Готовый перевод If You're a Hero, Go Down to the Underworld / Герой, спустись в бездну: Хроники исследователя: Глава 16

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

— Еще будешь?

Заметив взгляд Гу Синчи, Бай Юйцзин привычно поднес угощение к его губам:

— Это вкусно.

Гу Синчи откусил кусочек и не удержался от вопроса:

— О чем ты думал только что? Почему так долго смотрел на него?

Бай Юйцзин не стал скрывать:

— Он очень странный.

— Ты тоже это заметила? — переспросил Гу Синчи.

Бай Юйцзин кивнула:

— Он уже мертв.

Гу Синчи едва не выплюнул то, что жевал. Что значит — уже мертв? Разве прилично говорить такое средь бела дня?

— Постой, милая, если он мертв, как он может сидеть здесь, разговаривать с нами и есть? — Гу Синчи украдкой покосился на Лу Буши, который попивал кукурузный суп, и понизил голос: — Может, ты ошиблась?

Бай Юйцзин покачала головой. В ее тоне не было полной уверенности, она казалась скорее озадаченной, но при этом ни капли не испуганной:

— Он определенно не такой, как живые люди. Очень странный.

Гу Синчи не понял, что именно в нем странного, поэтому, делая вид, что тянется за салфеткой, невзначай коснулся запястья Лу Буши. Температура была невысокой, но точно не ледяной, как у покойника. Подняв глаза, он встретился с Лу Буши, который смотрел на него с полуулыбкой.

Попался. Гу Синчи стало немного не по себе, но Лу Буши ничего не предпринял. Он просто допил суп, сунул шоколадку в карман и, под звук объявлений в аэропорту, направился к выходу на посадку:

— Дарю вам еще одну новость. Говорят, того бизнесмена из Гуанчжоу, что скупил деревню Тай-суй, зовут Дэн.

…

Всю дорогу Гу Синчи был рассеян.

После того как самолет приземлился в Гуанчжоу, Лу Буши распрощался с ними в аэропорту. Перед уходом он рассказал Гу Синчи еще кое-что: например, к какой секте принадлежали те верующие и почему богатый купец из Ганьсу был готов не жалеть ни сил, ни средств ради этого таза с Тай-суй.

— Эти люди с Юго-Запада, и, скорее всего, они не китайцы, а нелегальные мигранты из Вьетнама или Лаоса. Они поклоняются древнему первобытному божеству из тропических лесов и верят, что бог поможет им избежать гибели и дарует бессмертие.

— Есть только одна причина, по которой они могли на тебя напасть: они увидели в тебе божественное знамение.

Сказав это, Лу Буши нескромно окинул взглядом Бай Юйцзина и добавил, полушутя-полусерьезно:

— Если хочешь меньше хлопот, не позволяй своей жене так выделяться. Сделай ему химическую завивку и покрась волосы в неоново-зеленый — гарантирую, эта компания больше не появится у вас на пути.

Гу Синчи задал встречный вопрос:

— Ты сам сказал, что это божество из тропических лесов. Почему бы им не остаться там, молиться и поклоняться ему? Зачем им понадобилось ехать в Китай?

Лу Буши развел руками:

— Этого я не знаю. Я впервые увидел их, когда в деревне Тай-суй только раскопали Тай-суй. В то время они были, как бы это сказать… довольно дикими и импульсивными, некоторые даже прорывались через кордоны с применением силы.

Гу Синчи почувствовал неладное. Сектанты, не дорожащие собственной жизнью — страшные люди. Должно быть, там есть нечто, что им крайне необходимо, и неизвестно, нашли ли они это за двадцать с лишним лет.

— Ладно, теперь о том самом тазе с Тай-суй. Говорят, Тай-суй поддерживает метаболический баланс и замедляет старение, ты ведь должен это знать. К тому же, ты должен понимать: люди ужасно боятся смерти.

Гу Синчи догадывался о причинах интереса к Тай-суй, поэтому просто слегка кивнул в ответ. Лу Буши снова усмехнулся, похлопал Гу Синчи по плечу и таинственно прошептал:

— Знаешь, сколько лет тому старику из Ганьсу?

Прежде чем Бай Юйцзин успел сломать ему руку, Лу Буши ловко убрал ее и произнес с легкой усмешкой:

— Сто двадцать один. Когда этот дед родился, династия Цин еще не пала. Пока человек сыт, он думает о жизни. Когда качество жизни резко возрастает, он начинает мечтать о долголетии.

На прощание Лу Буши многозначительно добавил:

— Будьте осторожны в деревне Тай-суй. В конце концов, в глазах некоторых людей ты можешь стать камнем преткновения.

…

Покинув аэропорт Байюнь, Гу Синчи и Бай Юйцзин пересели на скоростной поезд до Юньфу. Когда они вышли, была уже глубокая ночь. Взяв напрокат машину, они поехали к деревне по адресу, который дал Лу Буши. Деревня находилась недалеко от границы городского округа Юньфу и городского округа Учжоу в Гуанси, примерно в трех часах пути от вокзала. Последняя часть пути пролегала по горным дорогам. На юге недавно прошли дожди, и после них грунтовая дорога превратилась в изрытое, скользкое месиво. Машина с трудом пробиралась вперед.

Добравшись до деревни, Гу Синчи наконец облегченно выдохнул и размял затекшие плечи. Бай Юйцзин сидел на пассажирском сиденье и внимательно смотрел в окно. Гу Синчи отстегнул ремень безопасности и подался к нему:

— На что смотришь?

После дождя все вокруг было влажным и выглядело каким-то туманным.

Бай Юйцзин, разминая плечо Гу Синчи, ответил:

— В деревне кто-то есть.

— Кто-то есть? — Гу Синчи опешил. Разве жителей не расселили? Неужели это сотрудники базы по разведению Тай-суй?

Бай Юйцзин указал на машину, припаркованную под деревенской аркой — черный внедорожник, очень похожий на их арендованный. Гу Синчи слегка нахмурился.

Бай Юйцзин долго смотрел на въезд в деревню, а затем повернулся и, наклонившись, потерся головой о шею Гу Синчи.

— Что такое? — Гу Синчи погладил его по волосам.

— Мне не нравится эта деревня, — сказал Бай Юйцзин.

Гу Синчи поцеловал его в щеку и со вздохом произнес:

— Тогда, может, подождешь меня снаружи? Мне нужно зайти и все проверить. Не говоря уже о Тай-суй и телах тех репортеров, есть еще этот скупщик по фамилии Дэн… ты ведь знаешь, директора нашего Научно-исследовательского института тоже зовут Дэн. Разве бывают такие совпадения?

Бай Юйцзин, конечно, не собирался отпускать Гу Синчи одного. Но, будучи домашним котом, он привык добиваться внимания хозяина лаской. Хоть деревня и вызывала у него отторжение, если Гу Синчи поцелует его лишний раз, то войти туда можно.

Он не стал выпрямляться, а лишь сильнее уткнулся лицом в шею Гу Синчи, щекоча его подбородок волосами, пахнущими чем-то приятным.

Гу Синчи прекрасно его понимал. Он легонько надавил пальцами на подбородок и потерся о голову Бай Юйцзина:

— Так не нравится? Тогда давай после возвращения сходим в Ресторан Юэчаолоу на чаошаньскую кухню? Мы не часто бывали на юге, ты наверняка еще не пробовал. Фрикадельки из говядины там нежные и упругие, суп с лапшой — аппетитный и ароматный, а жареные устрицы — хрустящие снаружи…

Он не успел договорить — Бай Юйцзин прервал его поцелуем.

Когда Бай Юйцзин целовал, он больше не походил на домашнего кота. Гу Синчи почувствовал, как его губы грубо разжали, а язык ворвался внутрь, словно клык зверя — яростно и дико. Он невольно откинулся назад, но Бай Юйцзин прижал его за затылок. Из горла Гу Синчи вырвался невольный стон, а по телу пробежала дрожь — волны удовольствия накатывали одна за другой.

Только когда во рту появился слабый привкус крови, Бай Юйцзин немного отстранился. Гу Синчи уже привык к таким укусам, поэтому просто облизал губы, выравнивая дыхание:

— Доволен? С-с-с…

Он коснулся губ пальцем — на коже осталась капля крови:

— Опять ты за свое, снова укусил меня до крови.

Бай Юйцзин не только не раскаялся, но, казалось, даже гордился этим. Он снова ласково прильнул к нему, слизнув кровь с кончика пальца:

— Это именно то, что я люблю.

Гу Синчи похлопал его по голове и серьезно напомнил:

— Ладно, в деревне обстановка неясная, убери улыбку и постарайся снова стать осторожным, хорошо, жена?

Бай Юйцзин поцеловал его в щеку и с довольным видом ответил:

— Хорошо, муж.

Глава 17

Выйдя из машины, они сразу провалились в грязь по щиколотку. В воздухе стоял отчетливый запах плесени и сырости.

Взяв фонарики, они пошли к деревенской арке. Свет был ярким, и Гу Синчи, направив луч вверх, прочитал надпись: Фу-лу Цзи-сян. По бокам красовались парные надписи: «Жить в чертогах бессмертных» и «Восемь тысяч лет жизни — вечная весна».

— Написали Фу-лу Цзи-сян, а не проще было добавить горизонтальную табличку «Бессмертие»? — Гу Синчи усмехнулся, заметив на декоративных панелях арки изображения священных черепах, журавлей и вечнозеленых сосен, и не удержался от комментария: — Изначальное название деревни должно было быть «Деревня долголетия», не так ли?

— Посмотри сюда.

Бай Юйцзин уже вошел под арку и посветил фонариком. Гу Синчи последовал за ним и увидел на обратной стороне перекладины изображение Тысячерукой Гуаньинь, выполненное в стиле баймяо.

Поскольку ширины перекладины не хватало, композиция выглядела странно: руки были плотно сжаты вместе, а тысячи глаз на ладонях в таком лаконичном стиле смотрелись одновременно реалистично и пугающе.

От взгляда сотен глаз у Гу Синчи побежали мурашки. Потирая руки, он заговорил с Бай Юйцзином:

— Это еще одно доказательство того, что деревня Тай-суй связана с шахтами?

Он задумался: если Древний Чешуйчатый Червь передал ему Золотое Дерево Девяти Жиров, чтобы привести его сюда, значит ли это, что он в любом случае оказался бы здесь, независимо от того, принял бы Лу Буши заказ или нет?

Бай Юйцзин не ответил, лишь внимательно разглядывая Статую Гуаньинь. Гу Синчи больше не мог на это смотреть — начинала развиваться трипофобия — и перевел фонарик на деревенские постройки. Но в тот же миг, как луч света сместился, ему показалось, что глаза на изображении моргнули.

Он тут же вернул свет на место, но ничего не изменилось. Не теряя бдительности, он тихо спросил:

— Что ты там высматриваешь?

— Считаю глаза, — ответил Бай Юйцзин.

У обычной Тысячерукой Гуаньинь число «тысяча» — условное, означающее великое множество. В большинстве скульптур у статуи две руки и два глаза в центре, а по бокам — по двадцать рук, в каждой из которых по глазу, итого сорок две руки и сорок два глаза. Но на этом изображении их было больше тысячи. Это зрелище вызывало сильный дискомфорт.

— Мне кажется, жители уехали не только из-за смерти репортеров, — Гу Синчи потер плечо и потянул Бай Юйцзина вглубь деревни. — Деревня расположена в низине, здесь сыро и мрачно, фэн-шуй не очень хороший. Если долго здесь жить, обязательно что-нибудь случится.

Да и вообще, здесь плохая экология и застой воды, растениям трудно расти. А Тай-суй — существо, очень требовательное к чистоте воды и температуре, трудно представить, что это место могло быть базой для его разведения.

http://bllate.org/book/36537/4540098

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода