Народная мудрость гласит: пока книга нужна, горько жалеешь, что читал её мало. Ю Шуан извлёк из глубин своего необъятного, но совершенно бесполезного в данный момент запаса сетевой литературы, как следует всё обдумал и понял одну вещь: запасов-то оказалось немало, да только толку от них — ноль.
Хотя Лу Цзянье смотрел на него с выражением «ну давай, включай фантазию, сочиняй», Ю Шуан точно и безоговорочно знал: если он вздумает сморозить хоть полслова от себя и попадётся, последствия наступят самые что ни на есть неприятные.
Он искренне ответил:
— На нашей планете… Э-э, на самом деле не все поголовно вежливы. Но люди из нашей страны — вполне себе. Спасибо за комплимент?
Лу Цзянье спросил:
— С какой ты планеты?
Ю Шуан ответил:
— Земля.
Лу Цзянье усмехнулся:
— Земля пала несколько десятков лет назад. Ты что за зверёк такой, раз оттуда явился?
Ю Шуан снова глубоко вздохнул и произвел:
— Звучит, пожалуй, немного дико, но я действительно с Земли, только с другой, не похожей на вашу. Если говорить точнее, э-э… я попал сюда через пространственный переход. Не верите — можете устроить мне экзамен!
— Ладно давай, — спросил Лу Цзянье. — Сколько на Земле материков?
Ю Шуан: «…» Приплыли! Всякие мысли мгновенно вылетели из головы!
Лу Цзянье тут же добавил:
— А океанов?
Ю Шуан: «…» Пять их было или четыре?
Лу Цзянье продолжил задавать третий вопрос:
— Ты должен быть азиатом. Знаешь, на пересечении каких долготы и широты находится столица Китая?
— Я плохо знал географию! Подождите, подождите… — Ю Шуан торопливо поднял руку, до смерти боясь, что Лу Цзянье прямо здесь объявит его инопланетянином, и перебил: — Сначала отвечу на первый! Азия, Африка, Европа, Америка, Австралия… Была ли там Южная Америка? Один, два… Штук пять, наверное. Океанов четыре: Тихий, Атлантический, Индийский… и ещё, точно, Северный Ледовитый!
Он принялся загибать пальцы:
— Получается четыре океана! Вспомнил: пять материков и четыре океана, верно? Но наша Земля может отличаться от вашей, я вот слышал, что у вас тут даже инсектицидов нет. А что до долготы и широты Пекина… Знаю я, что там умеренный климат, этого мало?! Ну это жесть как сложно!
Лу Цзянье сохранял каменное лицо, а Ю Шуан меж тем изо всех сил пытался донести до него мысль, что он просто двоечник и лишать его земного гражданства никак нельзя:
— Честно, у меня просто отвратительные оценки по географии. Если бы не этот экзамен, я бы точно поступил в престижный вуз… Да, у нас сдают единый экзамен, школы делятся на категории, площадь территории Китая составляет девять миллионов шестьсот тысяч квадратных километров, а на госслужбу отбирают по тестам на общую эрудицию и эссе…
Он отчаянно добавил:
— Я ведь собирался к госслужбе готовиться, надо было заранее освежить общие знания… чёрт, с чего бы при перемещении между мирами сдавать основы?!
Лу Цзянье постучал пальцами по столу и произвел:
— Довольно.
Ю Шуан торопливо затараторил:
— Нет-нет, я считаю, что могу пересдать! Хотите, спросите меня про историю? Цинь Шихуан, Ханьский У-ди, танский Гаоцзу, сунский Тай-цзу? Тан, Сун, Юань, Мин, Цин! Мой Бэйдицзян — это же серия Сун, э-э, Бэйдицзян — это марка автомобилей у нас, а ещё есть Ауди, Мерседес, Улин Хунгуан… и Xiaomi знаете? Они тоже выпускают электромобили!
От нервов он нёс полную околесицу, но Лу Цзянье прервал его:
— Я имею в виду, что с меня хватит. Твой ответ засчитан.
— Фух… — Ю Шуан тяжело выдохнул и был готов бурно аплодиснить собственной сообразительности. — Вот именно! Я коренной землянин, уж свою-то планету знаю.
Лу Цзянье безжалостно припечатал:
— Как раз наоборот. Инопланетная тварь отвечала бы без запинки и не стала бы нести такую чушь.
Учитывая неоспоримый факт существования семи материков и пяти океанов, во взгляде генерального директора Лу даже на мгновение промелькнуло сочувствие, с каким смотрят на дурачков.
Эти вопросы как раз не требовали правильных ответов — их все содержат «энциклопедии земной жизни», которые инопланетные формы жизни штудируют, знакомясь с Землей.
Если бы кто-то замышлял выдать себя за землянина, он бы выучил всё от зубов до корней и не стал бы притворяться дурачком.
Напротив, настоящие земляне вовсе не обязательно держат в голове подобные мелочи, и только застигнутые врасплох начинают тупить; особенно это касается координат какого-нибудь города — они никак не относятся к сфере повседневных интересов большинства людей.
Возможно, горстка специалистов и держит их в памяти, но генеральный директор Лу путём нехитрых наблюдений сделал точный вывод: Ю Шуан явно к ним не относится.
Ю Шуан: «…»
Хоть и немного, но у него всё же возникло ощущение, что его слегка оскорбили.
Лу Цзянье неторопливо снял перчатки, изволил спустить ноги на пол, поднялся и протянул Ю Шуану руку:
— Тогда познакомимся официально. Лу Цзянье, Отряд специального назначения Отдела боевых действий в дальнем космосе Космического флота человечества.
Ю Шуан тут же пожал ему руку и, лихорадочно соображая с полминуты, выдавил из себя:
— Э-э… Я Ю Шуан, мужчина, 29 лет, судя по всему, скоро безработный, не женат…
Лу Цзянье медленно приподнял бровь, но не успел ничего ответить, как от дверей донёсся весёлый свист:
— Ого! Дай-ка гляну, что за птенчик тут на свидании вслепую!
Ли Цяоэнь ввалился в комнату, зажав в зубах сигару.
Лу Цзянье: «…»
Ю Шуан: «…»
Ли Цяоэнь остолбенел, и сигара шмякнулась на пол.
Словно у него в голове что-то замкнуло, он даже не подумал её поднять, а перепуганно захлопнул дверь, бормоча на ходу:
— Извините, Лу, я не вовремя, тысяча извинений, мешать не буду!
Дверь комнаты допросов с грохотом захлопнулась, и эхо ещё долго металось под потолком. Атмосфера царила до крайности странная: несмотря на самый обычный ритуал рукопожатия, Ю Шуан вдруг почувствовал нечто двусмысленное, поспешно отдёрнул руку и отступил на шаг назад, словно стремясь откреститься от происходящего.
Его вкусы отличались изрядной эклектикой, да и лицо Лу Цзянье переливалось всеми цветами радуги.
Этот генеральный директор Лу явно больше не мог выносить происходящего, коротко кивнул, бросил через плечо «подожди минутку» и вышел, судя по всему, бросившись в погоню.
Ю Шуан остался в комнате допросов один. Немного переведя дух, он решительно задрал большой палец кверху и отвесил себе роскошный мысленный комплимент.
Этот товарищ пока ещё не вспомнил, что на Земле имеются такие детали конструктора, как Океания и Антарктида, и с полным удовлетворением самодовольно хмыкнул:
— Эй! Ха! Как хорошо, что в старшей школе я прослушал аж целых два урока географии! Не ответь я на это — и меня бы, пожалуй, пристрелили прямо на месте! Учение — свет!
Он радовался так сильно, что едва не пустился вприпрыжку выполнять комплекс общеразвивающих упражнений. Отпраздновав победу в одиночку, он пробормотал:
— Ой, а как там этот мужик с сигарой? Надеюсь, он бегает быстро и его не поймают. Тьфу ты, этот генеральный директор Лу и впрямь страшноват.
Шаг прямо от двери и налево, в углу коридора висел монитор терминала наблюдения. Мужик с сигарой Ли Цяоэнь стоял там же, плечом к плечу с Лу Цзянье, и изо всех сил старался показать, что бежать он вовсе не собирался.
Лу Цзянье бросил на него косой взгляд.
Ли Цяоэнь поспешно принялся оправдываться, защищая своё спонтанное вредительство:
— Слушай… мне показалось, ты уже почти поверил его басням, вот я и решил поскорее найти повод вытащить тебя наружу и поболтать!
— Сначала мне казалось, что верить можно наполовину, — Лу Цзянье было лень с ним спорить. — На инопланетянина он не похож. Но поведение подозрительное, несёт полную околесицу. Есть также определенная вероятность, что он с кем-то в сговоре.
Ли Цяоэнь опешил, перевёл взгляд на экран монитора и спросил:
— И… что теперь?
Лу Цзянье тоже посмотрел на экран, оценивая то обстоятельство, что Ю Шуан всё-таки не удержался от того, чтобы дать волю своей истинной натуре и даже сбацать танец крамп:
— Если бы операцию планировал я и захотел провернуть что-то против человечества, я бы точно отобрал для вербовки кадры с интеллектом выше среднего. Такие, как он, в расчет не берутся. Но эффект от того флакона поразителен и вызывает слишком много вопросов… Ладно, пока не будем делать выводов, понаблюдаем дальше.
Ли Цяоэнь: «…»
Истинный генеральный директор Лу: ругается исключительно изысканно.
Лу Цзянье произнес:
— Ладно, не переживай, у меня всё под контролем. Любое отклонение от нормы должно пресекаться с отчётом. Но формулировки вроде «психически нестабилен» или «умалишённый» не тянут на ордер на арест, запереть его в допросной мы не имеем права. Когда выпустишь его, приглядывай за ним в оба.
Ли Цяоэнь замялся, собираясь что-то сказать, и Лу Цзянье спросил:
— Что такое?
— Ничего, — неожиданно произнес Ли Цяоэнь. — Просто думаю: если он действительно окажется опасен, что ты сделаешь?
Лу Цзянье ответил:
— Сначала обеспечу секретность, а потом передам Военному ведомству. Поступим по инструкции.
Ли Цяоэнь перекрестился на груди и с чувством произнес:
— Ну что ж, тогда пожелаю ему удачи. Надеюсь, с ним пребудет Господь, а не дьявол.
Лу Цзянье: «…»
Лу Цзянье немного поборол себя, но понял, что вынести это выше человеческих сил, и отдал приказ:
— Что с тобой не так? Чуть что — цитируешь всякую чушь? В следующий раз, когда будем набирать людей в Отряд специального назначения, внеси в требования пункт: атеисты и пастафариане имеют приоритет.
Под непрекращающиеся филиппики Ли Цяоэнь о «неуважении к свободе вероисповедания» генеральный директор Лу изящно взмахнул рукой, окончательно закрепив за собой статус обвиняемого в этом грехе, и с абсолютно каменным лицом вернулся в комнату допросов.
Стоило ему открыть дверь, как Ю Шуан стремние молнии уселся ровно, расплывшись в стандартной дежурной улыбке из восьми зубов, предназначенной специально для общения с заказчиками.
Услышав доносившиеся из коридора препирательства, он мысленно поставил этому храбрецу ещё один лай, восхитившись его беспримерной отвагой — сейчас тот напоминал тех самых злосчастных эйчаров из его прошлой конторы, и если бы тому мужику с сигарой понадобилось куда-то ехать, Ю Шуан с радостью вызвал бы ему такси бизнес-класса.
— Не обращай на него внимания, — Лу Цзянье запахнул форменный китель и неторопливо опустился на стул. — Его зовут Ли Цяоэнь, он разведчик в моём отряде. На чём мы остановились? Ты переместился из другого мира, а дальше?
Он взял со столика бутылку воды, отвинтил крышку, поставил перед собой и подвинул собеседнику.
Тут Ю Шуан вспомнил, что после той тирады про материки и океаны его горло действительно нуждается в орошении, взял бутылку и сделал два жадных глотка.
Лу Цзянье с полуулыбкой наблюдал за ним, выждав момент, когда вторая порция воды дойдет до горла, и спросил:
— Не боишься, что я подсыпал яд?
Ю Шуан подавился в самый подходящий момент, закашлялся так, что чуть душу не вытряхнул, но воду не расплескал. Покраснев до корней волос, он долго не мог отдышаться, после чего принялся яростно вытирать слёзы и возмущаться:
— …Ну это уже перебор! По международным стандартам положено, кажется, предупреждать, прежде чем говорить такое во время питья!
Он упустил момент, когда взгляд Лу Цзянье стал совсем уж исследовательской заусенкой, и вовсю пустил в ход свой выдающийся профессиональный навык межкультурной коммуникации, мгновенно приспосабливаясь к ситуации:
— К тому же я попанец. У всех, кто завязан с перемещениями, в комплекте идут читы и бафф «бессмертие на первое время». Даже если бы там был яд, меня бы не взяло.
http://bllate.org/book/36955/4597533
Готово:
