вэй.
А что до оставшегося внутри генерала Вэй… Подумаешь! После стольких поездок с начальством разве еще не ясно, кто здесь важнее?
Поэтому водитель вдавил педаль газа в пол и без малейших колебаний бросил собственного босса на произвол судьбы.
По возвращении в отель братья Сюн вовсю рубились в League of Legends. Никудышный товарищ по команде Сюн Эр получал знатных тумаков и вовсю орал:
— Спаси меня, братишка, убивают!!!
Сюн Да, занятый безжалостным истреблением врагов, на его крики даже не взглянул. Лишь когда Сюн Эр был уже на волосок от смерти, он соизволил милостиво прикрыть его задницу, заодно отвесив брату смачного виртуального пинка, от которого Сюн Эр полетел со стула вниз.
— Какого чёрта? — шлёпнувшись на пятую точку, взъярился Сюн Эр. — Ты чего пинаешься? Решил слить союзника?!
— От тебя в режиме AFK пользы было бы больше, чем сейчас… — холодно бросил Сюн Да и, заметив вошедшего с мрачным лицом Ван Саньсяо, тут же сдал брата — мгновенно захлопнул ноутбук: — Третий молодой господин, что случилось?
Ван Саньсяо присел за стол, вытянул из вазочки фисташку и расщёлкнул её. Круглое ядрышко выкатилось наружу, а он с задумчивым видом посмотрел на Сюн Да:
— Проверьте-ка, какие отношения связывают Вэй Цуна и Му Сиси.
— Слушаюсь, — кивнул Сюн Да.
Сюн Эр, всё еще сидевший на полу, повернулся к ним с круглыми от удивления глазами:
— Да какие у них могут быть отношения?
— По идее — никаких, но… — пробормотал Ван Саньсяо, — то, как Вэй Цун смотрел на Му Сиси… Нет, забудь, не проверяйте. Не хочу знать обо всей этой его грязной возне.
Братья переглянулись. Сюн Эр, совершенно ничего не понимая в этой ситуации, осторожно подал голос:
— Третий молодой господин, вас… кто-то обидел?
Ван Саньсяо медленно перевёл на него взгляд и злобно процедил:
— И что ты хочешь этим сказать?
— Вы сейчас выглядите точь-в-точь… — голос Сюн Эра становился всё тише и тише. — Точь-в-точь как… как…
Ван Саньсяо протянул руку, потрепал его короткую колючую макушку и тихо спросил:
— Как кто?
Сюн Эр решил идти ва-банк:
— Как ревнивая жена!
— Ха-ха-ха! А глаз алмаз! — Ван Саньсяо трижды громко расхохотался, резко сжал пальцы, мёртвой хваткой вцепившись в шею бедолаги, притянул его к своему лицу и осквернил злобной усмешкой: — По-твоему, моя поза ревнивца выглядит достаточно убедительно?
У Сюн Эра из глаз брызнули слёзы:
— Уб… убедительно… очень убедительно… Третий молодой господин, отпустите меня…
Ван Саньсяо отпихнул его ногой, подхватил со стола парочку фисташек, протянутых Сюн Да, и захрустел ими так, что зазвучали коренные зубы:
— Ревновать Вэй Цуна к кому-то… В теории ещё куда ни шло, но к Му Сиси?! Черт побери, это звучит ещё бредовее, чем если бы вы двое сошлись друг с другом!
Сюн Эр бросил косой взгляд на старшего брата и здрогнул:
— Черт, я теперь вообще не смогу смотреть на брата прежними глазами.
Вот же дубина… Сюн Да даже брезговал с ним спорить. Он перевёл взгляд на Ван Саньсяо и тихо спросил:
— Так третий молодой господин считает, что с этими двумя что-то не так?
— Мне всё время кажется, будто они оба что-то от меня скрывают, — задумчиво протянул Ван Саньсяо.
Сюн Да предложил:
— Хотите, я наведу справки?
— Ладно, не надо проверять, — вспомнив слова Вэй Цуна по дороге на аукционную выставку, Ван Саньсяо фыркнул. — Этот паникёр по фамилии Вэй слишком высокого о себе мнения, раз думает, что я стану копаться в его грязном белье. С его характером он наверняка всё заранее подготовил. Мы раскопаем лишь то, что он сам соизволит нам показать, а я вовсе не собираюсь потакать его замашкам.
Сюн Да с самым честным выражением лица выдал утрированную лесть:
— От вас вообще ничего невозможно скрыть.
Ван Саньсяо остался очень доволен. Он искренне считал себя невероятно проницательным и умным человеком, чей IQ превосходит уровень Вэй Цуна как минимум на несколько порядков. Потешив своё самолюбие с полминуты, он вдруг кое о чём вспомнил:
— Поищите-ка информацию о том нефритовом подвеске из красной жадвы на Аукционе Чжаодэ: кому из коллекционеров он может быть интересен? Мне нужно примерно прикинуть его стоимость.
http://bllate.org/book/34155/4206064
Готово: