Стоя перед дверью спальни, Сюй Чэнь ощутила нахлынувшее необъяснимое чувство дезориентации. По логике вещей, это действительно был ее дом, но... почему в душе не возникало ни малейшего отклика?
Она опустила на пол рюкзак и обошла все комнаты. Комната приемной матери была невероятно грязной: пепельница на прикроватной тумбочке заполнена до отказа, на полу валялись стряхнутые где попало окурки, недопитые бутылки пива, жестяные банки...
Эта картина точь-в-точь совпадала с тем, что отложилось в ее памяти.
В ванной комнате небольшая полочка была заставлена разнообразными косметическими средствами высокого класса, зеркало выглядело так, будто его протерли всего пару дней назад, раковина сияла чистотой, а в сливном отверстии не было ни единого волоска.
Сюй Чэнь внезапно почувствовала некий диссонанс: неужели она сама была настолько аккуратной?
Тщательно перерыв гардероб, она почувствовала, как внутреннее противоречие в значительной степени улетучилось. Эти вещи были ей действительно хорошо знакомы, все они содержались в идеальном порядке, возможно...
Возможно, она и вправду была очень чистоплотной.
Закончив с гардеробом, она немного посидела на диване и, сообразив, что так и дальше ждать бессмысленно, решила вернуться в порт.
Прошло еще чуть больше двух часов, и Сюй Чэнь, прихватив свою подводившую память голову и совершенно пустой желудок, зашла в ресторан неподалеку от порта.
Как раз наступило время обеда. В общем зале элитного ресторана, состоявшего сплошной чередой из отдельных кабинетов, не чувствовалось ни малейшего витающего в воздухе запаха еды или шума. Широкие полосы цветной полупрозрачной ткани свисали сверху от панорамных окон, и солнечный свет, проходя сквозь них, падал на светлый деревянный пол, окутывая весь зал мечтательной и туманной дымкой.
К ней шагнул официант в рубашке, жилете и костюмных брюках, с безупречной выправкой жестом указал направление и произнес:
— Госпожа Сюй, сюда, пожалуйста.
Сюй Чэнь кивнула и, ступая по колышущимся цветным световым бликам на полу, вошла в просторный коридор, а затем, ступая по тяжелому ковру со сложным узором, остановилась перед дверью одной из кабинок.
Официант замер и трижды негромко постучал в дверь, причем ритмичность стука могла бы поспорить с роботом Сяо Линем. Вскоре дверь плавно отворилась, и Сюй Чэнь увидела четырех человек, сидавших за небольшим круглым столом.
— Цзиньюй вернулась, — сидевшая во главе стола Сун Яньчжоу с улыбкой поприветствовала ее. — С самого раннего утра носишься туда-сюда, не устала?
— Привыкла, — Сюй Чэнь тоже улыбнулась, и ее миндалевидные глаза изогнулись двумя полумесяцами. — Жаль только, маму не застала, даже не знаю, куда она ушла.
Это обращение, казалось, задело Сун Яньчжоу за живое: мускулы на ее лице на мгновение застыли, но она тут же изобразила шутливое недовольство:
— Я ведь тоже твоя мама, почему-то я не слышу, чтобы ты обо мне беспокоилась.
— У тети и так много молодежи рядом, — произнесла Сюй Чэнь, обмениваясь улыбками с присутствующими, просто чтобы со всеми поздороваться.
Линь Сянвань сегодня все еще сидела в инвалидном кресле. Верхняя часть ее тела была облачена в шелковую рубашку серо-голубого оттенка, а нижняя — в широкие брюки цвета слоновой кости. Эта гамма как раз составляла полную противоположность белой блузке и джинсово-синим повседневным брюкам Сюй Чэнь, и, скорее всего, это снова было сделано нарочно.
Обе новобрачные были одеты ярко и пестро — весьма празднично. В тот момент, когда их взгляды встретились с Лу Синъе, на ее лице отразилось чересчур бурное волнение, а аромат жжёного благовония тут же взметнулся и забурлил.
Сюй Чэнь слегка нахмурилась и бросила взгляд на Линь Сянвань. Та смотрела перед собой с безмятежным, как вода, спокойствием, и лишь в уголках ее губ таилась легкая улыбка — казалось, она была абсолютно глуха к феромонам другого Альфы.
— Что же сестрица стоит, садись скорее, — махнула рукой Сун Цзиньши, и на ее пальце заискрился огромный бриллиант.
Сюй Чэнь решила начать растопку атмосферы именно с этого. Она притащила единственный свободный стул поближе к Сун Цзиньши, уселась поудобнее, уставилась на ее кольцо и с деланным восхищением произнесла:
— У сестрицы такое красивое кольцо, можно взглянуть?
Сун Цзиньши на секунду растерялась, но с некоторым недоумением приподняла руку и слегка протянула ее в сторону Сюй Чэнь.
Сюй Чэнь без церемоний ухватила ее за руку. Непонятно было, смутилась Сун Цзиньши или рассердилась, но она тут же попыталась выдернуть руку, однако Сюй Чэнь сжала ее еще крепче:
— Не двигайся, дай мне получше рассмотреть. Разве мы не сестры?
Сун Цзиньши умолкла. Сюй Чэнь, держа ее за руку, разглядывала украшение во всех подробностях.
Эта рука была теплой, мягкой, с нежной кожей и отличным кровообращением — сразу видно, что хозяйка живет в свое удовольствие.
Дизайн кольца был не слишком сложным: крупный бриллиант огранки голубиное яйцо был окружен россыпью мелких камней. Оно поистине ослепительно сияло и стоило целое состояние. Ногти на кончиках пальцев были коротко острижены и покрыты бледно-розовым лаком без каких-либо излишеств.
Сюй Чэнь хихикнула:
— У сестрицы с благоверной такая крепкая любовь.
Сун Цзиньши резко выдернула руку, и ее щеки окрасил легкий румянец:
— Ты... что ты такое говоришь!
— Я про кольцо! — с невинным видом заявила Сюй Чэнь. — Разве это не здорово, когда тебе покупают такое огромное кольцо?
Аромат благовоний на мгновение замер, а затем снова суетливо обвился вокруг Сюй Чэнь, словно пытаясь что-то объяснить за свою хозяйку.
Сюй Чэнь слегка подалась вперед, заглядывая из-за Сун Цзиньши на Лу Синъе:
— Верно ведь, благоверная? Я могу посмотреть твое кольцо?
Легкий румянец на лице Сун Цзиньши мгновенно испарился, а во взгляде промелькнул холодок. Лу Синъе бросила на нее взгляд, подалась корпусом вперед и положила ладонь на обеденный стол.
Сюй Чэнь бегло окинула ее взглядом с расстояния вытянутой руки:
— Ого, черный бриллиант, как круто.
Сухо отпустив этот комментарий, она подняла взгляд и мельком глянула на Лу Синъе. Сегодня эта женщина была без макияжа, так что теперь можно было разглядеть ее истинную внешность: глубокие черты лица и весьма волевой, мужественный облик.
В момент, когда их глаза встретились, в воздухе едва заметно повеяло ароматом благовоний. Сюй Чэнь снова нахмурилась, собираясь посоветовать той вести себя смирно, но Лу Синъе явно истолковала ее реакцию неверно, и ее встревоженный взгляд тут же скользнул по терминалу на запястье Сюй Чэнь.
— Цзиньюй так интересуют кольца? — в голосе Сун Яньчжоу слышалась улыбка, однако взгляд, брошенный на собственную дочь, был довольно тяжелым.
— Да так, ничего особенного, — Сюй Чэнь поднялась на ноги, придвинула стул к инвалидному креслу Линь Сянвань и беззастенчиво уселась рядом. — Мы же со всеми тут не особо близки, вот и приходится искать темы для разговора.
Слова прозвучали донельзя прямо — настолько, что все замолчали. Несколько секунд спустя Лу Синъе нарушила тишину, выдав крайне скучную реплику:
— Цзиньюй, если ты так сядешь, сестрице потом будет неудобно выехать на кресле.
Сюй Чэнь повернулась и окинула взглядом довольно просторное пространство позади кресла, подумав, что та, судя по всему, просто очень хотела произнести слово «кресло».
Линь Сянвань даже бровей не приподняла:
— Ничего страшного.
— О, кстати, — Сюй Чэнь воспользовалась этим обращением, чтобы перевести тему. — Ты называешь ее сестрицей, и моя сестрица тоже зовет ее сестрицей. Глава Линь у нас самая старшая?
— Сянвань в этом году исполняется двадцать пять, и романтические узы у нее завязались поздно. Цзиньши двадцать три, а Синъе даже младше тебя на год — ей двадцать один, — перечислила по порядку Сун Яньчжоу.
— Значит, мне двадцать два? — уточнила Сюй Чэнь.
— Верно, — Сун Яньчжоу посмотрела на нее с исследовательским интересом. — Ты разве не знаешь свой возраст?
Сюй Чэнь покачала головой:
— Не знаю. Раньше костный возраст и развитие желез никак не могли определить точно. Когда мать услышала, что у меня еще не закрылись эпифизарные зоны роста, она даже купила мне гормоны роста.
Сун Яньчжоу хотела было спросить что-то еще, но дверь буфета отворилась, и на стол подали горячие полотенца и одно за другим блюда.
Провозившись всю первую половину дня, Сюй Чэнь проголодалась так сильно, что под ложечкой сосало, и теперь она смотрела на еду буквально с сияющими глазами.
— Давайте сначала поедим, — подала голос единственная старшая в компании, и тут же раздался легкий звон столовых приборов.
Все пятеро ели исключительно изысканно, особенно Линь Сянвань: по ее выражению лица было трудно сказать, что она трапезничает — скорее, это можно было назвать пополнением запасов энергии человеческого организма.
Сюй Чэнь с удовольствием умяла две пиалы, отложила палочки и посмотрела на Линь Сянвань, которая уже давно прекратила трапезу:
— Тебе не нравится здешняя кухня Пятого сектора?
— Поздно позавтракала, — коротко пояснила Линь Сянвань.
Сун Цзиньши, судя по всему, наелась досыта и теперь маялась от безделья. С улыбкой она произнесла:
— Мы после обеда собираемся прогуляться по окрестностям, сестрица, сводишь нас? Наверное, в некоторых магазинах тебе платят процент? Свои люди — свои деньги, поможем тебе заработать побольше.
Это звучало почти как насмешка над трудящимся человеком, но Сюй Чэнь пропустила это мимо ушей — зарабатывать деньги всяко благороднее, чем их тратить.
Она повернулась к своей «хорошей сестрице» и лучезарно улыбнулась:
— Я бы и сама с радостью пошла, но всё мое сегодняшнее время принадлежит главе Линь.
— К чему ты меня приплетаешь? Разве ты не сама сбежала сегодня утром обратно? — холодно бросила Линь Сянвань.
Сюй Чэнь нахмурилась, не до конца уловив смысл этих слов. Поразмыслив пару секунд, она решила совместить извинения с кокетством:
— Прости... я ведь просто боялась, что утреннее сообщение потревожит твой сон...
Аромат жжёного благовония внезапно на мгновение притих, а затем вновь агрессивно взметнулся вверх, выглядя так, будто перед курильницей кто-то установил нагнетатель воздуха.
Сюй Чэнь почувствовала легкое раздражение. Заметив, что выражение лица Линь Сянвань тоже не предвещает ничего хорошего, она просто подвинулась ближе и дернула ту за рукав:
— Ты сердишься?
— Нет, — Линь Сянвань бросила на нее взгляд, и ее голос стал мягче. — Я к тому, что если хочешь идти — иди.
Сюй Чэнь придвинулась еще ближе:
— А ты пойдешь?
Не успела Линь Сянвань ответить, как сидевшая напротив Сун Цзиньши издала короткий смешок:
— Глядя на вас двоих, я бы сказала, что это вы только что обручились.
Хаотично витающий аромат благовоний приобрел смутные нотки горелого, словно в печь бросили только что оставшуюся от обеда шелуху креветок. Этот запах сильно раздражал Сюй Чэнь, и аромат белых лилий невольно вырвался наружу, заставив запах благовоний немного поутихнуть.
Линь Сянвань помрачнела, в ее опущенном взгляде мелькнул холод, а в груди Сюй Чэнь вспыхнула злость, и она уставилась на собеседницу, чуть ли не скрипя зубами.
— Давайте говорить нормально, — Сун Яньчжоу была совершенно сбита с толку создавшейся между ними атмосферой. — Вы же только что прекрасно ладили, как умудрились разругаться в один миг?
Сун Цзиньши снова усмехнулась, в ее голосе прозвучало злорадство:
— Молодежь так любит друг друга, это вполне нормально. Кстати, сестрица, ты видела новости? Твоя вчерашняя вечерняя фотография просто прекрасна.
Сюй Чэнь приняла волевое решение:
— Посмотрю-ка прямо сейчас.
***
Сюй Чэнь прекрасно понимала, к чему клонит Сун Цзиньши. Ссылку на новость ей с утра пораньше прислал какой-то сердобольный знакомый: там рассказывалось о том, как официантка с круизного лайнера захомутала топового магната, превратившись из золушки в принцессу — хотя сама фотография и вправду получилась красивой.
Но заявить о просмотре новостей ее заставили и другие причины. Голографический экран был оснащен биометрической защитой от посторонних глаз: на самом деле она ничего не читала, просто на ее лице застыло выражение удивления и задумчивости, пока она открыла чат с Линь Сянвань и принялась печатать текст взглядом.
Сюй Чэнь: «Ты чего творишь? Мне тоже несладко от ее феромонов, это чистый инстинкт, неужели мне позволить ей устроить тут дымовую завесу?»
Линь Сянвань: «Прости, мне просто нездоровится».
Сюй Чэнь: «Ах, притворяешься Беты! Кажется, она добавила меня в друзья, я попробую ее образумить».
http://bllate.org/book/39137/4940437
Готово: