Эта тема казалась простой, она говорила о том, что у всего есть свои закономерности, и если их найти, то можно добиться успеха. Это была типичная философская мысль из «Мэн-цзы». Взяв за тему «Высоту небес», можно было рассмотреть сложность всех вещей или углубиться в суть «закономерностей всего сущего». Первый подход был более безопасным, второй был слишком обширным, и было легко отклониться от темы или даже ошибиться.
Однако… на этот раз он обязательно должен войти в тройку лучших!
Тан Шэнь, собравшись с духом, взял кисть и написал:
«Чтобы постичь величие творения, нужно понять тонкости этики. Все восемь триграмм — это пределы, всё сущее рождается из одного…»
Потратив целый час на написание сочинения, Тан Шэнь проверил его на ошибки и аккуратно переписал на экзаменационный лист. Затем он открыл задание по стихам.
Ежемесячные экзамены в Академии сынов государства состояли из двух заданий: восьмичленные сочинения и стихотворения.
Темой стихотворения на этот раз было «Яркость звёзд». Эта фраза была взята из стихотворения поэта предыдущей династии, который писал о звёздах, наблюдаемых с горы.
Восхождение на гору, наблюдение за звёздами…
Тан Шэнь задумался. Спустя полчаса он написал на черновике первую строку:
«Ветер поднимает горные хлопья, тени входят в следы звёзд и луны».
Эта строка была инверсией, она говорила о том, что ветер поднимает листья на горных склонах, а тени звёзд и луны исчезают в отражении гор. Однако, написав это, Тан Шэнь молча смотрел на строку, не произнося ни слова.
В Академии сынов государства учились пятьсот шестьдесят один студент, двое из которых были старше сорока, а семьдесят шесть — старше тридцати. Эти люди, сдав множество экзаменов, мастерски писали восьмичленные сочинения. В Академии сынов государства было два известных человека: один — Лю Фан, тридцати двух лет, его восьмичленные сочинения были признаны ректором Линем лучшими среди студентов; другой — друг Тан Шэня Мэй Шэнцзэ, чьи стихи были вершиной мастерства, полными яркого таланта.
Эти двое почти наверняка займут первые два места на экзамене, оставляя только одно место для остальных.
Академия сынов государства был местом, где собирались лучшие умы империи Сун, и если Ван Чжэнь намекнул ему, что вхождение в тройку лучших принесёт пользу, то это должна быть огромная польза. Ведь это было то, о чём даже Ван Чжэнь посчитал достойным специально предупредить Тан Шэня.
Тан Шэнь молча смотрел на свои стихи, вздохнул и подумал:
«Прости меня, великий поэт Цинлянь*, но я вынужден поступить так…»
П.п: * Цинлянь (青莲) — это литературный псевдоним знаменитого китайского поэта Ли Бо (李白), одного из величайших мастеров поэзии эпохи Тан (618–907 гг.). Псевдоним Цинлянь (青莲) означает «Синий лотос» и символизирует чистоту, духовность и возвышенность, что отражает характер творчества Ли Бо.
Затем он взял кисть и написал стихотворение.
Экзамен закончился, преподаватели собрали работы студентов.
Экзамены в Академии сынов государства не были государственными, поэтому работы не были анонимными. На этот раз даже ректор Линь придавал большое значение экзамену, он лично пришёл в зал для проверки и сказал:
— Найдите работы Лю Фана и Мэй Шэнцзэ, я хочу их посмотреть.
Преподаватели быстро нашли их работы.
Ректор Линь сначала посмотрел работу Лю Фана, его глаза загорелись, и он сказал:
— Отлично! Хотя постичь творение сложно, есть простые методы, чтобы увидеть, что не нужно копать слишком глубоко. Сочинение написано великолепно, но стихотворение, хотя и аккуратно, лишено вдохновения.
Затем он взял работу Мэй Шэнцзэ.
Изучив её, ректор Линь заявил:
— Он взял за тему сложность всего сущего, это хитро, но не оригинально. Однако структура сочинения строгая, аргументы убедительные, это хорошая работа. А это стихотворение… великолепно! Какая строка: «Звёзды льются, горная луна светит»! Таким образом, среди трёх лучших на этом экзамене Лю Фан будет первым, а Мэй Шэнцзэ — вторым.
Ректор Линь торжественно объявил:
— Коллеги, должен сказать, что после визита императора в зал Биюн, его величество лично проверит знания троих лучших.
В зале поднялся шум.
Ректор Линь сказал:
— Я узнал об этом только сегодня днём от евнуха Цзи. Поэтому, уважаемые коллеги, проверка работ на этом экзамене должна быть предельно строгой и тщательной. Ни одна ошибка недопустима. Иначе... — смерив всех строгим взглядом, он холодно фыркнул и продолжил: — Иначе последуют суровые наказания! В лучшем случае — штрафы и сокращение жалования, в худшем — увольнение с поста!
Он только он закончил говорить, как из центра зала, где проверяли работы, раздался удивлённый возглас.
Ректор Линь посмотрел в ту сторону:
— Что за шум?
Один из преподавателей с бородой, держа в руках экзаменационную работу, широко раскрыл глаза, даже не заметив, что сам издал звук. Услышав вопрос ректора, он поспешил извиниться:
— Прошу прощения, ваше превосходительство, я увидел превосходное восьмичленные сочинение и настолько увлёкся, что не услышал ваших слов. Однако, когда я перевернул страницу и увидел стихотворение этого студента, я не смог сдержать восторга.
Ректор Линь подошёл:
— Какое восьмичленные сочинение? Какое стихотворение?
Он взял работу и начал читать:
— Чтобы постичь величие творения, нужно понять тонкости этики. Все восемь триграмм — это пределы, всё сущее рождается из одного... — внимательно прочитав сочинение, ректор Линь сказал: — Это прекрасная работа! Я думал, что в Академии сынов государства только Лю Фан осмелится пойти против течения, взяв за тему «закономерности сохранения неба и земли» и аргументировав это. Не ожидал, что в Академии сынов государства найдётся ещё кто-то, способный написать такую работу. О, это работа Тан Шэня?
Преподаватель ответил:
— Да, это работа Тан Шэня из Гусу.
В зале многие преподаватели выразили понимание.
— Так это ученик господина Фу, неудивительно, что он смог написать такую работу. Действительно талантлив.
То, что Тан Шэнь был учеником Фу Вэя, не было секретом в Академии сынов государства. Но ректор Линь знал ещё кое-что: рекомендательное письмо, с которым Тан Шэнь поступил в Академия сынов государства, написал не Фу Вэй, а Ван Чжэнь! Ван Чжэнь лично привёл Тан Шэня в Академию сынов государства, что говорило о том, что Ван Цзыфэн очень ценит своего младшего брата.
Ректор Линь стал серьёзнее. Он перевернул страницу работы. Он уже думал, что раз это младший брат Ван Чжэня и ученик Фу Сижу, а восьмичленное сочинение написано действительно хорошо, то даже если стихотворение Тан Шэня будет средним, но не ужасным, он отдаст ему третье место на экзамене, сделав одолжение Ван Чжэню и Фу Сижу.
Однако, как только он увидел стихотворение, глаза ректора Линя расширились, его лицо покраснело, и он долго не мог произнести ни слова.
Спустя время он трижды воскликнул:
— Браво! Браво! Браво! Все, посмотрите на это великолепное стихотворение!
Преподаватели, заинтригованные, сразу же взяли работу и начали читать. Хотя они были чиновниками, они также были учёными. Короткое стихотворение из четырёх строк вдохновило их, наполнив энергией.
На горной вершине ночую в покинутом храме.
К мерцающим звездам могу прикоснуться рукой.
Боюсь разговаривать громко: Земными словами
Я жителей неба не смею тревожить покой…*
П.п: *стихотворение Ли Бо «Ночлег в горном храме». Перевод А.И. Гитовича.
http://bllate.org/book/13194/1176597
