В салоне коммерческого автомобиля царила абсолютная тишина, а воздух вокруг Шэн Вея словно промёрз насквозь.
Помощник Цянь усердно крутил баранку, притворяясь, будто не слышит разговор двоих мужчин.
Шэн Вэй заговорил, но завёл речь совсем о другом:
— Через несколько дней твой день рождения?
Линь Лу мысленно прикинул: его день рождения действительно приближался, помнится, он выпадал на третью пятницу сентября.
Он уже много лет не праздновал день рождения, поэтому чуть было не забыл точную дату.
В те времена, когда он еще ходил в детский сад, а его родная мать Оу Юньюнь еще не сошла с ума, их дни рождения с Линь Хайтинем приходились на один и тот же месяц с разницей всего в несколько дней. Поскольку Линь Хайтинь вечно был занят на работе, их праздники обычно объединяли в один.
У Оу Юньюнь были золотые руки, она умела накрыть целый стол из восхитительных блюд.
Она поощряла его заводить друзей, и на дни рождения он часто приглашал целую ватагу ребятишек, так что весь Поместье Линь украшался сияющими праздничными гирляндами.
После вечеринки Оу Юньюнь готовила горы печенья, конфет и пирожных, брала его с собой в парк имени Иньсина или в благотворительный детский дом, чтобы раздать сладости местным детям.
С самого детства он был хрупким стеклянным мальчиком и не мог есть слишком сладкую, острую или другую раздражающую пищу, поэтому иногда, когда Оу Юньюнь не видела, он тайком прятал в рукаве одну-две конфеты и съедал их втихомолку.
Все это...
Казалось таким далеким, словно происходило в прошлой жизни.
Линь Лу прижался щекой к автомобильному стеклу, его взгляд, казалось, был устремлен наружу, но на самом деле слегка расфокусировался.
Не дождавшись от Линь Лу ни подтверждения, ни опровержения спустя долгое время, Шэн Вэй повернул голову:
— Линь Лу?
Тот слегка замер: в отражении оконного стекла выражение лица Линь Лу ничем не отличалось от обычного, позу можно было назвать ленивой — изящный подбородок подперт тонкими белыми пальцами, веки слегка опущены, но от этого веяло какой-то беспросветной монотонностью и одиночеством.
Одиночеством?
Шэн Вэй удивился собственному ощущению.
В век информации новости всегда распространялись быстро, а Линь Лу, будучи рулевым Корпорация Линь, тесно общался со всеми крупными шишками в индустрии и то и дело мелькал на первых полосах главных газет.
Разве Линь Лу может страдать от нехватки компании?
Шэн Вэй счел свои мысли нелепыми.
Линь Лу моргнул, блуждающий взгляд вновь обрел фокус, а на лице ожило выражение, словно снятое с паузы, наполнившись предвкушением:
— Брат Шэн только что спросил про день рождения?
— Ты собираешься устроить мне какой-то сюрприз?
Шэн Вэй расстегнул манжеты, его голос прозвучал низко и многозначно:
— Да уж, так что советую тебе хорошенько этого подождать.
Вернувшись в Поместье Шэн, было уже около десяти часов вечера.
Помощник Цянь загнал машину в гараж, и когда они вышли из лифта, во всей вилле стояла тишина.
Слуги уже разошлись по своим комнатам, а дворецкий и Тетушка Сюй все еще ждали их.
Дворецкий взял пальто:
— Господин пил? Может, мне сварить для господина суп от похмелья?
— Выпил совсем немного, — Шэн Вэй направился наверх.
Тетушка Сюй вынесла из кухни блюдо с ассорти:
— Сегодня напекла немного фруктового печенья, только из печки. Не желает ли господин Линь попробовать его с пылу с жару?
Шэн Вэй не испытывал особого интереса к сладостям и прошел прямо в свою комнату.
Линь Лу с удовольствием бы отведал пару штучек, но его капризный желудок снова начал ныть, так что он с трудом покачал головой.
— Какая жалость, — Тетушка Сюй с сожалением посмотрела на дымящееся блюдо с печеньем.
Линь Лу сокрушался об этом куда больше нее.
Заметив, что Линь Лу собирается подняться наверх принять душ, дворецкий забеспокоился:
— Господин Линь хочет искупаться, нужно ли мне помочь набрать воду?
— Благодарю за хлопоты.
Дворецкий мягко улыбнулся ему.
В ванной комнате главной спальни шумел душ, поэтому Линь Лу взял полотенце и направился в ванную соседней комнаты, где дворецкий уже набрал для него горячую воду.
— Тогда я пойду. Если господину Линю что-нибудь понадобится, просто нажмите на эту кнопку рядом — звонок идет прямо в гостиную.
Линь Лу еще помнил, как по приезде сюда дворецкий рассказывал, что у матери Шэн Вэя слабое здоровье, так что эти экстренные кнопки, скорее всего, установили именно из-за этого.
У него тоже больна мать, только вот душевного тепла им обоим не доставало...
— Ох...
Температура воды оказалась идеальной: едва он погрузился в воду, как теплое течение окутало все тело. Линь Лу прищурился, чувствуя, как холод в костях рассеивается, сосуды и меридианы расслабляются, а боль в животе немного утихает.
Ванна оказалась той же марки, что и у него дома. Линь Лу переключил ее в режим массажа, устроился на бортике и принялся листать телефон.
Перевод от Линь Хайтиня уже пришел, но сумма его не волновала — он тут же перевел деньги своему помощнику Цзян Сюэвэню.
Ло Ян тоже завалил его сообщениями: там были и снимки пейзажей Гвинеи, и множество совместных фото с местными жителями.
[Ло Ян: Привез тебе небольшой подарок, можешь особо не благодарить.]
Ло Ян всегда привозил ему огромный баул с местными деликатесами из каждой поездки, и Линь Лу уже привык к этому. Все эти вещи пока лежали в Поместье Линь, нужно будет найти время разобрать их и достать.
Линь Лу зачерпнул рукой воду и плеснул себе на плечо; теплая струя заскользила вниз по ключицам и с тихим плеском вернулась в ванну.
Заговорив о подарках, он вдруг вспомнил об одной вещи.
С самых первых шагов компании Шуанму все стратегические решения и управление лежали на нем, можно сказать, всё предприятие держалось исключительно на его плечах.
Бо Цзиянь не мог обойтись без него и не смел перечить, поэтому так тщательно прятал того мальчика, внешне немного похожего на него самого.
Даже подарки тому мальчику он покупал тайком, используя его имя.
Тот парень не принадлежал к их кругу, а был лишь заурядным малоизвестным артистом из третьего эшелона, вроде бы участником какой-то не особо популярной айдол-группы, и через несколько дней у них как раз намечалась трехлетняя годовщина с момента дебюта.
Какое-то развлекательное шоу пригласило их в качестве коллективных гостей для совместных интерактивных выступлений. Помимо личных успехов на шоу, надетые на них украшения всегда привлекали к себе много внимания.
Вот Бо Цзиянь и воспользовался его именем, чтобы втайне купить тому парню комплект ювелирных изделий в качестве подарка.
Об этом он узнал лишь позже, когда уже лежал на больничной койке.
Закончив мыться, он набросил банный халат, вытер волосы и приоткрыл дверь. У окна стоял Шэн Вэй, загораживая падавки света сбоку и делая и без того просторную спальню на удивление тесной.
— В ванне было так хорошо, что я нечаянно задремал, — уголки глаз Линь Лу слегка изогнулись, являя миру застенчивую и ленивую улыбку.
http://bllate.org/book/36311/4510875
Готово: