Ранее Чжэнь Ди никогда не позволял себе распускать волосы перед кем-либо. Даже в те редкие моменты, когда они с братьями вместе принимали омовение, он неизменно собирал их в высокий пучок, аккуратно закрепляя лентой или украшенным гребнем, не позволяя ни одному локону свободно упасть на плечи. Однако сегодня он сделал исключение.
Только теперь Циньцзян понял, почему Чжэнь Ди всегда придерживался этого правила. Его волосы не были идеально гладкими, как у большинства людей из Центральных земель, а едва заметно завивались.
— Я и Чжэнь Чжэн — единокровные братья, но моя мать была уроженкой Чжунъюаня, — словно почувствовав его взгляд, Чжэнь Ди смущённо опустил голову, давая объяснение. Тяжелые волны волос водопадом упали на лицо.
— Понял, — коротко ответил Циньцзян, чуть прикрыв глаза. — Ночь прохладна, давай войдём.
Он осознавал, что подобные слова Чжэнь Ди могли бы вызвать немало кривотолков, но это не имело значения. Они не были в стенах секты, а сам Чжэнь Ди всегда тщательно хранил этот секрет, не давая никому повода для подозрений. Его осторожность внушала уверенность, что он никогда не позволит утечки подобной информации.
— Да, — спокойно отозвался Чжэнь Ди и, слегка кивнув, последовал за ним вглубь дома.
Закрыв за собой дверь, он на мгновение замер, собираясь с мыслями, а затем повернул засов.
Циньцзян тем временем прошёл к низкому ложу, опустился на мягкие подушки и лениво прищурился, в ожидании. Он не сомневался, что ответ будет очевиден. Разве могло быть иначе, если Чжэнь Ди встретил его в одной лишь лёгкой, домашней одежде, распахнутой на смуглой груди, с распущенными волосами? Если даже запер дверь за ними?
Чжэнь Ди, напротив, ощущал, как в груди медленно поднимается тягучая волна напряжения. Он знал, чего ждут от него, но мысли всё равно метались. Собравшись с духом, он опустил взгляд и осторожно подошёл ближе.
В свете ламп его силуэт казался ещё тоньше, а влажный аромат омовения смешивался с теплом кожи. Обычно его лицо оставалось безмятежным, но сейчас на щеках проступал слабый румянец, выдавая едва заметное волнение.
«Красивый, ничего не скажешь… но всё же не сравнится с моим маленьким котенком».
— Чжэнь Ди, помоги мне раздеться, — негромко, но твёрдо произнёс Циньцзян.
Сглотнув, Чжэнь Ди слегка сжал пальцы, затем глубоко вдохнул, стараясь привести мысли в порядок.
Бесполезное занятие.
— Хорошо… — Едва слышно ответив, он протянул руки к его поясу.
Циньцзян, привыкший к тому, что о нём заботятся, не видел в этом ничего необычного и лишь кивнул, позволяя себя обслужить. Сегодня он нарочно выбрал самый простой наряд: лёгкое нижнее одеяние, подвязанное поясом, и больше ничего. Всё это можно было снять в считанные секунды.
Чжэнь Ди, скользнув пальцами по мягкой ткани, невольно замер. Впервые он видел его в такой одежде — без тяжёлых, громоздких одеяний, без многослойных доспехов символов власти. Всегда строгий, внушающий почтение, сейчас Циньцзян выглядел удивительно… доступным.
Обычно раздевание такого человека могло занять четверть часа, но теперь всё уложилось в несколько коротких мгновений.
«Неужели он сделал это ради меня?»
Мысль пронзила его, оставляя после себя едва ощутимый сладкий, томительный привкус.
Незнакомое ощущение.
— Ты… останешься на ночь? — прежде чем он успел осознать, слова сами сорвались с губ.
Лёгкий румянец проскользнул по лицу. Зачем он спросил это? Разве он и правда был одной из тех женщин, что с замиранием сердца ждут, когда их выберут?
— Мэнъюй только оправился после ранений, он нуждается во мне, — голос Циньцзяна прозвучал ровно и спокойно, не оставляя места для разочарования.
Однако Циньцзян не озвучил вслух свои истинные мысли. Если он не вернётся этой ночью, его котёнок точно взбесится и тогда проблем не оберешься. Разве Мэнъюй не затаит обиду? А если он разозлится по-настоящему, тогда уж берегись — с таким котёнком лучше не шутить!
Тем не менее, слова Чжэнь Ди на мгновение озадачили его. Звучало это странно... Даже слишком. В этих словах слышался оттенок той самой неизбежной покорности, какой бывают наполнены девы, задушенные стенами дворцов. Чем это отличалось от томительных ожиданий наложниц во дворце императора? Нет, ну вот честное слово… Этот Мэнъюй совершенно его развратил! Как вообще всё дошло до такого?! Ночь только началась, а он уже сталкивается с одной неожиданностью за другой.
Чжэнь Ди застыл, будто окаменел. Его пальцы замерли, так и не закончив развязывать пояс Циньцзяна.
— В чём дело? Неужели ты настолько мелочен, что даже Мэнъюя терпеть не можешь? — небрежно бросил Циньцзян, наблюдая за его застывшим лицом.
В глубине души он отметил, что его замысел действительно хорош. По реакции Чжэнь Ди было ясно: у него есть свои намерения. Он не хочет делить Циньцзяна с кем-то ещё. А это значит, что его можно использовать. Вдохнуть в него правильные мысли, пустить в нужное русло… Да, очень даже неплохая перспектива.
— Нет. Мэнъюй — правая рука да-гэ, его важнейшая защита. Он достоин уважения.
Чжэнь Ди тут же собрался, взял себя в руки и спокойно ответил. Его пальцы вновь пришли в движение, продолжая начатое.
Циньцзян не торопил его. Он знал, что его собственная аура давит на Чжэнь Ди, полностью захватывая пространство вокруг. Тот оказался загнан в ловушку, опутан до самой глубины души. Сейчас он даже не осознаёт, что только что прозвучавшие слова о том, что Мэнъюй нуждается в нем — полнейшая бессмыслица.
Если бы разум Чжэнь Ди не был затуманен, он бы понял, что в этом есть подвох. Ведь разве нуждается в чьей-либо поддержке тот, кто способен выпустить силу, способную сокрушить горы? Та невероятная мощь, что исходила от Мэнъюя той ночью, вряд ли принадлежала этому миру.
Но в этот момент Чжэнь Ди был полностью погружён в ощущение чужого доминирования. Всё его тело, каждый нерв, даже кровь в жилах казались подчинёнными одному властному присутствию. Он не в состоянии был думать.
— Почему ты всё ещё называешь меня старшим братом? — голос Циньцзяна зазвучал с лёгкой насмешкой, а его рука легла на плечо Чжэнь Ди.
Разрядить атмосферу было необходимо. Циньцзян не терпел неловкости и стеснённости. Особенно сейчас, когда ему это было не нужно.
Он и сам не заметил, как его испорченный котёнок заразил его этим… ожиданием. Что теперь, раз уж всё зашло так далеко, стоит ли менять обращение?
— Н-не стоит нарушать установленные правила… — Чжэнь Ди запнулся.
Он и сам не ожидал, что его голос дрогнет. Вместо того чтобы расслабить его, этот невинный вопрос только сильнее вогнал Чжэн Ди в напряжение.
Он понимал: ему хотелось бы, чтобы между ними появилось иное обращение, не связанное с братством или статусом. Но он также осознавал, что этого нельзя допустить. Их связи нет места под солнечным светом. Она должна оставаться скрытой в ночи.
И если он сейчас изменит всего одно слово, если позволит себе привыкнуть к этому новому обращению, что будет дальше?
Чем глубже он заходит, тем больше рискует.
— Не ломай голову над такими мелочами, — с притворной мягкостью сказал Циньцзян. Его голос был расслабленным, но в глазах вспыхнула насмешка.
Чжэнь Ди чувствовал, что ещё немного — и он сорвётся.
— Ну же, будь хорошим мальчиком… Назови меня просто Цзян, — произнёс Циньцзян, скользнув длинными, нежными пальцами по подбородку Чжэнь Ди и внезапно взяв его в тиски.
Он прекрасно понимал, что делает. Чжэнь Ди слишком напряжён, слишком зажат. Если так и продолжится, дальше будет просто скучно, а Циньцзян терпеть не мог скуку в постели.
— Я… — слова застряли в горле.
Циньцзян наклонился чуть ближе.
— Ну? Скажешь или нет?
— Нет!
Чжэнь Ди резко отступил назад, будто его окатили кипятком.
Как только пальцы Циньцзяна скользнули за ворот его одежды, он мгновенно очнулся от охватившего его оцепенения.
— Ты уверен? — в голосе Циньцзяна колокольчиком зазвенел холодный смех.
Отступивший Чжэнь Ди походил на испуганного зверька, который сам же до смерти боялся того, чего так безумно жаждал.
Эта реакция сказала Циньцзяну куда больше, чем любые слова. Он ожидал, что Чжэнь Ди, возможно, не так уж невинен. Что у него уже был подобный опыт. Но глядя на то, как тот шарахается от него, Циньцзян понял: нет, это совсем другой случай.
Что ж… Значит, у него появилась неожиданная, но весьма приятная находка. Если это действительно так, сегодня ночью все-таки будет интересно.
— Абсолютно уверен, — Чжэнь Ди напряжённо выдохнул.
Он прекрасно осознавал, что только что выдал себя. Красноречивее некуда.
— Как знаешь, — Циньцзян бросил мимолетный взгляд на лунный свет за окном.
Пора заканчивать с этим фарсом. У него ещё полно дел.
Когда Циньцзян кивнул, соглашаясь, Чжэн Ди, наконец смог немного расслабиться. Где-то в глубине души он понимал, что если бы ему действительно пришлось назвать Циньцзяна так, как тот хотел… Он бы просто не выдержал и сгорел, как мотылек в пламени.
http://bllate.org/book/12503/1112985
