Готовый перевод I'm Cute Give Me Meat / Я просто милашка, дайте мне мяса: Глава 16

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Тот актёр сидел в самом центре, левой рукой обнимая сына, а правой прижимая к себе жену, которая и сын тянулись с двух сторон, целуя его в обе щеки.

Лицо мужчины так и сияло от улыбки.

Юн Хань задержался на этой фотографии всего на мгновение, а затем вновь опустил взгляд на щенка, сидевшего перед ним:

— С этих пор Цзай-Цзай — твое домашнее прозвище.

Се Цуньсюй оторвал взгляд от фотографии из микроблога, мысленно возвращаясь к воспоминаниям о прошлой встрече с этим актёром, и рассеяннотянуто рявкнул что-то вроде «у-у».

Юн Хань поинтересовался:

— Тебе нравится твое новое прозвище?

Се Цуньсюй снова издал неопределенное «у-у».

Словно заметив рассеянность щенка, Юн Хань недовольно нахмурился, приподнял его на уровень своего плеча и произнес низким голосом:

— Цзай-Цзай, видел фотографию? А ну-ка чмокни папу.

Се Цуньсюй по привычке ответил всё тем же «у-у».

Лишь издав этот звук, он наконец сообразил, о чём его просят, и от испуга так оттолкнулся всеми четырьмя лапами, что солдатиком скатился прямо с ладони Юн Ханя.

Юн Хань обронил это замечание лишь между делом, но, заметив, как щенок кубарем вкатился ему на колени, согнул указательный палец и легко щелкнул того по заду, насмешливо бросив:

— Трус.

Се Цуньсюй трепетал от страха, зарывшись носом в его одежду, и боялся даже шевельнуться.

Сначала Юн Хань ничего особенного в этом не видел, списывая всё на то, что щенок еще не отошел от испуга, но вскоре начал замечать странное.

Головка щенка тихонько и настойчиво тыкалась ему в живот, совершая легкие поступательные движения.

Выражение лица Юн Ханя стало странным. Он уже собирался оттолкнуть от себя собачью морду, как вдруг сквозь ткань одежды ощутил легкое щекочущее касание шерсти.

Утром, отправляясь на прогулку со щенком, он надел рубашку свободного кроя с большими карманами.

Щенок носом раздвинул пуговицы на его рубашке и попытался зарыться внутрь.

Зазор между пуговицами был невелик — втиснуть туда всю голову не получилось бы при всем желании, но щенок ухитрился забиться туда на пределе возможностей. Казалось, пуговицы сверху и снизу вот-вот оторвутся от напряжения.

Юн Хань протянул руку, вытащил щенка за шкирку и со смешком выругался:

— А наглости-то у тебя не занимать.

Мысли Се Цуньсюя уже прояснились, и теперь он мысленно клял собственную геномную память пойнтера или терьера — стоило ему увидеть кубики пресса Юн Ханя, как он терял рассудок, словно кот при виде кошачьей мяты.

Юн Хань, однако, вовсе не собирался так просто его отпускать:

— За испорченные пуговицы на рубашке придется платить. — Тон у него был самый деловой. — Ты хоть знаешь, сколько стоит эта вещь?

Будь на его месте обычная собака, она бы ни за что не поняла, но Се Цуньсюй был собакой необычной.

Он тут же поспешил продемонстрировать свою слабость: крепко зажмурившись, он скорчил такую кислую и жалостливую мордаху, что на нее было больно смотреть.

Юн Хань хмыкнул:

— Тебя даже целиком не продашь за такие деньги.

Се Цуньсюй покорно опустил голову, излучая всею кошачьей или собачьей сущностью глубочайшее раскаяние.

Наблюдая за этой сценой, Юн Хань молча тронул уголки губ, решив больше не пугать малыша, и опустил его обратно к себе на колени.

Се Цуньсюй, все еще понурый и с опущенной головой, упустил момент, когда на лице мужчины мелькнула улыбка, а потому сейчас гадал о его истинных намерениях. Утвердившись на коленях Юн Ханя, он украдкой вскинул голову и бросил быстрый взгляд на лицо хозяина.

Выражение лица Юн Ханя оставалось совершенно бесстрастным, разгадать его мысли было невозможно.

Се Цуньсюй не удержался и скосил глаза во второй раз.

Эту попытку Юн Хань пресек на корню.

Его взгляд в упор уставился на щенка:

— Чего это ты на меня пялишься?

Се Цуньсюй вздрогнул всем телом, словно воришка, пойманный с поличным, резко отвернулся и принялся с видом полного превосходства и беззаботности разглядывать все вокруг, стараясь даже на миг не косить в сторону Юн Ханя.

Юн Хань отвел глаза, взял с журнального столика сценарий, закинул ногу на ногу и, удобно устроившись на длинном диване, углубился в чтение.

Се Цуньсюй перебрался с колен Юн Ханя к нему на грудь, уперся лапками в страницы сценария, вытянул шею и с опаской заглянул за переплет.

Уловив движение, Юн Хань неторопливо поднял глаза от текста.

Се Цуньсюй тут же втянул голову в плечи и с повадками карманного воришки спрятался за сценарий.

Выждав пару мгновений и убедившись, что Юн Хань, судя по всему, снова сосредоточился на чтении, собачья мордашка вновь прижалась к обложке и стала по сантиметру ползти вверх. Наконец, уцепившись за верхний край буклета, показалась пара черных круглых глаз, принявшихся беззвучно изучать Юн Ханя.

Тот медленно поднял взгляд.

Се Цуньсюй мгновенно напрягся всем телом, молниеносно втянул шею и прижался к обратной стороне сценария, тяжело дыша и высунув кончик языка, чтобы остыть.

Перед тем как высунуться в третий раз, он невероятно терпеливо просидел в засаде довольно долго.

Лишь когда до его слуха донеслись отчетливые шуршащие звуки переворачиваемых страниц и бормотание Юн Ханя, репетирующего свою роль вполголоса, Се Цуньсюй вновь осторожно пополз вверх.

Сначала показались уши, затем макушка и, наконец, глаза...

Кто-то крепко ухватил его за левое ухо.

Застигнутое врасплох ухо судорожно задергалось, и Се Цуньсюй, подняв веки, нос к носу столкнулся с красивым лицом Юн Ханя, замершим в считанных сантиметрах от него.

Се Цуньсюй едва не взвыл от испуга.

Тот нарочито напустил на себя строгий вид, оставшись безучастным:

— Чего это ты всё на меня глазеешь?

Се Цуньсюй впился глазами в малейшие изменения его мимики.

Юн Хань пощекотал кончик его уха, нарочито понизив голос:

— Я жду ответа.

Тут Се Цуньсюй наконец отчетливо разглядел эмоции на его лице.

Решив, что мужчина все еще сердится из-за испорченной рубашки, Се Цуньсюй мысленно вздохнул, изобразил на морде крайнюю степень терзаний, а лапки, замершие на краю сценария, нервно заскребли по бумаге.

Заметив суетящиеся лапки, Юн Хань едва заметно усмехнулся про себя.

Се Цуньсюй перестал вздыхать, но шумно втянул воздух носом и, словно принимая роковое решение, с нескрываемым колебанием перевел взгляд на лицо мужчины.

В его глазах все еще теплился испуг.

При этом мысленно он вовсю чехвостил хозяина: подума подумать, скоро тридцать лет человеку, а чуть что не по нему — заставляет какую-то собаку ходить за ним и ублажать.

Совершенно забыв, что самому-то тоже скоро исполнится тридцать, и он ведь точно так же бессовестно выставлял напоказ задницу, пряча морду в диванные подушки, и требовал, чтобы Юн Хань его утешал, прикрываясь собачьим обличьем.

Пока в его голове бушевали эти мысли, лапки заскребли по бумаге еще быстрее.

http://bllate.org/book/38272/4799705

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода