Вернувшись домой, Юй Байчжоу вспомнил сцену под уличным фонарем и почувствовал, как его лицо само собой слегка покраснело. Сначала он ничего не заметил, но теперь, вспоминая это, он вдруг подумал, что те двое выглядели несколько двусмысленно.
Они стояли так близко — настолько близко, что, когда они разговаривали, можно было почувствовать дыхание друг друга.
Через мгновение он высунул лицо из-под одеяла.
Нет, на самом деле в этом не было ничего двусмысленного. Они сблизились, чтобы лучше наблюдать за эмоциями друг друга, а также чтобы разглядеть в глазах собеседника, искренен он или нет. Это вполне нормально. Хэ Янь не доверял ему, поэтому ему естественным образом пришлось подойти ближе, чтобы понаблюдать за ним. А он сам боялся, что Хэ Янь ему не поверит, поэтому во время разговора смотрел прямо тому в глаза.
К тому же, что может быть двусмысленного между двумя натуралами?!
Юй Байчжоу просто потерял дар речи от самого себя. Раньше его вкусы были вполне нормальными, но теперь, по его мнению, причиной такого поведения определенно стало влияние его собственных пап.
Он привел мысли в порядок, встал, достал из ящика стола пакет с цветными леденцами, который ему раньше подарил Фу Ся, положил его в боковой карман школьного рюкзака, после чего снова вернулся в постель, выключил маленький теплый светильник у изголовья и закрыл глаза, чтобы уснуть.
На следующий день Юй Байчжоу пришел в школу спозаранку. Место Хэ Яня было пустым. Дождавшись окончания утренних занятий, он обнаружил, что стул Хэ Яня по-прежнему пуст — тот действительно не пришел в школу.
Юй Байчжоу прислонился к стене, держа учебник в одной руке и положив другую на край парты, и смотрел на пустующее место по диагонали впереди. Неизвестно, было ли это потому, что он привык постоянно наблюдать за Хэ Янем, но сегодня, когда того вдруг не оказалось рядом, он почувствовал себя как-то непривычно.
Ту Гаомин, глядя с переднего ряда по диагонали на то, как его собственный глава с растерянным выражением лица тупо уставился на пустое место Хэ Яня, издал звук «ссс» и спросил сидевшего рядом Че Цууна:
— Слышь, а отношения главы и Хэ Яня и правда улучшились?
Че Цун презрительно покосился на него:
— Только заметил?
— Угу. — Ту Гаомин заметил это только сейчас, иначе в прошлый раз, когда ходили слухи, он бы не совершил ошибку, за которую его отчитал собственный глава. Однако ему было любопытно: — С каких это пор они... начали общаться?
Че Цун скрестил руки на груди:
— С того раза в столовой.
Ту Гаомин опешил:
— А?!
Че Цун поднял голову, его глаза через толстые линзы очков смотрели на Юй Байчжоу. Через мгновение он снял очки, положил их на парту и сказал Ту Гаомину:
— Просто запомни: с этого момента с Хэ Янем надо быть повежливее.
После окончания уроков во второй половине дня Юй Байчжоу сел в машину и, проезжая место поворота у выхода из школы, сказал Дяде Ли:
— Дядя Ли, я сегодня после обеда не поеду домой, отвези меня, пожалуйста, к больнице.
Дядя Ли отозвался согласием.
По дороге Юй Байчжоу созвонился с Фу Ся по телефону и предупредил его, что не вернется ужинать. Узнав, что тот собирается навестить в больнице маму одноклассника, Фу Ся велел ему захватить каких-нибудь питательных продуктов и не идти с пустыми руками, на что Юй Байчжоу послушно согласился.
Добравшись до входа в больницу, Юй Байчжоу попросил Дяду Ли сначала ехать домой, а сам направился в супермаркет напротив.
Он выбрал коробку питательного порошка, пригодного для употребления больными, а также корзину с самыми разными фруктами.
Питательный порошок — чтобы мама Хэ Яня поела, а фрукты — для самого Хэ Яня.
Рассчитавшись за покупку, он вышел с сумками в руках, и тут ему что-то пришло в голову. Он перекинул висевший за спиной рюкзак вперед, вытащил из бокового кармана небольшой пакетик с цветными конфетами, выбрал оттуда две со вкусом клубники и положил их в карман школьной формы.
Перед тем как прийти сюда, он ничего не сказал Хэ Яню, потому что у него не было контактных данных Хэ Яня. Он не знал, не разозлит ли Хэ Яня его появление без приглашения?
Подойдя к палате, где лежала Хэ Роу, Юй Байчжоу осторожно заглянул внутрь и к своему удивлению обнаружил, что кровать пуста.
Что за? Где люди?
Только он успел удивиться, как позади него возникло чьего-то близкого присутствия дыхание. Он инстинктивно обернулся, вскинул голову и встретился взглядом с Хэ Янем, который смотрел на него сверху вниз.
От этого сердце у него мгновенно сжалось.
...Черт, как близко.
Усвоив вчерашний урок, Юй Байчжоу уже не стал ничего додумывать и потратил всего секунду, чтобы взять себя в руки.
— Ты как здесь оказался? — спросил Хэ Янь.
Заметив, что на лице Хэ Яня нет никакого гнева, Юй Байчжоу успокоился и непринужденно произвел:
— Моего папы сегодня нет дома, дома все равно делать нечего, вот я и заглянул по пути навестить тетю. Как сегодня самочувствие у тети?
Хэ Янь обошел его и вошел внутрь:
— Нормально.
Юй Байчжоу последовал за ним. Хэ Янь налил ему стакан теплой воды.
Хотя Юй Байчжоу предпочел бы холодной воды, но он стерпел.
— Кстати, — он протянул Хэ Яню принесенные вещи. — Пусть это и не какие-то ценные вещи, но это от чистого сердца. Надеюсь, тетя скоро поправится.
Хэ Янь не сразу взял пакет. Поколебавшись пару секунд, он все же протянул руку, принял его, отставил в сторону и глухим голосом произнес:
— Спасибо.
В прошлой жизни перед лицом ухода матери Хэ Янь никогда и ни от кого не слышал слов поддержки. Он хотел, чтобы Хэ Роу поправилась, но казалось, что во всем мире только он один этого так сильно желал.
В этой жизни, не считая осведомленного Пань И, Юй Байчжоу стал первым.
Юй Байчжоу как раз пил воду из бумажного стаканчика, когда услышал это «спасибо».
Это был первый раз, когда он услышал благодарность из уст Хэ Яня. На том этапе, когда ему было жизненно необходимо повышать показатель благосклонности Хэ Яня, услышать эти два слова было невероятно приятно — это означало, что он еще на шаг отдалился от адской пропасти возможной мести.
Что-то вспомнив, Юй Байчжоу сунул руку в карман. Вытащив ее обратно, он зажал в кулаке две клубничные конфеты и протянул их Хэ Яню:
— На, это тебе.
Две конфеты в светло-розовых блестящих обертках тихо лежали на ладони хозяина.
Хэ Янь спросил его:
— Раз я не пошел в школу, ты принес их специально для меня?
Юй Байчжоу изначально не придавал этому особого значения, но после такого вопроса Хэ Яня ему вдруг стало неловко.
Он выдал серию из трех вопросов в ответ:
— А? О чем ты думаешь? С чего мне быть настолько свободным? Просто эти конфеты случайно оказались у меня в кармане, вот и поделился.
Хэ Янь взял сладости, и уголки его губ едва заметно дрогнули в подобии улыбки.
Дождавшись возвращения Хэ Роу, Юй Байчжоу посидел с ними некоторое время и только потом отправился в школу. Перед уходом он даже специально попросил у Хэ Яня номер телефона, чтобы поддерживать связь в будущем.
На следующий день Хэ Янь снова не пришел в школу.
Юй Байчжоу был безумно рад, что тот прислушался к его словам.
Погода сегодня выдалась отвратительной. С самого вечера солнце скрылось за темными тучами, вокруг стояла мрачная хмарь, а грозовые облака нависли так низко, будто висели прямо над головой. Сидя в закрытом салоне машины и глядя на небо снаружи, Юй Байчжоу чувствовал в душе необъяснимую тоску и тревогу.
С наступлением ночи стало еще хуже: заморосил мелкий дождь, и его монотонный стук звучал так, будто это была зловещая увертюра к грядущей трагедии.
Умывшись, Юй Байчжоу лег в постель. Шторы были задергнуты не до конца, и сквозь просвет он смотрел на моросящий дождь за окном, тихо вздохнув.
Сегодняшняя ночь — уже последняя.
Юй Байчжоу не мог уснуть даже за полночь.
— Мне кажется, я тебе нужен, — подал голос 008.
Прятавшийся несколько дней в своем панцире 008 наконец-то соизволил выйти на связь.
Услышав это, Юй Байчжоу едва не полез в драку:
— Ты вспомнил о своем существовании? А я уж думал, тебя унесло в кругосветное путешествие.
— Я просто возвращался на техобслуживание на пару дней, — оправдался 008.
Умея читать его мысли и зная, о чем тот переживает, система произнесла:
— Жизнь и смерть персонажей в книге заданы автором. Уход Хэ Роу — всего лишь обязательный сюжетный элемент, необходимый для того, чтобы главный герой в будущем стал сильнее, эта линия никак с тобой не связана. Останется она или уйдет, отношение главного героя к тебе не изменится, жажда мести не усилится, тебе совершенно незачем из-за этого убиваться.
Юй Байчжоу, прекрасно знакомый с сюжетом, конечно же, понимал, что эта линия не имеет к нему никакого отношения. Но одно дело знать головой, и совсем другое — когда близкий человек собирается уйти: боль в сердце от этого меньше не становилась, и обуздать ее было невозможно.
В книге не было никаких детальных описаний ухода Хэ Роу, говорилось лишь то, что она тихо покинула этот мир посреди ночи, оставив Хэ Яню пожизненное сожаление.
Юй Байчжоу было любопытно:
— Слушай, в больнице ведь по идее круглосуточно дежурит экстренная помощь? Когда у нее начался приступ, неужели действительно не успели предпринять никаких мер и она просто ушла?
— В больнице есть экстренная служба помощи, — ответил 008.
— Ну вот, и как это понимать? — переспросил Юй Байчжоу.
— На самом деле здесь нет ничего удивительного. В конце концов, она ушла вовсе не потому, что реанимация опоздала.
Зрачки Юй Байчжоу слегка расширились, но он продолжил в том же ключе:
— Да? А из-за чего тогда она ушла?
— Ой, ее же уби... — осекся 008.
Юй Байчжоу резко замер.
Система выругалась про себя:
— Черт...
Проболтался.
Юй Байчжоу приподнялся на постели:
— Повтори-ка!
— Нельзя, это очень важная сюжетная линия книги, даже тебе запрещено вмешиваться в ход событий искусственно, — запротестовал 008.
Голос Юй Байчжоу зазвучал на повышенных тонах:
— Я не вмешиваюсь, я клянусь, что не буду вмешиваться! Я просто хочу знать правду.
Немного поколебавшись, 008 сдался:
— ...Ладно, дело обстоит так...
Две минуты спустя Юй Байчжоу нащупал в темноте телефон на тумбочке. На вопрос 008, что он собрался делать, тот честно ответил:
— Я собираюсь рассказать всё Хэ Яню.
008 запаниковал:
— Ты же только что говорил, что не будешь вмешиваться?!
Набирая номер, Юй Байчжоу бросил:
— Слушай сюда, я не вмешиваюсь. Я могу использовать уже известную мне информацию для любых действий — это правило ты сам озвучил мне с самого начала. Раз ты передал мне информацию, значит, теперь она принадлежит мне, уяснил?
— ... — 008.
Попался на удочку.
Юй Байчжоу сделал несколько звонков Хэ Яню, но линия, к сожалению, была занята. Взглянув на часы, он увидел, что на таймере значилось двенадцать часов пять минут ночи. Если память его не подводила, поскольку уход Хэ Роу нанес Хэ Яню сильнейшую травму, парень запомнил точное время навсегда, и в тексте романа об этом упоминалось неоднократно: тридцать две минуты первого ночи.
Без пробок дорога от его дома до больницы занимала минут десять от силы. Подсчитав время, Юй Байчжоу понял: если он сорвется прямо сейчас... возможно, он успеет предотвратить беду.
Если бы он ничего не знал, то не стал бы лезть. Но раз уж правда открылась ему, сидеть сложа руки он не собирался.
Времени на раздумья не оставалось. Юй Байчжоу в спешке схватил телефон, сбежал вниз, разбудил дядю Ли и выбежал из дома.
Когда Фу Ся и Юй Чэнь, услышав шум, вышли в коридор, в гостиной уже никого не было.
Деревья за окном машины стремительно проносились назад. По дороге в больницу Юй Байчжоу безостановочно названивал Хэ Яню, но на том конце по-прежнему никто не отвечал.
008 сообщил ему, что у оригинального автора было два варианта описания ухода Хэ Роу. Первый вариант: Хэ Роу в ночное время отравили, введя ей ядовитый химический препарат. Из-за махинаций закулисных кукловодов Хэ Янь узнал истинную причину смерти матери лишь спустя долгое время. А второй вариант: Хэ Роу внезапно скончалась из-за резкого ухудшения состояния.
По словам 008, его собственное появление нарушило исходный баланс пространственной энергии, вызвав нестабильность, поэтому оба сценария имели равную вероятность воплотиться в реальность.
Однако по уверенному тону, с каким 008 ответил изначально, Юй Байчжоу уже догадался: этот исход не просто возможен, он обязательно случится!
Хэ Янь всё так же упорно не брал трубку.
Если Хэ Янь недоступен, оставалась надежда только на него самого.
Как только машина остановилась, Юй Байчжоу стремглав бросился в сторону больничного корпуса.
Всю дорогу его сердце бешено колотилось от напряжения, а сам он непрестанно молил про себя: только бы успеть! Обязательно успеть!
Наконец, достигнув цели, он с силой распахнул дверь палаты...
В тишине комнаты раздавались лишь ровные и размеренные звуки пиканья аппаратуры. Хэ Роу с умиротворенным выражением лица покоилась на кровати, не подавая никаких тревожных признаков.
Успел.
Сердце Юй Байчжоу, наконец, опустилось на место. Прислонившись плечом к дверному косяку, он чувствовал, что ноги едва держат его от слабости.
Убедившись, что с Хэ Роу все в порядке, Юй Байчжоу лишь теперь перевел взгляд на человека, дежурившего у больничной койки.
— Хэ... Янь? — выдохнул он.
Время в этот момент будто замерло.
Хэ Янь уставился на него жутким взглядом, а в его голосе сквозил леденящий холод:
— Какого черта ты приперся сюда посреди ночи?
http://bllate.org/book/35472/4386225
Готово:
