Пока Юнь Чжи отбивалась от пьяного хулигана, она не заметила, что прямо напротив, на другой стороне улицы, Хань Ли сидел за пластиковым столиком и запивал шашлык из баранины пивом.
Последние два дня настроение у Хань Ли было отвратительным, и его подручные не осмеливались докучать ему — боялись случайно сказать что-то не то и нарваться на гнев.
Хань Ли, закинув ногу на ногу, сидел на шатком стульчике. Перед ним в беспорядке валялись опустошённые бутылки, а лицо его было мрачнее тучи.
Он просто не мог понять.
Ведь он ей ничего не должен! Ну поговорил чуть больше обычного — разве из-за этого стоит затаить обиду до сих пор? И ведь ещё вышла на улицу собирать бутылки! Отказалась от его денег! Заблокировала в соцсетях! И самое главное — ещё и фыркнула на него!
Злился.
Чем больше думал — тем злился сильнее.
Обидно.
С каждым разом всё обиднее.
— Лисяо…
— Не смей меня так звать! — рявкнул Хань Ли.
Фан Мин, жуя кусок баранины, потянул Хань Ли за рукав и указал на противоположную сторону:
— Да нет, это разве не твоя сестра?
Мозг Хань Ли мгновенно прояснился.
Он обернулся и, хоть и через дорогу, сразу узнал девушку, окружённую несколькими мужчинами — это была сама Юнь Чжи.
Его тётушка выглядела жалкой, слабой и беспомощной — ей явно требовалась помощь.
— Похоже, у сестрёнки неприятности, — забеспокоился Фан Мин.
Хань Ли сверкнул на него глазами:
— Твоя, что ли, сестра?
Фан Мин сжался от этого окрика:
— Н-нет…
— Тогда нечего зря языком чесать!
«Чего так орёшь…» — подумал про себя Фан Мин и пробормотал:
— Парень рядом с твоей сестрой похож на Лу Синминя. Это ведь он?
Напоминание заставило Хань Ли перевести взгляд на фигуру позади Юнь Чжи.
Тот был высоким и стройным, но выглядел как типичный вычурный красавчик — да, это точно был тот самый негодяй.
Выражение лица Хань Ли мгновенно изменилось.
Чёрт возьми.
Лу Синминь прятался за спиной девчонки?
Разве он мужчина?
Где у него мужское достоинство?
Как он вообще может так поступать?!
Ярость Хань Ли вспыхнула с новой силой. Он хлопнул ладонью по столу, схватил бутылку и решительно зашагал вперёд. Остальные переглянулись и последовали за ним.
Авторские комментарии:
Железная Барби-тётушка: свирепа!
Красавчик-модель Лу Синминь: хрупок.
Когда до цели оставалось совсем немного, Хань Ли вдруг почувствовал неладное.
Почему эти хулиганы все лезут именно к Лу Синминю?
Юнь Чжи, словно живой щит, стояла впереди — на лице так и написано: «Если хотите драться — ко мне!»
Хань Ли заподозрил подвох и пригляделся внимательнее. И точно — глаза этих типов буквально прилипли к Лу Синминю.
Неужели они нацелились именно на него?
Вот это уже становится интересно.
Хань Ли фыркнул и вдруг успокоился. Вместо того чтобы немедленно ввязываться в драку, он теперь хотел просто понаблюдать за зрелищем.
— Лисяо, не идём? — растерянно спросил Фан Мин.
— Подождём, — ответил Хань Ли, присев в тени угла.
— …?
Фан Мин не понял замысла Хань Ли, но благоразумно промолчал и знаком велел остальным парням тоже присесть позади него. Несколько пар глаз уставились вперёд, наблюдая из укрытия.
Они находились на достаточном расстоянии — не слишком близко, чтобы быть замеченными, но и не слишком далеко: пьяные орали так громко, что почти всё было слышно.
Хань Ли насторожил уши и стал внимательно следить за происходящим.
— Малыш, не упрямься, — грозно произнёс один из хулиганов, чувствуя поддержку товарищей. — Мы просто хотим с тобой поиграть. Но если не будешь вежлив, нам придётся применить силу.
Лу Синминь молча стоял за спиной Юнь Чжи.
Его и без того красивое лицо в безэмоциональном состоянии казалось ещё холоднее и отстранённее. Пьяные хулиганы заворожённо смотрели на его ленивые миндалевидные глаза и, наконец не выдержав, один из них потянулся, чтобы дотронуться до его лица.
Спрятавшийся в тени Хань Ли едва сдержал смех и даже достал телефон, чтобы записать видео.
Вот и дождался, подлец! Получай по заслугам! Всё это — кара небесная за то, что он вёл себя как последний негодяй!
Хань Ли совершенно успокоился: раз эти типы нацелились на Лу Синминя, значит, с Юнь Чжи всё в порядке.
Но в следующий миг его улыбка застыла на лице.
Его «слабенькая, жалкая и беспомощная» тётушка молниеносно схватила протянутую руку и изо всех сил вывернула её. Хулиган скривился от боли и, завыв, согнулся пополам.
Юнь Чжи, не думая о последствиях, приложила всю свою силу. Осознав, что натворила, она на миг растерялась, но быстро взяла себя в руки и мысленно убедила себя:
«Это они первые начали. Я просто защищаю другого. Даже полиция скажет, что я поступила правильно. Я не виновата».
Она выпрямилась и теперь смотрела на обидчиков с полным спокойствием.
После того как один из их товарищей оказался на земле, остальные трое пришли в себя. Алкогольное опьянение как рукой сняло — они широко раскрыли глаза, явно потрясённые решительностью этой девчонки.
— Вы не смейте обижать Лу Шицзу! — упрямо заявила Юнь Чжи, вставая перед Лу Синминем. — Я буду его защищать!
В ночном свете её голос звучал мягко, но твёрдо.
Лу Синминь слегка дрогнул. Его веки опустились, а в глубине глаз мелькнула тень.
С его позиции было видно только профиль Юнь Чжи. Её густые ресницы нервно трепетали, и за внешним спокойствием явно скрывалась тревога.
— Она, наверное, боится.
Ему следовало бы выйти вперёд и быстро положить конец этой глупой сцене.
Но Лу Синминю неожиданно понравилось это ощущение — прятаться за чьей-то спиной и чувствовать, как тебя защищают.
Это было… тепло.
Такого он никогда раньше не испытывал.
Он продолжал держать руку на её плече и спокойно произнёс:
— Да, не трогайте меня. Она будет меня защищать.
Услышав его слова, Юнь Чжи смущённо опустила голову.
Спрятавшийся Хань Ли стиснул зубы:
— У этого пса, что, совсем нет лица? Ему не стыдно? Мне за него самого стыдно становится!
Фан Мин промолчал.
По выражению лица Лу Синминя было ясно: ему совершенно не стыдно.
Их бесцеремонное поведение окончательно вывело хулиганов из себя. Трое из них засучили рукава и бросились вперёд.
Лу Синминь сначала оттолкнул Юнь Чжи назад, а затем резко пнул одного из нападавших в живот. Тот, худощавый и слабый, не выдержал удара и рухнул прямо на бордюр. В этот момент другой хулиган занёс над его головой бутылку. Лу Синминь холодно взглянул на него, ловко уклонился и, схватив за запястье, вырвал бутылку, после чего с размаху опустил её на плечо противника.
Лу Синминь был опасным противником.
Он бил быстро, точно и без промаха — не давая врагам ни единого шанса подняться.
После того как двое были повержены, последний выживший, конечно же, не стал рисковать и бросился наутёк. Его взгляд метнулся по сторонам и остановился на Юнь Чжи, стоявшей в стороне.
Девушка, похоже, была в шоке — глаза широко раскрыты, не моргает.
Отличный момент!
Мужчина зловеще ухмыльнулся и с громким криком бросился к ней.
Юнь Чжи вздрогнула от этого вопля. Увидев, как кто-то с перекошенным от злобы лицом несётся прямо на неё, она на секунду замерла. Но тут же вспомнила наставления своего учителя:
[Если кто-то нападает на тебя, бей точно в нижнюю часть тела.]
Нижняя часть…
Юнь Чжи зажмурилась, собрала все силы и изо всех сил пнула противника прямо в промежность.
Пронзительный визг — и всё стихло.
Все мужчины на площади, включая наблюдавших из укрытия, инстинктивно сжали животы, разделяя с поверженным хулиганом невыносимую боль.
Фан Мин прикрыл живот и с ужасом прошептал:
— Твоя… сестра — настоящий монстр.
Лицо Хань Ли побелело.
Чёрт, он и представить себе не мог!
Хань Ли вдруг вспомнил день, когда Юнь Чжи впервые приехала к ним домой.
Девушка была одета просто и даже немного по-деревенски, но улыбалась искренне и сказала ему: «Все тяжёлые дела можешь мне поручить — у меня сил много».
Позже, когда они подружились, она рассказала, что с детства носила дрова и рубила деревья, поэтому, хоть и выглядела хрупкой, была сильнее большинства людей. Она даже использовала слово «сильная», чтобы описать себя.
Хань Ли также вспомнил, как учитель недавно сообщил, что она перетянула кого-то в перетягивании каната настолько сильно, что тому пришлось лечь в больницу.
Выходит…
Всё, что она говорила, было чистой правдой.
Пьяные хулиганы, поняв, что не справятся с парочкой, заметили, как Юнь Чжи достаёт телефон, чтобы вызвать полицию. Испугавшись серьёзных последствий, они поспешно подняли своих товарищей и, прихрамывая, скрылись в соседнем переулке.
Проблема была решена.
Фан Мин потянул Хань Ли за рукав и осторожно спросил:
— Лисяо, нам всё ещё идти?
— …
Не осмеливался.
Он боялся, что разозлённая тётушка может при случае и его самого избить.
— Лисяо…
— Ты что, зовёшь духа?! — раздражённо рявкнул Хань Ли, но его крик тут же привлёк внимание Юнь Чжи и Лу Синминя.
Поняв, что укрытие больше не спасает, Хань Ли закатил глаза и, волоча онемевшие от долгого сидения ноги, вышел из тени.
— Давно не виделись, брат Лу, — произнёс он с вызывающей надменностью, хотя обычный человек мог бы подумать, что он просто здоровается со знакомым.
Лу Синминь лишь презрительно фыркнул и не удостоил его ответом.
Хань Ли перевёл взгляд на Юнь Чжи.
Она стояла перед Лу Синминем, нахмурившись, и упрямо отвела глаза, демонстративно игнорируя его.
— Хань Юнь Чжи, иди сюда, — позвал он.
Юнь Чжи не шелохнулась.
Вместо этого она взяла Лу Синминя за руку, громко фыркнула в сторону Хань Ли и, гордо подняв голову, развернулась и пошла прочь.
Кулаки Хань Ли сжались до хруста.
Она снова…
Опять…
Фыркнула на него!!!
И ещё и за руку сцепилась с его заклятым врагом!
Глядя на её маленькую ручку, крепко вцепившуюся в рукав Лу Синминя, тот довольно помахал Хань Ли:
— Юнь Чжи не пойдёт к тебе. Я отведу её домой вместо тебя, Лисяо.
Юнь Чжи…
И ещё «Лисяо»?
Хань Ли был одновременно в ярости и в шоке.
Он так и остался стоять, оцепенев, пока двое не скрылись из виду.
— Лисяо, ты в порядке? — окликнул его Фан Мин.
Голос подчинённого вернул Хань Ли в реальность.
Он растерянно спросил:
— Она ушла с этим пёсом?
Фан Мин кивнул.
— Чёрт! — Хань Ли подпрыгнул от злости и заорал: — Кто из нас родственник?! Она знает, что мы с Лу Синминем враги, а всё равно идёт с ним! Она специально меня злит!
Фан Мин попытался успокоить:
— Успокойся. Сёстры в её возрасте часто бывают своенравными…
— Да пошёл ты! — оборвал его Хань Ли. — Она же девчонка! Разве не понимает, как опасно уходить с незнакомцем? У неё вообще есть чувство самосохранения?
Вспомнив поведение Юнь Чжи, Фан Мин согласился:
— С человеком, с которым идёт твоя сестра, действительно стоит быть осторожнее.
— …??
— Что ты имеешь в виду? Как это «осторожнее»? Ты что-то недоговариваешь?
Фан Мин замер:
— Нет, я ничего такого не имел в виду.
— «Ничего такого» — это как? Что ты сейчас имеешь в виду? Ты сейчас что имеешь в виду?!
Хань Ли нахмурился, и его капризный, несправедливый тон был точь-в-точь как у матери Фан Мина.
Фан Мин вздохнул:
— Я просто хотел сказать, что твоя сестра сильная. Ничего плохого я не имел в виду.
Хань Ли фыркнул. Ну ладно, это уже лучше.
Но тут же снова разозлился и упёрся руками в бока.
Теперь он окончательно понял: Хань Юнь Чжи сознательно игнорирует его и использует Лу Синминя, чтобы отомстить.
Женское сердце — хищнее тигра, даже у такой милой и невинной, как Юнь Чжи.
Успокоившись, Хань Ли подозвал нового парня из своей свиты и сунул ему в руку сто юаней:
— Отнеси это Хань Юнь Чжи. Скажи, что она обронила деньги. Если скажет, что у неё нет денег, настаивай, что это точно её. Просто засунь ей в руки и сразу возвращайся.
Фан Мин не понял.
Разве этот человек только что не злился? И вот уже снова совать ей деньги?
Хань Ли был зол.
Но злость — одно, а забота — другое. Пусть она и сердита, нельзя же оставлять её совсем без гроша. Даже если в школе есть столовая, всё равно нужны деньги на мелочи.
Особенно девушке — трат всегда больше. Раз она из гордости отказывается брать деньги у него напрямую, придётся использовать обходные пути.
Сто юаней — не такая уж большая сумма, особенно в такое позднее время. Обычный человек, найдя потерянные деньги, скорее всего, оставил бы их себе.
Но ему нужно было хоть как-то передать ей немного наличных.
Парень кивнул и побежал в сторону, куда ушли Юнь Чжи и Лу Синминь.
Хань Ли глубоко вздохнул, закурил сигарету и, нервно постукивая ногой, стал ждать возвращения посыльного.
Фан Мин не выдержал:
— Лисяо, по-моему, учитывая характер твоей сестры, она не примет эти деньги. Лучше тебе просто извиниться.
Хань Ли выпустил клуб дыма и усмехнулся:
— Она просто не хочет брать деньги у меня.
Фан Мин промолчал, но подумал про себя: Хань Ли — дурак.
Если она до сих пор держится, значит, упряма как осёл. А учитывая, как она только что встала на защиту Лу Синминя, она явно добрая и храбрая. Как такая девушка может взять чужие деньги? Даже если деньги засунуть ей в руки насильно, скорее всего, всё равно ничего не выйдет.
— Кстати, — почесал затылок Фан Мин, — неужели твоя сестра встречается с Лу Синминем? Мне кажется, между ними что-то странное происходит.
http://bllate.org/book/6854/651392
Готово:
