— Динь-дон, подсказка: у Хозяина три очка навыков! — раздался голос Сяо Доудина, и этот единственный раз его голос показался Сяо Го поистине райской музыкой.
— На что я могу потратить очки навыков? — удивленно спросила Сяо Го, глядя на проносящийся в её голове бесконечный черепёнку товаров и умений: там было абсолютно всё, что только мог вообразить человек, и даже больше.
— Ого, неужели всё так здорово? — обрадовалась Сяо Го. — Всё это можно обменять?
Однако на этих предметах и умениях в её сознании внезапно вспыхнул огромный красный крест: у Хозяина слишком мало очков навыков, обмен недоступен.
Сяо Го чуть не выплюнула кровь от досады, ведь там имелся Талисман слежения — превощная штука! Если бы удалось им воспользоваться, Мо Шоусинь точно не ускользнула бы из её рук.
Но стоило взглянуть на цену в сто очков навыков, как Сяо Го поняла, что даже если она выплюнет всю кровь до последней капли, сейчас, без Мо Шоусинь рядом, ей всё равно не набрать столько.
Проявив редкое милосердие, Сяо Доудин позволило Сяо Го потратить пять очков навыков и обменять их на собачий нюх. От одного взгляда на это становилось тошно на душе — ради такого приобретения она даже умубилась залезть в минус по очкам навыков, и Сяо Го принялась мысленно костерить Сяо Доудина бессовестным торговцем.
Время шло секунда за секундой. Не обращая внимания ни на что другое, Сяо Го подбежала к парусиновой сумке и тщательно принюхалась. Затем, словно какая-то ездовая хаски, она опустилась на четвереньки и помчалась вперёд. К счастью, из-за дождя на улице было мало прохожих, да и те спешили под зонтами и в дождевиках, не обращая внимания на эту странно бегущую фигуру.
Мост Цюаньхэ был уже прямо перед ней, а запах Мо Шоусинь стал еще более насыщенным. Радостно глядя в ту сторону и заметив знакомый силуэт, Сяо Го подпрыгнула высоко в воздух и стремительно бросилась вперёд.
Увидев сидевшую у подножия мостового пролёта Мо Шоусинь, которая обхватила колени руками, Сяо Го направила Ци в даньтянь и завопила:
— А я ведь тебя нашла!
В небе, прямо над головой Сяо Го, повисла серая туча. Стоило ей договорить, как с неё сорвался шаровой молний и угодил прямо в Сяо Го. В её голове раздался голос Сяо Доудина:
— Десять минут истекли, начинается наказание!
Бежавшую со всех ног Сяо Го так прямо и шарахнуло разрядом, после чего она завалилась набок, падая в сторону Мо Шоусинь. Это до смерти испугало погруженную в скорбь Мо Шоусинь, но та поспешно поднялась на ноги, подхватила Сяо Го и ошеломлённо спросила:
— Сяo Го, за что тебя опять молнией приложило?!
Из рта Сяо Го вырвался струйка чёрного дыма. У неё был такой скорбный вид, а растрёпанные дождём волосы и одежда в сочетании с только что пережитым ударом молнии придавали ей поистине жалкий облик.
По крайней мере, на этот раз Мо Шоусинь временно забыла о недавней нервозности Сяо Го в поезде.
— Одна секунда! — с горечью и возмущением пробормотала едва разборчиво Сяо Го.
— Что? Что ты говоришь про одну секунду? — Мо Шоусинь сочла слова Сяо Го полной бессмыслицей. Что она вообще имеет в виду? Посмотрев на Сяо Го, она на всякий случай настороженно отступила на шаг назад, подумав: не повредилась ли та рассудком от удара молнии?
Сяо Го не заметила её манёвра. Она уставилась на проясняющееся небо за пределами мостового пролёта, слегка задрав голову на сорок пять градусов, и вид у неё был такой, будто ей нечего было сказать небесам.
Сейчас Сяо Го вовсе не красовалась — в её душе действительно бушевал крик, который никак не удавалось вырвать наружу, так что оставалось лишь терпеть.
Крикнешь — кто поймет её горе? Не крикнешь — сидящий в голове Сяо Доудин и не подумает её жалеть; судя по всему, оно бы с радостью добавило еще пару ударов, лишь бы в очередной раз не подставить её! И ведь всего секунда! Будь всё хоть на секунду быстрее, ей бы не пришлось вымокать под дождём.
Сяо Доудин перевернулось в голове у Сяо Го и закатило на неё глаза: если бы не сбой собственной энергии при перемещении, с какой стати им понадобилось подпитываться Небесной молнией? И кто же виноват, что энергетическое тело Сяо Го оказалось самым мощным, да ещё источало странное чувство знакомства, словно маяк во тьме.
Узнай Сяо Го о чём думает в этот момент Сяо Доудин, её бы точно стошнило кровью: выходит, она просто угодила в жуткую полосу невезения и была забрита в рекруты?
Мо Шоусинь помахала рукой перед глазами Сяо Го:
— Эй, эй, Сяо Го, ты как? Одурела? Только не вздумай отбрасывать коньки, я тебя не дотащу!
Мо Шоусинь решила, что Сяо Го — та ещё головная боль. Если та от удара молнии лишилась рассудка, то ей при её росте в метр шестьдесят эту громилу ни за что не сдвинуть с места!
Услышав слова Мо Шоусинь и глядя на её миниатюрную ручку, машущую перед лицом, Сяо Го пришла в себя и легким шлепком отбила руку Мо Шоусинь в сторону. Оперевшись о землю, она сама поднялась на ноги, стряхнула с себя брызги грязи и недовольно бросила:
— Это ты одурела, а я в своём уме!
И ради чего всё это? Не дотащит она её? Сяо Го окинула взглядом собственное тело — подума подумаешь, чуть повыше ростом, но она же вовсе не толстая!
— А? — Мо Шоусинь никак не ожидала, что после того, как она добрае полдня продержала на весу Сяо Го, в ответ на её пусть и резковатые, но заботливые слова получит лишь раздражение.
— Ладно, не одурела так не одурела! Дождь прекратился, уходи давай! — остыв, Мо Шоусинь принялась выгонять гостью.
— Держи! — заметив, что выражение лица Мо Шоусинь снова помрачнело, Сяо Го сообразила, что переборщила с тоном. Боясь, что та испарится без следа, она поспешно протянула ей парусиновую сумку.
— Я же говорю, называть тебя дурочкой есть за что, а вот ты меня — нет! Подумай сама, без направления как ты собираешься устроиться в постоялом дворе? Совсем безголовая, что ли? — протягивая сумку, с некоторым смущением пояснила Сяо Го, лихорадочно соображая, как бы заманить Мо Шоусинь обратно.
Именно заманить! А как иначе её пристроить? Задание по обустройству наверняка ведь подразумевало крышу над головой, и Сяо Го решила, что стоит попытаться.
Только вот за все свои восемнадцать лет она отроду никого не обманывала. Сяо Го то и дело чесала затылок и нос — до чего же тревожно! Разве можно вот так просто обвести вокруг пальца эту упрямую девчонку?
Мо Шоусинь перевела взгляд с Сяо Го на парусиновую сумку и только теперь заметила: хотя сама Сяо Го промокла насквозь, сумку она уберегла в идеальном состоянии — на ткани виднелись лишь редкие капли, которые уже почти высохли. Стоило взглянуть на саму Сяо Го, у которой сухим остался разве что участок на груди, прикрывавший сумку, в то время как всё остальное тело было насквозь мокрым, а с волос и подола брюк до сих пор капала вода.
От этого зрелища на душе у Мо Шоусинь стало как-то смутно. С чего это вдруг эта полоумная Сяо Го заставила её растрогаться?
— Сама ты безголовая! — у Мо Шоусинь слегка покраснели глаза, и она неожиданно перешла на крик.
Сяо Го, всё ещё ломавшая голову над тем, как бы увести Мо Шоусинь с собой, внезапно услышав это, снова почувствовала себя неуютно:
— А? Чего это ты опять обзываешься? Где это я безголовая?
— Самая настоящая дура, во всём дура! — Мо Шоусинь слегка заволновалась, но тут же взяла себя в руки и объяснила: — Сумка такая большая, шёл такой ливень, неужели нельзя было прикрыть её сверху? Тогда бы ты не вымокла до нитки! — Её голос смягчился на пару тонов. — Скажи на милость, разве ты не глупая?
Мо Шоусинь подняла голову на Сяо Го, и в её взгляде появилось чуть больше тепла.
Услышав это, Сяо Го опешила: ей почему-то показалось, будто где-то в глубине души злорадное Сяо Доудин катается по полу от хохота.
Вспомнив, как её подставило Сяо Доудин, подсунув этот собачий нюх, из-за которого она в дождь шарила на четвереньках, словно хаски, Сяо Го решительно не желала больше убеждать Мо Шоусинь в своём убережённом рассудке. Не станет же она признаваться, что оберегала сумку так тщательно лишь затем, чтобы получше учуять её запах?
Ни за что! Ни в коем случае, хоть убей — не скажет! — думала про себя Сяо Го. Она потёрла нос, чувствуя, что он до сих пор подёргивается, и украдкой вздохнула. Вспомнив запахи, витавшие в воздухе, она так и рвалась выпалить: Мо Шоусинь, да я же носом тебя вынюхала, вот так шаг за шагом преследуя по запаху!
Сяо Го скребла кошки на сердце, и она признавала, что Мо Шоусинь права: она действительно вела себя как последняя дура!
Но люди ведь так склонны говорить одно, а думать другое, и Сяо Го упорствовала в своем упрямстве.
— Подумаешь! Я же старалась как раз ради того, чтобы твоя справка-направление и прочие бумаги не промокли! — Сяо Го отвернулась в сторону, а уши у неё покраснели. Разве она действительно думала об этом, придумывая подобное оправдание? Сяо Го казалось невероятно стыдным вот так врать в её-то годы.
Ей было стыдно, а вот глаза Мо Шоусинь после этих слов покраснели ещё сильнее. Пожалуй, это был первый человек после её матери, кто проявлял о ней такую заботу.
Мо Шоусинь шмыгнула носом и тихо произнесла:
— Вот оно как... Спасибо тебе, Сяо Го!
Пусть ты немного того, с придурью, и слегка простовата, но почему-то мне кажется, что эта твоя простота чертовски мила! — думала про себя Мо Шоусинь, а глядя на несколько неуклюжий вид Сяо Го, она вдруг поняла, что та стала ей гораздо ближе и симпатичнее.
— А? Ты еще и благодаришь меня? — изумлённо обернулась Сяо Го. Разве её отговорка не звучала слишком натянуто? Сяо Го смутно чувствовало, что благодарность от Мо Шоусинь звучит как-то неправильно.
— Разве что-то не так? — с недоумением спросила Мо Шоусинь.
— Кхе-кхе, нет-нет, о, не за что! — Сяо Го внезапно озарило. — Э-э, Шоусинь! Послушай-ка сюда: ты ведь одна, в столице никого не знаешь, и идти тебе особо некуда, да и небезопасно это. Давай я устрою тебе местечко, а?
С заботливым и вопросительным выражением лица обратилась она к Мо Шоусинь.
Мо Шоусинь слегка засомневалась.
— Я ведь в каком-то роде твоя знакомая? Короче, у меня есть пустующая квартира, в которой уже давно никто не живёт, и как раз требуется уборка. Ты ведь всё ещё должна мне денег, верно? Так вот, поможешь мне навести порядок — считай, долг отработаешь. Как тебе идея?
Смертельно боясь, что Мо Шоусинь откажется, Сяо Го поспешила добавить объяснений.
Судя по всему, это предложение затронуло какие-то струны в душе Мо Шоусинь.
Тогда Сяо Го внезапно сложила руки перед грудью и принялась умолять, в точности копируя манеру своих младших брата и сестры, когда те о чём-то просили её:
— Я совершенно не умею убираться, если запустить квартиру ещё сильнее, она совсем одичает. Пожалуйста, выручай!
Хотя в глубине души она понимала, что Сяо Го, скорее всего, просто жалеет её, вопреки всякой логике эта опустившаяся до просьб Сяо Го не позволяла Мо Шоусинь ответить отказом.
— Ладно! — неожиданно тихо ответила Мо Шоусинь.
— Ты... согласилась? — переспросила Сяо Го, и когда до её ушей дошло заветное словечко, она даже подумала, что у неё слуховые галлюцинации.
— Что? — Сяо Го выковырнула из уха серу.
— Я говорю — хорошо, согласна отработать долг трудом, я не против! — Мо Шоусинь вдруг словно сбросила с себя какой-то душевный груз и озарила Сяо Го мягкой улыбкой.
Повеял летний ветерок, и глядя на эту тощую девчонку по имени Мо Шоусинь, Сяо Го подумала, что её улыбка невероятно сладкая и выглядит даже красивее, чем у собственной младшей сестры.
— Знаешь, а тебе очень идет улыбаться! — в точности как её собственный отец, Сяо Го не поскупилась на похвалу.
http://bllate.org/book/40326/5117296
Готово:
