Тёмные, блестящие глаза пристально впились в испуганную девушку. Голос мужчины был низким и плавным, в нём слышалась едва уловимая нотка соблазна:
— В тот раз, когда ты вернулась в Цзянчэн… ты действительно укачалась в машине?
Неожиданная близость сбила дыхание Цзян Лянь. Ей казалось, будто горячее дыхание касается её лица. Голова пошла кругом, и лишь через несколько секунд она осознала смысл его слов.
— Да, правда… — прошептала она, крепко сжимая край юбки и, собравшись с духом, встретила его взгляд.
Чэнь Чжи Янь прищурился, внимательно изучая её выражение лица, пытаясь уловить ложь.
От его пристального взгляда Цзян Лянь почувствовала, как всё тело охватывает жар.
Тем временем из полуприоткрытого окна всё ближе доносился голос Цзян Сюня, разговаривающего по телефону.
Чэнь Чжи Янь отвёл взгляд от её дрожащих ресниц, вдруг слегка усмехнулся и тихо бросил ей на ухо всего одну фразу, после чего небрежно откинулся на сиденье.
В следующее мгновение дверь распахнулась.
— В Цзянчэне, да, Чэнь тоже здесь. Ладно, тогда до встречи, — сказал Цзян Сюнь, садясь в машину и завершая разговор.
Помолчав немного, он повернулся к Чэнь Чжи Яню:
— Тан Цзя вернулся из-за границы. Предложил как-нибудь собраться.
Мужчина спереди не ответил.
Цзян Сюнь опустил голову, просматривая сообщения в WeChat. Подождав ещё немного и так и не дождавшись ответа, он поднял глаза — и увидел, как Чэнь Чжи Янь смотрит в сторону пассажирского сиденья.
— Эй, Чэнь? — удивлённо позвал он.
Тот отвёл взгляд и коротко кивнул:
— Уже знаю.
Цзян Сюнь перевёл взгляд с одного на другого, чувствуя, что между ними что-то не так, но не мог понять, что именно.
Не успел он как следует обдумать это, как Чэнь Чжи Янь завёл двигатель.
Рёв мотора заглушил неровное биение сердец.
Автомобиль выехал из гаража, и яркий солнечный свет хлынул сквозь стёкла. Цзян Лянь словно очнулась ото сна.
Слепящий свет резал глаза, и она невольно зажмурилась.
А в ушах всё ещё звенели те самые слова, что он шепнул ей на прощание: «Маленькая лгунья» — словно крючок, вырвавший из неё душу.
Город уже зажигал огни, на улице становилось всё холоднее. На университетском стадионе остались лишь самые упорные бегуны. Те, кто обычно гулял здесь вечерами, давно разошлись по домам.
В такую стужу на стадион выходили разве что влюблённые парочки.
И сегодня как раз Цзян Лянь с Лю Жу решили стать этими самыми «глупышками».
Закутавшись в одинаковые пуховики до пят, они медленно шагали по беговой дорожке круг за кругом.
Холод их не мучил, но необычная молчаливость Цзян Лянь тревожила Лю Жу.
Она показала простой жест на языке жестов:
[Ты чем-то расстроена?]
Ещё два дня назад Лю Жу заметила, что подруга не в себе. Та то и дело задумчиво смотрела в телефон, а когда с ней разговаривали, отвечала рассеянно — явно что-то тревожило её.
— Нет, — Цзян Лянь крепко сжала губы, в её глазах мелькнула растерянность.
Лю Жу не стала настаивать и просто шла рядом, делая круг за кругом.
Рядом резвилась парочка: девушка пыталась запрыгнуть на спину парню, а тот нарочно уворачивался в последний момент, выводя её из себя. В ответ на её обиженные возгласы он вдруг подхватил её на руки и крепко прижал к себе.
В воздухе витал сладковатый запах влюблённости…
Цзян Лянь проводила взглядом удаляющуюся парочку и вдруг остановилась. Потянув Лю Жу за рукав, она увела её в тенистый уголок стадиона.
Лю Жу молча ждала, когда подруга заговорит.
Цзян Лянь надула щёки, явно смущаясь, и наконец тихо спросила:
— Слушай, Жу… у тебя… есть кто-то, кого ты любишь?
Лю Жу на мгновение замерла, а потом её щёки залились румянцем. Даже жесты стали менее уверенными.
[Почему ты спрашиваешь?]
Цзян Лянь широко распахнула глаза, и в её взгляде застыдилась девичья робость:
— Я влюбилась.
В её глазах, освещённых ночным светом, мерцали искры — отражение первой, трепетной влюблённости.
Как только слова сорвались с губ, Цзян Лянь почувствовала облегчение, будто с плеч свалился тяжёлый камень.
Хранить секрет в одиночку было слишком тяжело — ей нужен был тот, кому можно довериться.
Лю Жу была идеальным слушателем: её спокойный и внимательный взгляд пробуждал желание говорить.
Но этот «секрет» так долго копился в душе Цзян Лянь, что она не знала, с чего начать.
— Пойдём выпьем!
*
*
*
Через полчаса Цзян Лянь и Лю Жу уже сидели в баре «Ночной Цвет» — том самом, где их поймал Чэнь Чжи Янь.
Она ведь и не собиралась быть послушной девочкой.
Чтобы избежать назойливого внимания, подруги не пошли на танцпол, а устроились в укромной кабинке.
Ароматный текила с крупинками соли и каплей лимонного сока — кисло-сладкий, с богатой вкусовой палитрой — будоражил воображение и сознание.
Под действием алкоголя, в мерцающем свете бара, желания начинали выходить из-под контроля.
— Он гладит меня по голове, даёт надеть свою рубашку и пиджак, берёт за запястье, чистит мне креветки, водит гулять, покупает сладости…
Глаза девушки, похожие на кошачьи, были полуприкрыты, она погрузилась в воспоминания.
— Разве это не значит, что… он хоть немного меня любит?
Обычно уверенная в себе и яркая, сейчас она выглядела неуверенно, почти робко, ища подтверждения у подруги.
Лю Жу знала Цзян Лянь больше двух лет, но никогда ещё не видела её такой неуверенной. Сердце её сжалось.
Неужели все влюблённые становятся такими робкими?
Она сделала глоток коктейля — лёд, кислинка и скрытая горечь ударили в нёбо.
Спустя полминуты она напечатала:
[Ты красива, мила, уверена в себе и смела. Невозможно не любить тебя.]
— Правда? — глаза Цзян Лянь на миг вспыхнули надеждой.
Лю Жу улыбнулась и кивнула.
Но уже через мгновение Цзян Лянь снова опустила голову на стол, её прекрасные черты омрачила тоска.
Тот самый тяжёлый камень так и не исчез — он по-прежнему давил ей на грудь.
— Но ведь он… бывший жених моей младшей тёти… — прошептала она, будто сама себе.
Лю Жу не расслышала и наклонилась ближе:
[Кто он?]
Цзян Лянь сделала ещё глоток. Резкий вкус алкоголя и лимона немного прояснил сознание, и она сдержала слова, готовые сорваться с языка.
— Он друг моего младшего дяди… Наверное, у нас ничего не выйдет, — сказала она.
Лю Жу не знала Цзян Сюня и не понимала её сомнений, поэтому осторожно предположила:
[Разве вы сильно отличаетесь по возрасту?]
Цзян Лянь кивнула:
— Почти на десять лет.
Лю Жу замолчала, задумчиво глядя в стакан.
Цзян Лянь вдруг вспомнила, как Цинь И с друзьями болтали, что жена Янь Сыцзюя моложе его на десяток лет.
Её глаза снова засияли. Она потянула подругу за руку и, слегка покачиваясь, ласково попросила:
— Жу… а у тебя нет какого-нибудь секретика, которым ты бы поделилась со мной?
С тех пор как она увидела в баре поцелуй Янь Сыцзюя и Лю Жу, ей не давал покоя этот вопрос.
По её характеру, она бы тут же написала в WeChat, но Чэнь Чжи Янь тогда сказал, что у каждого есть свои маленькие тайны — и она сдержалась.
Но теперь она сама раскрыла свой секрет.
В её глазах, мерцающих в полумраке бара, читалось нетерпеливое ожидание.
Лю Жу была умницей. Даже если бы Цзян Лянь не заговорила, она всё равно искала бы повод рассказать.
В ту ночь она тоже видела, как Цзян Лянь уходила с мужчиной.
«Твой друг — не простой человек», — насмешливо прозвучало в памяти голос Янь Сыцзюя.
Лю Жу подобрала слова:
[Я всё не говорила тебе… но я уже замужем.]
Цзян Лянь уже знала об этом, поэтому не удивилась, но вспомнила тот страстный поцелуй и почувствовала, как щёки залились румянцем.
[Наш брак был устроен старшими. Он не очень хотел на мне жениться…]
На лице Лю Жу, обычно спокойном и нежном, появилась грусть.
Перед смертью мать вручила ей семейную реликвию и передала под опеку семьи Янь. У неё не было выбора, но у Янь Сыцзюя он был.
Единственный сын влиятельного рода, рождённый на вершине социальной пирамиды, вряд ли согласился бы на такие оковы. Даже если бы она не была немой, он всё равно не обратил бы на неё внимания.
Три года, прожитые в доме Янь, убедили её в этом: он демонстративно игнорировал её. Женщин, которых Лю Жу видела рядом с ним — явно или тайно, — было больше, чем пальцев на руках.
Она уже решила после окончания университета поговорить с бабушкой Янь и расторгнуть этот вынужденный союз.
Но в день своего двадцатилетия Янь Сыцзюй неожиданно подал заявление в ЗАГС.
Цзян Лянь была ошеломлена.
Она сразу вспомнила историю своей тёти и Чэнь Чжи Яня… Неужели то же самое?
Голова пошла кругом, и она прошептала:
— Он не хотел? Но в ту ночь вы же…
Лю Жу поняла, о чём речь. Воспоминания о том жарком, почти наказующем поцелуе, о дрожи, охватившей всё тело…
Она быстро зажала Цзян Лянь рот ладонью, не давая себе погрузиться в опасные мысли.
[Это был случай… он был пьян…]
Лю Жу редко смущалась так сильно, её щёки пылали.
Она и сама не ожидала, что Янь Сыцзюй вдруг поцелует её…
Цзян Лянь опустошила бокал, и острый вкус алкоголя с лаймом пронзил всё тело. Она глубоко выдохнула и спросила:
— Забудь про него. А ты сама? Ты хотела этого замужества?
Её глаза вспыхнули в полумраке.
— Ты его любишь?
В Цзян Лянь было что-то особенное — она словно излучала свет, и рядом с ней невозможно было не чувствовать себя сильнее.
Под её взглядом Лю Жу, хоть и краснела всё сильнее, в конце концов еле заметно кивнула.
Цзян Лянь увидела в её лице своё отражение — ту же неразделённую, стыдливую любовь.
Помолчав немного, будто приняв решение, Цзян Лянь подняла брови, и её лицо озарила решимость:
— Если ты его любишь — этого достаточно.
Лю Жу замерла на несколько секунд, потом тихонько сжала её руку и кивнула.
Цзян Лянь стала рассуждать вслух:
— К тому же… может, он и не так уж не хочет? Если бы совсем не хотел — не женился бы. А он ведь добр к тебе?
Лю Жу промолчала. Янь Сыцзюй действительно был добр — дарил подарки, исполнял желания… но относился к ней как к младшей сестре.
[Он добр ко мне… как к младшей сестре.]
Свет в глазах Цзян Лянь померк:
— Это из-за разницы в возрасте?
Лю Жу не знала. Возможно. Янь Сыцзюй часто говорил ей: «Маленькая немота, ты ещё слишком молода, чтобы понимать».
Цзян Лянь опустила плечи. Чэнь Чжи Янь ведь тоже считает её ребёнком.
— Ладно, эти старперы… фу! — раздражённо выпила она остатки коктейля, позволяя алкоголю затуманить разум.
На сцене сменилась музыка — зажигательный ритм поднял настроение.
Цзян Лянь с удовольствием прищурилась, начала покачиваться в такт, постукивая пальцами, её чёрные волосы развевались, а яркие губы запели:
— Не приходи, если не любишь меня,
Не унижай мою красоту.
Но если ты влюблён — скажи мне прямо…
В этот момент она была неотразима.
Проходящие мимо мужчины часто оборачивались.
Лю Жу, увлечённая подругой, тоже начала покачиваться в ритме.
— Я признаю, что влюблена в него,
Но гордость не даёт мне сдаться.
Сакадика, скажи, что любишь меня,
Савадика, скажи, что любишь меня,
Прошу тебя, небеса, позволь мне любить его…
Две ослепительные девушки в своём уголке беззаботно наслаждались молодостью и свободой.
*
*
*
На втором этаже, в приватной ложе, Чжоу Ли стоял у одностороннего стекла и пристально следил за одной из кабинок внизу. Он говорил по телефону, усмехаясь:
— Точно не приедешь?
В трубке на мгновение воцарилась тишина, затем мужской голос, сдержанно, но твёрдо произнёс:
— Присмотри за ней. Как-нибудь зайду выпить.
Чжоу Ли рассмеялся:
— Ладно, договорились. Потом ещё поболтаем, назначим день.
Закончив разговор, он посмотрел вниз и тихо цокнул языком.
Неужели всерьёз увлёкся?
«Присмотри за ней»… Да он же прямо сказал — она его.
Чжоу Ли тут же отдал распоряжение:
— Проследите, чтобы с нашими девочками всё было в порядке.
*
*
*
Выпив два бокала, Цзян Лянь начала чувствовать лёгкое головокружение и жар. Она уже собиралась затащить Лю Жу на танцпол, как вдруг телефон завибрировал.
http://bllate.org/book/6961/659052
Готово:
