Не успел Шэнь Шу доесть, как WeChat наперебой заиграл звуковыми уведомлениями.
Хэ Юньшэнь посмотрел на него и спросил:
— Не хочешь ответить на сообщения?
Шэнь Шу даже не поднял головы:
— Не хочу.
В глазах Хэ Юньшэня мелькнуло удивление. Перевернув телефон экраном вверх, он спросил:
— Разве вы не в хороших отношениях? Почему ты не отвечаешь?
Шэнь Шу проглотил кусок, взглянул на Хэ Юньшэня и совершенно естественно ответил:
— Мой покровитель не разрешает.
Хэ Юньшэнь с легкой улыбкой протянул телефон Шэнь Шу, ничего не объясняя, но смысл был понятен без слов.
Шэнь Шу взял аппарат, только собираясь глянуть, что там написал Хэ Чжан, как тот сразу же позвонил:
— Сяо Чжуцзы, не игнорируй меня. В прошлый раз я был неправ, не хочешь — не связывайся с Егуаном. Я просто немного разозлился, что ты отказался задействовать связи, а сам в итоге побежал в Байчуань к Хэ Юньшэню. Сам видишь, случись что, он о тебе даже не позаботится. Как ты сейчас? Давай я приеду, выпьем?
Шэнь Шу бросил взгляд на Хэ Юньшэня. Тот, казалось, ничего не слышал и спокойно потягивал суп из свиных ребрышек.
Шэнь Шу уже собирался заговорить, но из его горла вырвался невнятный, влажный и полный недвусмысленного подтекста звук:
— Мм…
Хэ Чжан на том конце провода явно замер, а его голос помрачнел:
— Сяо Чжуцзы, с кем ты?
Шэнь Шу проигнорировал Хэ Чжана и нахмурился, глядя на Хэ Юньшэня. Воспользовавшись тем, что Хэ Чжан говорил, мужчина засунул ему в рот кусок ребрышка. И хотя в миске лежали кусочки помельче, Хэ Юньшэнь нарочно выбрал самый большой, который целиком заполнил рот Шэнь Шу. Тот попытался было откусить, но Хэ Юньшэнь и не думал вытаскивать палочки.
Шэнь Шу приподнял брови, расслабил лоб и так с открытым ртом уставился на Хэ Юньшэня, в глубине его лисьих глаз промелькнуло странное возбуждение и предвкушение.
В ту же секунду палочки уперлись ему в язык, кончик которого легонько зажали. Он не мог ни прожевать мясо во рту, ни произнести ни звука, оставалось лишь запрокинуть голову, приоткрыв рот и зажав в нем угощение, не смея даже шевельнуть языком.
Из телефона по-прежнему доносился голос Хэ Чжана, в его низких нотках проступила опасная угроза:
— Шэнь Шу, кто там рядом с тобой? Что вы делаете?
Вскоре Шэнь Шу протянул руку и дернул Хэ Юньшэня за рукав. Он хотел что-то сказать, но из горла вырывались лишь невнятные мычания и стоны, не складывавшиеся даже в четкие слоги.
Сдерживая ярость, Хэ Чжан заговорил сквозь помехи в динамике, и его голос исказился:
— Шэнь Шу, твою мать, у тебя и правда появился какой-то покровитель?!
Томные стоны Шэнь Шу становились все более несвязными, а во взгляде, устремленном на Хэ Юньшэня, читалась мольба. Взгляд Хэ Юньшэня потемнел, на лицо легла тень холода. Свободной рукой он сбросил вызов Хэ Чжана, а палочки, зажавшие кончик языка Шэнь Шу, медленно надавили.
Шэнь Шу тут же всхлипнул, почти со слезами в голосе, в уголках его глаз выступила влага, а с губ сорвалась капля прозрачной жидкости — тягучая и непристойная.
Хэ Юньшэнь навис над ним тяжелой громадой. Сердце Шэнь Шу заколотилось птицей в груди, готовое выпрыгнуть наружу, мощное давление лишало дыхания — он отчетливо чувствовал, что Хэ Юньшэнь сейчас зол, чертовски зол.
Ему хотелось спросить в чем дело, но из-за давления во рту он не мог произнести ни слова.
Однако в следующий миг он понял, почему Хэ Юньшэнь вдруг рассвирепел:
— Хотел поговорить с Хэ Чжаном?
Шэнь Шу замер на секунду, а затем вспомнил, что, пока Хэ Чжан задавал вопросы, он дернул Хэ Юньшэня за рукав, чем заставил мужчину ошибочно подумать, будто он жаждет объясниться с Хэ Чжаном.
Ему вдруг захотелось рассмеяться, но смех застрял в горле. Оставалось лишь смотреть на Хэ Юньшэня: его лисьи глазки чуть сузились, глаза мгновенно покраснели, а слезинки одна за другой скатывались из уголков глаз, словно жемчужины русалки, готовые в тот же миг превратиться в настоящие сокровища.
Одна слеза скользнула по щеке, оставив на бледной коже блеклый мокрый след, точно острый нож полоснул Хэ Юньшэня по сердцу, разнеся в клочья темные тучи, клубившиеся у него на дне глаз.
Он медленно отпустил язык Шэнь Шу и вытащил палочки изо рта юноши — те были полностью покрыты слюной. Хэ Юньшэнь взял салфетку и стер дорожки влаги с губ Шэнь Шу. Из-за слюны и жирного блеска те казались невероятно пухлыми и соблазнительными.
Шэнь Шу с облегчением выдохнул, его язык снова онемел. К счастью, его актерский талант плакать по заказу сработал безотказно, и он успешно спас свой язык из лап Хэ Юньшэня. Беспомощно выплюнув кусок ребрышка обратно в миску, он перевел дыхание, давая онемевшему языку прийти в себя, и предъявил Хэ Юньшэню претензию:
— Разве не ты велел мне ответить ему? Чего ты сам вдруг взбесился?
Хэ Юньшэнь выбросил салфетку в урну, бросил на Шэнь Шу взгляд и произнес:
— Ты хотел объясниться с ним, верно?
Шэнь Шу отложил телефон в сторону, полностью игнорируя настойчивые повторные звонки Хэ Чжана, чья мелодия рингтона теперь служила фоновой музыкой:
— И в чем же, по мнению генерального директора Хэ, я хотел объясниться?
Хэ Юньшэнь приподнял веки и холодно бросил:
— Разумеется, насчет покровителя.
Шэнь Шу приподнял брови, в его глазах снова заплясала улыбка — он тут же выбросил из головы эпизод, когда мужчина довел его до слез палочками:
— А как тут объяснишься? Я ведь действительно со своим покровителем.
Хэ Юньшэнь посмотрел на склонившего набок голову Шэнь Шу, чьи губы тронула беспечная улыбка, и, опушив ресницы, произнес:
— Не собираешься ему ничего объяснить?
Шэнь Шу поджал губы:
— Не собираюсь. А вот генеральный директор Хэ, поступивший со мной так только что, не должен ли мне кое-что объяснить?
Услышав фразу «не собираюсь», Хэ Юньшэнь чуть ослабил уголки рта, которые до этого были сурово опущены:
— Тебе не понравилось?
Улыбка Шэнь Шу стала еще шире, и он снова поставил стопу, покоившуюся на мягком пуфике, прямо на бедро Хэ Юньшэня, слегка потираясь сквозь ткань брюк:
— Понравилось. Но может ли генеральный директор Хэ дать мне больше?
Дыхание Хэ Юньшэня сбилось. Одной рукой он перехватил Шэнь Шу за щиколотку и резко сжал, а подушечками пальцев принялся круговыми движениями разминать выступающую косточку.
От щиколотки вверх побежала волна щекотки. Шэнь Шу почувствовал, будто место, по которому скользнули подушечки пальцев Хэ Юньшэня, касался змеиный язык. Он зажмурился от довольства, словно кот, которого ласково треплют за подбородок. Однако в следующий миг щиколотку сдавила такая мощная хватка, что кости, казалось, готовы были хрустнуть.
Шэнь Шу шумно втянул воздух — щиколотка пронзительно заныла, и он уже собрался потребовать ответа, но Хэ Юньшэнь опередил его вопросом:
— С какой стати?
http://bllate.org/book/34301/4227458
Готово:
