Эрлс вновь не смог сдержать свою сущность: его крылья непроизвольно вырвались наружу, а следом показались и клыки.
Цзи Ци, поражённый, перевёл взгляд с плеча Гу Лияня на мучающегося от боли Эрлса. Гу Лиянь, не дрогнув, холодно хмыкнул и, как бы невзначай, развернулся, полностью закрыв собой фигуру Эрлса.
Цзи Ци не мог оставаться в стороне. На этот раз он, не обращая внимания на присутствие Гу Лияня, шагнул вперёд, и в его голосе прозвучало явное беспокойство:
— Эрлс?
Этот зов, лишённый всяких формальных обращений, не только ошеломил толпу зевак за спиной, но и подействовал на Эрлса как отрезвляющий удар, на мгновение вырвав его из мучительного послевкусия Отвращения к крови.
Его глаза, прозрачные, словно рубины, на короткий миг прояснились, но это лишь усилило его смятение. Почти инстинктивно он не пожелал, чтобы Цзи Ци видел его в таком неприглядном, получеловеческом обличье. Не говоря ни слова, он взмахнул крыльями и устремился наверх, в кабинет.
Чёрный вихрь пронёсся мимо, Цзи Ци даже прищурился от порыва ветра, и в следующую секунду огромная фигура просто исчезла из виду.
Айлаис наконец опомнился от череды потрясений. Сохраняя подобающую верному слуге выдержку, он больше не боялся Гу Лияня и, выступив вперёд, преградил им путь. Его тон был властным:
— Князь сейчас не принимает гостей. Мы выполнили всё, что требовалось, пожалуйста, уходите.
У Сяовэй и остальные, подавленные той ужасающей атмосферой, что царила перед самым началом стычки, растерялись. Они ждали указаний от Гу Лияня. А тот с самого начала не сводил глаз с Цзи Ци. В его глубоких зрачках что-то скрывалось, и лишь тёмные отблески постоянно сменяли друг друга.
Обстановка стала напряжённой. Казалось, центром внимания всех присутствующих стал Цзи Ци, будто именно он был здесь самым влиятельным человеком.
Цзи Ци был расстроен. Он не понимал, почему всё зашло так далеко, но его мысли были заняты состоянием Эрлса. Он посмотрел на Гу Лияня, и его голос, мягкий, но твёрдый, прозвучал в тишине:
— Капитан Гу, я уверен, что между вами и Эрлсом возникло недопонимание. Могу поручиться, что Эрлс не из тех, кто создаёт полукровок.
Независимо от того, был ли Эрлс его маленькой летучей мышью, их общение в последнее время давало ему полное право сделать такой вывод.
Услышав это, Гу Лиянь лишь помрачнел. Он даже не обратил внимания на первую часть фразы, лишь глухо произнёс:
— Ты собираешься ручаться за него?
От него стала исходить необъяснимая, тяжёлая давящая сила, которая, однако, удивительным образом обошла стороной того, на кого была направлена. Остальные люди поблизости поморщились, и лишь Цзи Ци остался невозмутим.
Цзи Ци кивнул:
— Вы не могли бы уйти? Здесь…
Он прикусил нижнюю губу, не зная, какой предлог придумать, чтобы они спокойно покинули поместье.
Гу Лиянь долго и молча смотрел на него. Не дожидаясь, пока тот начнёт испытывать ещё большее неловкости, он молча развернулся и пошёл прочь. У Сяовэю и остальным не нужно было повторять дважды: как только их лидер ушёл, они, не желая оставаться в поместье Кровопийц, поспешили следом.
На выходе У Сяовэй бросил на Цзи Ци очень сложный взгляд. В нём смешались изумление, почтение и недоумение. Такой пристальный интерес был непривычен для Цзи Ци, который всегда предпочитал прятаться в тени. Он коснулся носа, развернулся и обнаружил, что все присутствующие Кровопийцы, включая Эйса и Эля, смотрят на него с таким же выражением лица.
Цзи Ци: … Ему немедленно захотелось сбежать.
Эти Кровопийцы, по своей натуре холодные и отстранённые, впервые искренне прониклись уважением к Человеку — причём к Человеку, который выглядел таким слабым, но при этом источал такой притягательный аромат.
Под множеством взглядов Цзи Ци набрался смелости и попросил:
— Можно мне пойти в кабинет и проведать его?
Эйс уже хотел было по привычке отказать, но брат дёрнул его за рукав. Эль едва заметно покачал головой, передавая без слов: возможно, он единственный, кто может помочь Князю. Эйс разжал руку. Слово «глупости» вертелось на языке, но так и не было произнесено. Маленькое семя надежды в его сердце начало прорастать. Никто лучше них не знал, сколько страданий принесла Князю эта болезнь. Если Цзи Ци действительно был тем самым особенным Человеком… Даже ради последней крупицы надежды они должны были ухватиться за этот слабый лучик света. Ведь если так пойдёт и дальше, даже чистокровный представитель королевской крови погибнет, поглощённый собственной болью.
Эйс боролся с собой, но в конце концов смягчился:
— Хорошо, но нужно подождать час.
— Почему? — Цзи Ци занервничал. Перед глазами всё ещё стояло лицо Эрлса, искажённое страданием. Это невольно напомнило ему их первую встречу, и сердце сжалось от непроходящей боли.
Эйс покачал головой:
— Когда у Князя случается приступ Отвращения к крови, он перестаёт узнавать своих. Любое существо, подошедшее слишком близко, будет расценено как враг.
Эль добавил:
— Это ради вашей безопасности. Пожалуйста, подождите час, пока господину не станет легче.
…
Пока всё внимание было приковано к Цзи Ци, Ся Тяньтянь, пребывая в странном оцепенении, вернулся в свою комнату. Боль в руке была настолько нестерпимой, что его лоб покрылся испариной. Он боялся выдать себя, но внутри него росло сильное чувство несправедливости.
За что?! Почему?!
Всё как всегда: он снова смотрел, как Цзи Ци, с которым должно было случиться что-то плохое, притягивает всеобщее внимание, словно главный герой в свете прожекторов. А ведь раньше тот был лишь никчёмной мышью, которую можно было безнаказанно унижать. С чего вдруг он стал таким блистательным?
К тому же, если бы не его появление, той ночью в кабинке Эрлс выбрал бы его, а не того мерзкого старика, который уволок его с собой. Он не ожидал, что его ждёт такой отвратительный опыт. Если бы он знал заранее, он бы не стал лгать, что является другом Цзи Ци.
Теперь всё кончено. Он превратился в урода, не человека и не чудовище, утратив даже достоинство Человека. Если это вскроется, его ждёт пожизненное заточение.
Ся Тяньтянь дрожал от ужаса, дыхание сбивалось. Рана на руке, нанесённая Гу Лиянем, продолжала кровоточить и гореть. Он осторожно приподнял ткань одежды, обнажая рану, доходившую до самой кости. Вокруг зияла чёрная пустота — следы его высохшей крови.
Его кровь стала чёрной… Как такое возможно? Он хотел стать долгоживущим видом, а не этой проклятой полукровкой!
Зрачки Ся Тяньтяня расширились от боли, но телефонный звонок вернул его в реальность. Схватившись за смартфон как за спасительную соломинку, он принял видеовызов. На экране показалось стареющее лицо герцога Мандрагоры.
Мандрагора не обратил внимания на раны Ся Тяньтяня, его глаза горели красным:
— Что произошло сегодня?
Это был тот, кто превратил его в чудовище, но Ся Тяньтянь, привыкший склоняться перед сильными, видел причину всех своих бед только в Цзи Ци. Поэтому он подобострастно начал выкладывать герцогу всё, что произошло.
На лице Мандрагоры отразилось удивление:
— Значит, он сейчас крайне слаб?
Ся Тяньтянь помедлил:
— Кажется, нет…
Скорее, он впал в состояние неконтролируемой ярости, на него было страшно даже смотреть.
Мандрагора хмыкнул, в его глазах блеснула злоба:
— Помнишь наш план? Иди к нему прямо сейчас и дай ему то, что я тебе дал.
Это было безумием, и Ся Тяньтянь невольно покачал головой:
— Нет…
Мандрагора взревел:
— Жить надоело?! Ты всего лишь жалкая полукровка, созданная мной! Смеешь перечить своему хозяину?!
Его нечистая кровь отозвалась на властный приказ «отца». Глаза Ся Тяньтяня налились кровью, кожа приобрела пепельно-чёрный оттенок, а уродливые клыки выпятились наружу. Он опустился на колени, обливаясь холодным потом:
— Простите, хозяин, я был неправ.
Мандрагора довольно оскалился, решив сменить гнев на милость:
— Ты единственный полукровка, сохранивший остатки сознания. Я вижу в тебе большой потенциал. Если сделаешь всё как надо, после того как я займу место Эрлса…
Он сделал паузу, обнажив золотые зубы:
— Я принесу в жертву свою кровь, чтобы ты стал настоящим Кровопийцей и разделил со мной бесконечную жизнь долгоживущего вида.
Ся Тяньтянь поднял голову. Его зрачки исчезли, глаза стали кроваво-красными. Он дрожал от возбуждения:
— Да!
Он завершил вызов. В руках Ся Тяньтяня был пузырёк, данный Мандрагорой. Подобно призраку, он двинулся в сторону кабинета. Обычно кто-то обязательно преградил бы ему путь, но сейчас, во время приступа Эрлса, никто из Кровопийц не осмеливался приближаться к верхнему этажу. Это позволило ему без помех добраться до двери.
Он осторожно постучал.
— Убирайся!
Раздался яростный, пропитанный жаждой убийства голос. Ся Тяньтянь был смертельно напуган, но, вспомнив обещания герцога, дрожащими руками достал телефон и включил запись — ту самую, что он тайком сделал раньше.
И, как он и ожидал, стоило голосу Цзи Ци заполнить пространство, как рычание и ледяная аура, исходившие из кабинета, внезапно исчезли, будто Князь получил некое успокоение.
***
Оказалось, та случайная запись действительно пригодилась. Ся Тяньтянь дёрнул уголком губ, выдавив кривую, полную зависти улыбку, и толкнул дверь.
В комнате не горело ни одного огня. Плотные шторы блокировали солнечный свет, и, несмотря на разгар дня, внутри царила непроглядная тьма.
http://bllate.org/book/34797/4295199
Готово: