Старец Син опустил поясную бирку в углубление посредине двери, после чего земля задрожала, раздался скрежет каменных плит друг о друга, и каменная створка медленно поползла вверх.
Белый морозный туман хлынул изнутри, и окружающие каменные стены мгновенно покрылись инеем.
Гуань Сяояо невольно потрепала в руке черную бирку.
Если бы не защитный барьер этой бирки, она, пожалуй, пострадала бы от такого холода с первого же шага.
Дверь еще не успела полностью открыться, как Гуань Сяояо стремглав нырнула внутрь. Она увидела, что руки Шэнь Яо прикованы цепями по обе стороны, сам он, опустив голову, стоял на коленях посреди ледяной камеры, а его тело уже покрылось тонким слоем белого инея.
— Шэнь Яо! — с тревожным криком позвала Гуань Сяояо, однако Шэнь Яо ей не ответил.
На лице Гуань Сяояо читалось такое беспокойство, что оно, казалось, вот-вот выплеснется наружу. Она протянула руку, желая коснуться Шэнь Яо, но холод тут же оттолкнул ее назад.
Старец Син предупредил:
— Не подходи слишком близко. Хоть у нас и есть защитный барьер, от излишней близости можно пострадать от стужи.
Гуань Сяояо не оставляла надежды и снова протянула руку, но, заметив, как по ее предплечью начинает ползти иней, все же отступила на безопасное от Шэнь Яо расстояние.
Гуань Сяояо посмотрела на старца Сина:
— Старец Син, пожалуйста, немедленно освободите Шэнь Яо.
— Боюсь, это невозможно, — развел руками старец Син.
Гуань Сяояо удивилась:
— Разве Старейшина Юйчэнь пришел не для того, чтобы спасти Шэнь Яо?
Старец Син ответил:
— Честно говоря, он такого не говорил.
Гуань Сяояо тщательно припомнила все слова: Сун Юйчэнь лишь сказал, что она сможет войти внутрь, но не упоминал о том, чтобы вызволить Шэнь Яо, да еще и велел забрать его через пять дней.
Гуань Сяояо с досадой прикусила губу, призвала свой именной духовный меч и принялась рубить цепи.
Цзинь! — искрами брызнули цепи, не оставив на себе ни единой царапины, а саму Гуань Сяояо отбросило назад мощной волной. Поднявшись с земли, она достала из Кольца Хранения несколько фарфоровых склянок, примерилась с ними к цепям и в конце концов все же убрала склянки обратно в Кольцо Хранения.
— Эх! — Гуань Сяояо от досады топнула ногой.
Увидев это, старец Син тут же произвел:
— Эти цепи выкованы из чистейшего железа, их невозможно разбить тем, кто ниже стадии Зарождающейся Души. Даосистке Гуань лучше не тратить время понапрасну... Старейшина Юйчэнь — учитель Шэнь Яо, и раз он поручил тебе принести эту вещь, у него наверняка есть какое-то сокровище, способное смягчить холод. Доставай же его скорее!
Вспомнив об этом, Гуань Сяояо тут же извлекла из укрытия свое Кольцо Хранения.
Едва Кольцо Хранения оказалось на свету, как вспыхнул синий свет, и температура в пещере упала еще на несколько градусов.
— Что происходит? Как холодно! — Гуань Сяояо выдохнула облачко пара, ее зубы стучали, а руки судорожно растирали плечи.
Когда синий свет угас, она увидела, что на плечах Шэнь Яо лежит переливающееся всеми цветами радуги синее одеяло.
Одеяло было невероятно тонким, по его поверхности струилось сияние, и с первого взгляда было очевидно, что это вещь далеко не простая.
Заметив, что в воздухе начинает замерзать влага, а специальный защитный барьер, призванный оградить их от Ледяной Тюрьмы, тоже покрылся ледяными узорами и издал угрожающий треск, Гуань Сяояо испугалась.
Трещины на барьере стремительно росли, казалось, еще мгновение — и он разлетится вдребезги. Старец Син поспешно схватил Гуань Сяояо за плечо и вытащил наружу, а защитный барьер рухнул ровно секунду спустя после их выхода из Ледяной Тюрьмы.
— Что... происходит? — остолбенела Гуань Сяояо. — Что это за синее одеяло?
— Я и сам не знаю, — покачал головой старец Син. Несмотря на свой преклонный возраст и знакомство со множеством редчайших сокровищ небес и земли, он не смог распознать природу этого синего одеяла.
— Разве Сун Юйчэнь не учитель Шэнь Яо?! Мало того что он не спасает его, так еще и наказывает вдвойне?! — Гуань Сяояо не укладывалось в голове, и она бросилась прочь.
В этот момент Шэнь Яо внутри Ледяной Тюрьмы открыл глаза.
На самом деле он все это время был в сознании, просто притворялся спящим, не желая возиться с Гуань Сяояо.
Он бросил взгляд на лежащее на нем синее одеяло, и в его угольно-черных зрачках промелькнуло редкое для него выражение недоумения. Затем он направил всю свою духовную энергию и погрузился в культивацию.
Он обнаружил, что духовной энергии ледяной стихии в воздухе стало невероятно много, причем эти потоки наперегонки устремлялись внутрь его тела.
Тем временем Гуань Сяояо выскочила из тюрьмы.
Миновав группу сестер, она с яростным видом уставилась на Сун Юйчэня.
— Ты учитель Шэнь Яо, почему ты хочешь его погубить?!
— Зачем ты заставил меня передать это? Ты меня подставил!
Гуань Сяояо сверлила Сун Юйчэня покрасневшими от гнева глазами.
Увидев такое выражение лица у Гуань Сяояо, Сун Юйчэнь сразу понял, что поручение она выполнила.
Он произвел:
— Позже Шэнь Яо будет тебе благодарен.
Услышав слова Сун Юйчэня, Гуань Сяояо на мгновение замерла, но тут же пришла в себя.
— Что значит твоя благодарность?
Сун Юйчэнь лишь бросил:
— Узнаешь со временем. Только постарайся не упустить свой шанс.
С этими словами он оседлал спину Цин Фэна и покинул это место.
И как это понимать? — Гуань Сяояо замерла на месте, погрузившись в раздумья.
Что вообще на уме у этого Старейшины Юйчэня?
Шэнь Яо и так промерз до костей, а он еще и благодарения ждет?
Какой еще шанс не упустить?
Толпа у входа в темницу, видя молчание Гуань Сяояо, тут же окружила ее со всех сторон, расспрашивая о том, что произошло.
Узнав, что Сун Юйчэнь лишь ужесточил наказание для Шэнь Яо, все пришли в крайнее недоверие.
Одна из дев в белых одеждах произнесла:
— А я-то раньше думала, что Сун Юйчэнь явился спасать своего ученика, но кто бы мог подумать...
Кто-то ехидно протянул:
— С такой-то смазливой внешностью, а сердце оказалось насквозь ядовитым!
Посреди общего ропота недовольства Гуань Сяояо нахмурилась. Она протиснулась сквозь толпу и подошла к старцу Сину.
— Старец Син, в чем же все-таки провинился Шэнь Яо?
Старец Син погладил бороду:
— Понятия не имею.
Странно...
Законы Бессмертной Секты Цзысяо суровы, и редко случается, чтобы сам глава секты лично наказывал кого-либо. Но Шэнь Яо всего лишь ученик на побегушках — как он умудрился оскорбить главу и остаться в живых?
Сгораемая от любопытства Гуань Сяояо отправилась на поиски Сун Сюаньцзи.
В это время Сун Сюаньцзи как раз играл в шахматы с братом и сестрой из семьи Чу, попутно перекидываясь с ними пустыми фразами.
Четыре дня назад на площади Двух Ритуалов Сун Юйчэнь объявил, что тот, кто завоюет первое место на Большом Состязании Бессмертных Сект, сможет стать его Партнером по Дао, однако всегда находились те, кто не желал смиряться и пытался найти лазейки.
— Глава, Гуань Сяояо просит о встрече, — войдя в зал, поклонился Сунь Чанфэн.
— Я как раз занят партией с братом Чу, дело Сяояо может подождать, — Сун Сюаньцзи опустил на доску черный камень и бросил взгляд на Сунь Чанфэна.
— Слушаюсь, — Сунь Чанфэн удалился.
— Мастерство Сун в шахматах поистине безупречно, Чу искренне восхищен, — Чу Юньтянь держал между пальцами белый камень, но так и не находил места, куда его поставить.
— Брат Чу слишком любезен, — взгляд Сун Сюаньцзи скользнул в сторону, остановившись на стоявшей за спиной Чу Юньтяня Чу Лююэ.
Чу Лююэ ответила ему мягкой улыбкой.
— Интересно, где сейчас Старейшина Юйчэнь? В тот день его кожа показалась мне такой безупречной, я бы хотела спросить у него совета, — Чу Лююэ легко коснулась пальцами собственной щеки.
Ее щеки были белыми и гладкими, словно лучший бараний жир.
— Наконец-то дождался.
Мысленно отметив про себя, Сун Сюаньцзи ответил:
— Я и сам не знаю, где Юйчэнь. К тому же, по моему скромному мнению, кожа феи Лююэ прекрасна сама по себе, словно мартовские цветы персика.
— К тому же практикующим Дао не стоит уделять слишком много внимания внешней оболочке.
Чу Лююэ одарила его мягкой улыбкой, разряжая неловкость, а затем перевела взгляд на Чу Юньтяня.
— Я... — только начал было Чу Юньтянь, как его прервал звук открывающейся двери.
— Глава! — Гуань Сяояо беззастенчиво прорвалась в боковой зал, несмотря на все попытки Сунь Чанфэна удержать ее. Тот лишь виновато следовал позади, бормоча:
— Глава принимает гостей...
— В чем дело? — Сун Сюаньцзи повернул голову к Гуань Сяояо.
— Глава Сун, я... — снова попытался вставить слово Чу Юньтянь, но его опять прервали.
— Какую ошибку совершил Шэнь Яо? Мало того что его заперли в Ледяной Тюрьме, так вы еще и заставили Старейшину Суна передать туда артефакт ледяной стихии, чтобы усилить наказание?! — Гуань Сяояо устремилась прямо к Сун Сюаньцзи.
— Сяояо, здесь гости, прояви сдержанность, — хотя в голосе Сун Сюаньцзи звучал упрек, в нем не было ни капли реального запрета. Про себя же он подумал: неужели младший брат так и не выпустил Шэнь Яо?
Он повернулся к брату и сестре из клана Чу:
— Прошу прощения за эту сцену, уважаемые гости. Мать слишком баловала Сяояо, и она всегда ведет себя со мной чересчур прямолинейно.
Что оставалось делать Чу Юньтяню? Он мог лишь великодушно ответить:
— Ничего страшного.
Правда, ему всё казалось, что имя Шэнь Яо звучит смутно знакомо, но вспомнить откуда именно, он с ходу не мог.
Заметив наконец присутствие брата и сестры Чу, Гуань Сяояо коротко поприветствовала их поклоном и осталась стоять на месте, ожидая ответа.
Сун Сюаньцзи вовсе не желал, чтобы слухи о покушении на его младшего брата расползались повсюду, поэтому сухо бросил:
— Сяояо, это не твое дело, не лезь.
— Не лезь? Значит, вам совестно?! — от обиды у Гуань Сяояо на глаза навернулись слезы. — Сначала Старейшина Юйчэнь сам потребовал отдать ему Шэнь Яо, а теперь бросает его в Ледяную Тюрьму на мучения! Чего добивается старейшина Гу?
— Шэнь Яо — всего лишь рядовой практик, неужели Старейшине Юйчэню так нравится мучить людей, что он не мог найти кого-то другого?
— К тому же старейшина заставил меня занести туда артефакт, выставив меня соучастницей двойного наказания для Шэнь Яо! Он просто подставил меня!
По идее, раз Сун Сюаньцзи решал личные вопросы, брату и сестре Чу следовало бы удалиться, но после устроенного Гуань Сяояо скандала Чу Юньтянь наконец вспомнил, кто такой этот Шэнь Яо.
Это же тот самый юноша, которого Сун Юйчэнь лично назвал своим будущим учеником.
Но сейчас, судя по всему, его упрятали в Ледяную Тюрьму?
Переглянувшись, брат и сестра решили остаться и дослушать всё до конца.
— Шэнь Яо совершил преступление, караемое смертью, и то, что он до сих пор жив — лишь проявление милосердия Юйчэня, — голос Сун Сюаньцзи постепенно холодел. — На моем месте я бы казнил его на месте.
— Он всего лишь слуга, и даже совершив смертный грех, остался жив? Неужели у главы Сун нет даже полномочий разобраться с простым слугой? — Гуань Сяояо упорно смотрела Сун Сюаньцзи прямо в глаза.
Сун Сюаньцзи усмехнулся:
— Раз ты так считаешь, отправляйся-ка сама прикончить Шэнь Яо.
Гуань Сяояо в ужасе побледнела:
— Ни за что!
— Тогда больше не смей вмешиваться в это дело, — отрезал Сун Сюаньцзи. — Ступай, Сяояо.
— Но... — Гуань Сяояо хотела было возразить, но ледяной взгляд Сун Сюаньцзи заставил ее отступить.
В конце концов, скрепя сердце и переполненная обидой, она вернулась на Пик Возрождения Весны.
Стоило ей вернуться, как она принялась вовсю раструбленный на весь Пик Возрождения Весны слух о том, как жестоко Сун Юйчэнь терзает Шэнь Яо.
Это мгновенно вызвало бурю негодования среди обитательниц пика: все в один голос проклинали Сун Юйчэня и сочувствовали бедному Шэнь Яо.
На Пике Возрождения Весны проживало в основном женское население, и поскольку они часто обращались к Шэнь Яо за помощью, теперь все они были убеждены, что парень стал жертвой беспредельного давления и злоупотребления властью со стороны Сун Юйчэня.
Они начали всерьез подумывать о том, как бы выручить Шэнь Яо. Заодно исправив порочные нравы обнаглевших от власти старейшин их собственной секты.
Бессмертная Секта Цзысяо испокон веков славилась своей справедливостью, человеколюбием и широтой взглядов, и если бы пошли слухи, что старейшина секты издевается над простым мальчишкой на побегушках, это покрыло бы их несмываемым позором.
http://bllate.org/book/35625/4406706
Готово: