Угрозы Линь Вэймэн, если бы они прозвучали в самом начале появления Чжоу Юй, пожалуй, действительно возымели бы некоторой эффект.
Но после стольких дней совместной жизни — неужели Чжоу Юй, которая день и ночь следовала по пятам за Линь Вэймэн, не знала её лучше остальных, кому та была незнакома?
У этой маленькой начальницы был на редкость хороший нрав, она совершенно не держала себя с окружающими свысока, и общаться с ней было так же легко, как со старой подругой — никакого лишнего давления.
Не говоря уже о том, что сегодня в глазах Линь Вэймэн отчётливо читалось ничем не прикрытое, бессознательное чувство вины — Чжоу Юй заметила это без малейшего труда.
Впрочем, сколь бы смелой ни была помощница, ей всё же не стоило идти напролом против собственной начальницы.
Раз уж дело касалось выживания, Чжоу Юй, разумеется, благоразумно решила ретироваться.
— Вэймэн-цзэ, я пойду налью тебе воды!
— … — Линь Вэймэн на мгновение лишилась дар речи, наблюдая, как Чжоу Юй направляется к стоявшему неподалёку кулеру, чтобы налить стакан тёплой воды.
Вернувшись, она, не дав начальнице времени на расспросы и упрёки, тут же блестяще перевела тему:
— Съёмочная группа закончит работу еще нескоро, а ты ведь простужена — почему бы тебе не вернуться отдохнуть пораньше?
Слова застряли у Линь Вэймэн в горле. Взяв стакан, она сделала пару глотков и погрузилась в задумчивость.
Весь сегодняшний день её голова была словно чугунной, и если бы не стремление дождаться кульминационной сцены, она бы давно уже отправилась спать.
Однако теперь эта долгожданная сцена была отснята, но в ней не оказалось ровным счётом ничего из того, чего она так ждала.
Было бы лжий утверждать, что она не разочарована.
Линь Вэймэн покачала головой, поджала губы и произнесла:
— Тогда велю подавать машину, поезжай со мной, вернёмся первыми.
Чжоу Юй кивнула, достала телефон, взглянула на время и предложила:
— Давай поедим чего-нибудь вечером, чтобы желудок не был пустым? После завтрака ты не пила лекарства, так что примем их перед сном.
Линь Вэймэн кивнула и уже собиралась поразмыслить над тем, чего бы ей хотелось съесть, как вдруг услышала, что Чжоу Юй, уткнувшись в экран телефона, выпалила:
— Я заказала тебе тыквенную кашу, она полезной для желудка.
Линь Вэймэн:
— Я не хочу сладкого.
Чжоу Юй:
— Тогда кашу из свинины с яйцом столетней выдержки, она вызывает потоотделение.
Линь Вэймэн надула губы:
— Я не хочу кашу.
Чжоу Юй отложила телефон, пару секунд посерьёзнее подумала, а затем с улыбкой посмотрела на Линь Вэймэн:
— Значит, хочешь барбекю?
Линь Вэймэн:
— Можно и так!
— А вот и нельзя. — Бросив это, Чжоу Юй снова опустила взгляд в экран и сделала заказ. — Тыквенная каша, решено.
— Чжоу Юй, раньше я этого не замечала, но ты, ты, ты… ты просто… — Палец, который Линь Вэймэн протянула вперед, слегка дрожал, но договорить она не успела — её прервали два громких чиха.
— Сестрица, неужели ты только сегодня внезапно поняла, как сильно, как искренне я о тебе забочусь? — с этими словами маленькая помощница протянула Линь Вэймэн салфетку.
Затем она выпрямилась, склонила голову набок, широко улыбнулась, обнажив два аккуратных клыка.
Линь Вэймэн невольно остолбенела.
С чего ради она в своё время вообще решила, что Чжоу Юй — человек простой и старательный?
Эта девчонка умела плести словесные кружева искуснее кого угодно!
***
В разгар вечерних съемок сидевшая на табуреточке и наблюдавшая за процессом «вторая бабуля» Линь Вэймэн исчезла.
Закончив снимать очередной дубль и получив перерыв, Лу Юйвэй машинально глянула туда, где только что сидела Линь Вэймэн, и обнаружила, что место пустует.
Неужели Линь Вэймэн стало хуже и она, не в силах держаться на ногах, ушла раньше?
Стоит ли ей отправить сообщение вечером, справляясь о её здоровье?
Хотя, если Линь Вэймэн уже спит, подобное сообщение лишь потревожит её сон…
Заметив, на чём сосредоточен взгляд погруженной в задумчивость Лу Юйвэй, Шэнь Цзянь не удержался и подколол её:
— А я-то думал, она и сегодня будет ждать тебя, чтобы уйти вместе.
Лу Юйвэй инстинктивно огляделась по сторонам и, убедившись, что поблизости никого нет, холодно парировала:
— С какой стати ей меня ждать?
— А с какой стати ей не ждать? Сама болела, а просидела рядом целый день в роли надсмотрщика — неужели ради праздного любопытства, а не в ожидании тебя?
— Просто делать ей было нечего, мы ведь с ней и не близкие вовсе… — ответила Лу Юйвэй.
Шэнь Цзянь усмехнулся:
— Вы же с ней каждый вечер только тем и занимаетесь, что… ну, ты понимаешь.
Лу Юйвэй невольно напряглась:
— Чем это занимаемся?
— Разбираете сцены, чем же еще? — Шэнь Цзянь изобразил победоносную ухмылочку и протянул: — Ой, как ты занервничала-то.
Лу Юйвэй на мгновение растерялась, а затем отвернулась:
— С чего бы мне нервничать…
Объяснения — это всего лишь оправдания, этого она не понимала разве что в теории, но сейчас настал момент, когда она совершенно не представляла, что еще сказать, кроме как выдать оправдание дрожащим от неуверенности голосом.
Она действительно нервничала.
Внезапно ей стало страшно, что окружающие неправильно поймут её отношения с Линь Вэймэн. Но если вдуматься, какие вообще между ними отношения?
Она всего лишь, подобно старшему наставнику, вечерами, когда выдавалось свободное время, учила Линь Вэймэн актёрскому мастерству. Если уж привязывать к этому какое-то определение, то скорее они были кем-то вроде учительницы и ученицы, ставших подругами.
Лу Юйвэй не признавалась в этом, но и Шэнь Цзянь не собирался развивать тему дальше. Обернувшись и бросив взгляд на съемочную группу, суетившуюся вокруг смены ракурсов камеры, он, подгоняемый проснувшимся неизвестно от чего праздным любопытством, подсел ближе к Лу Юйвэй и шёпотом спросил:
— Кстати говоря, а как вы с Линь Вэймэн вообще познакомились?
Лу Юйвэй ответила честно:
— Познакомились на съемках этой драмы.
Шэнь Цзянь закатил глаза и отмахнулся:
— Брось заливать.
Лу Юйвэй настаивала:
— Чистая правда.
Шэнь Цзянь:
— Не верю.
Лу Юйвэй вовсе не улыбалось продолжать этот допрос. Поразмыслив пару секунд, она подняла взгляд и задала сплетнику вопрос такой «убийственной» силы, что тот был вынужден мгновенно отступить:
— Ты так упорно добиваешься переписывания сценария — неужели считаешь меня слишком тяжёлой?
Шэнь Цзянь: …
После секундного молчания Шэнь Цзянь левой рукой ухватился за правое плечо и, театрально и излишне утрированно размахивая руками, с самым пренебрежительным видом простонал:
— Ай, плечо болит…
После чего резко развернулся, сладко потянулся и был таков, будто ничего и не произошло.
Лу Юйвэй оставалось только горько усмехнуться.
Линь Вэймэн казалось, что у них с Шэнь Цзянем какие-то особенные отношения, тогда как сам Шэнь Цзянь искренне подозревал в наличии таковых Лу Юйвэй и Линь Вэймэн.
Понять ход мысли этих главных звезд нашего круга — задача поистине невыполнимая.
***
Возвращаясь в отель, Лу Юйвэй случайно столкнулась с Чжоу Юй, которая направлялась в гостиницу для съёмочной группы. Остановив девушку с расспросами, она узнала, что Линь Вэймэн приняла лекарство и уже заснула, после чего ей стало совестно беспокоить ту звонками или сообщениями.
Добравшись до своего номера, она, изнурённая накопившейся усталостью, приняла душ, в котором её никто не тревожил.
Сама не понимая, что с ней творится, она поймала себя на мысли, что даже посреди водных процедур ждала звонка в дверь.
Только вот в эту ночь дверной звонок хранил безупречное молчание, не издав ни единого звука.
Если подумать, всё логично: та бестолковая девчонка, что обычно трезвонила в дверь, сегодня легла спать пораньше.
Выйдя из ванной, Лу Юйвэй в одном халате прижалась спиной к стене возле двери и так простояла в одиночестве довольно долго, чувствуя, как в груди воцарилась пугающая пустота.Линь Вэймэн — большая звезда, поэтому, приступив к работе над проектом, она часто отпрашивалась и улетала по своим делам. Она вовсе не была послушной студенткой, которая каждый вечер приходила к ней на дополнительные занятия.
Линь Вэймэн всегда заранее предупреждала, если не могла прийти.
Однако вчерашним вечером она не проронила ни слова, и Лу Юйвэй почувствовала, что чего-то не хватает.
Сегодняшний вечер выдался таким же.
Хотя, если вдуматься, то не совсем. Вчера Линь Вэймэн бодрствовала, и можно было отправить сообщение, чтобы узнать причину, а сегодня она спала, и Лу Юйвэй оставалось лишь предаваться домыслам.
Весь день Линь Вэймэн не проронила ни слова первой, а те немногие фразы, которыми они обменялись, были произведены лишь потому, что Лу Юйвэй сама завела разговор во время обеда.
Может, она простудилась и поэтому подавлена, или же она всё ещё злится из-за вчерашней шутки?
Но ведь вчера вечером Линь Вэймэн ответила на её пожелание спокойной ночи в групповом чате, тон был обычным, вроде бы никаких причин для обид не было…
От этих мыслей Лу Юйвэй ворочалась в кровати, сжимая в руке телефон, и никак не могла уснуть.
В эту ночь время словно намеренно издевалось над ней, каждая секунда тянулась невыносимо медленно.
Как раз когда Лу Юйвэй выключила прикроватную лампу, собираясь заставить себя уснуть, телефон, молчавший весь вечер, внезапно завибрировал.
Линь Вэймэн: Преподаватель Лу.
Линь Вэймэн: Вы спите?
Линь Вэймэн: [горько плачу]
Лу Юйвэй: Я здесь.
Лу Юйвэй: Почему ты ещё не спишь?
Линь Вэймэн: Я заснула, а потом проснулась.
Линь Вэймэн: Вы не могли бы зайти ко мне в номер?
Лу Юйвэй: А?
Линь Вэймэн: Мне страшно.
Лу Юйвэй: Подожди меня, я сейчас приду.
Линь Вэймэн: [угу-угу][горько плачу]
Лу Юйвэй не стала расспрашивать о причинах, поднялась, надела одежду, наспех провела пальцами по волосам и, прихватив телефон, поспешила в номер Линь Вэймэн.
Когда Линь Вэймэн впустила её, в её глазах читался неподдельный ужас, и она тут же с силой захлопнула дверь.
На ней была белая ночная сорочка выше колен, босые ноги, сзади на кровати царил беспорядок, волосы растрепаны — сразу было видно, что человек, привыкший во сне ворочаться, только что проснулся.
— Что случилось? — тихо спросила Лу Юйвэй.
Линь Вэймэн поспешно потянула её к кровати и вложила ей в руки конверт и несколько фотографий, лежавших у изголовья.
Лу Юйвэй открыла конверт и увидела лишь одну размашистую строчку, написанную неровным почерком:
Линь Вэймэн, я люблю тебя!
А фотографии оказались снимками, сделанными украдкой: на них было запечатлено, как Чжоу Юй провожает Линь Вэймэн от машины до отеля и до самого лифта. Снимали со спины, сбоку.
— Это просунули через щель в двери, — сказала Линь Вэймэн. — Я спала и почувствовала, что от кондиционера стало прохладно. Решила настроить температуру и вдруг услышала странный звук у двери…
Она машинально села и выглянула, как раз в тот момент, когда кто-то просовывал бумагу в щель.
Сначала она подумала, что это очередная визитка, испугалась, но не придала значения.
Однако человек не ушел сразу после того, как подкинул послание, а задержался у двери на довольно долгое время.
Линь Вэймэн услышала звук зажигалки, щелканье которой возвестило о том, что кто-то закурил, а затем тихие шаги человека, прохаживающегося взад-вперед. Наконец всё стихло, но это было не удаление звуков вдаль, а внезапная, настораживающая тишина.
Ей стало до ужаса страшно. Она дрожащими руками набрала Чжоу Юй, но та долго не отвечала.
Никогда не сталкивавшаяся с подобным, она в панике забыла о том, что можно вызвать сотрудников отеля, и инстинктивно решила обратиться за помощью к Лу Юйвэй.
Лу Юйвэй пришла быстро, и человек за дверью, услышав звук лифта, тут же скрылся.
Линь Вэймэн не смела даже вздохнуть, пока не услышала, как шаги быстро удалились, а затем хлопнула дверь в каком-то ближайшем номере. Только после этого она решилась включить свет, встать с кровати и подобрать то, что просунули через щель.
— Я… я что, стала жертвой фаната-преследователя? — Линь Вэймэн всхлипнула, выглядя совершенно растерянной.
Бог знает, она никогда не писала в романах, что у её героини были такие фанаты. В её представлении о «второстепенных персонажах» с дурной репутацией подобных существ просто не должно было существовать.
Лу Юйвэй предложила: Может, поменяемся номерами?
— Нет-нет… мне страшно, я боюсь выходить. А вдруг тот человек смотрит из чьего-нибудь дверного глазка? — Линь Вэймэн невольно вздрогнула от холода.
Съемочная группа Цинду всегда серьезно относилась к безопасности, и с начала съемок они меняли отель уже трижды, и никто из актеров не сталкивался с преследованием. И вот сегодня это случилось с ней.
Стоило лишь подумать, насколько всемогущ этот преследователь, как становилось не по себе.
— Но ведь сегодня нужно хоть как-то поспать. Сходи в мой номер, перекантуйся ночь, а завтра утром я пойду с тобой, посмотрим записи с камер наблюдения, а потом узнаем, можно ли сменить отель…
Линь Вэймэн затрясла головой и крепко ухватила Лу Юйвэй за запястье: Если он проследит за мной до твоего номера, какая разница, поменяемся мы или нет!
— Тогда…
— Побудь со мной, — сказала Линь Вэймэн и под удивленным взглядом Лу Юйвэй опустила ресницы. Голос её стал совсем тихим: — Когда кто-то рядом… не так страшно.
Лу Юйвэй посмотрела на кровать, на дверь, а затем её взгляд упал на руки Линь Вэймэн, которые намертво вцепились ей в запястье.
— Хорошо, тогда я схожу к себе за пижамой…
— Нет… не уходи, уйдешь — и мне снова станет страшно, — Линь Вэймэн прикусила нижнюю губу и моргнула: — Может, наденешь сегодня мою?
Лу Юйвэй: Мне надеть твою?
Линь Вэймэн ответила: У нас ведь почти одинаковая комплекция.
Лу Юйвэй машинально окинула взглядом фигуру Линь Вэймэн.
Двадцатиоднолетняя топ-звезда, которую часто называли красивой куклой, обладала не только милым лицом, но и тонкой талией там, где нужно, и женственными формами в нужных местах.
— Преподаватель Лу… Преподаватель Лу?
Лу Юйвэй очнулась от тихого зова Линь Вэймэн и молча поправила лямку её ночной сорочки, которая в какой-то момент сползла с плеча.
Линь Вэймэн отдернула руки, словно её ударило током.
То странное чувство жара, что накрыло её вчера, снова и снова неожиданно ударило в голову.
http://bllate.org/book/39489/4999639
Готово:
