Когда они спешно возвращались в лагерь, движение лошади вызвало у Ю Лина… лёгкий… дискомфорт. Когда он в очередной раз заёрзал в седле, Ли Чжао мрачно взглянул на него сверху вниз. Мягкие ягодицы продолжали тереться о его пах; генерал наклонился и хрипло сказал Ю Лину на ухо: «Если ты не будешь сидеть смирно и не перестанешь извиваться, я трахну тебя прямо на этой лошади».
После таких слов лицо Ю Лина мгновенно вспыхнуло. Он был не в силах скрыть смущение и спрятать загоревшиеся глаза, поэтому постарался перестать двигаться, несмотря на дискомфорт.
Долгие часы пути тянулись бесконечно, прежде чем они наконец вернулись в лагерь. При виде своего генерала многие солдаты не сдержали радостных возгласов. Тут же подоспел Цянь Ду — уж кто-кто, а он точно выдохнул с облегчением. В конце концов, именно ему пришлось взять на себя всю генеральскую работу последние несколько дней. Также он вынужден был иметь дело с невыносимыми куртизанками, отбиваясь от вопросов о том, где их брат Ю Лин, и утешать плачущего ребёнка (А Ли). Всё это доставляло немало хлопот, не говоря уже о солдатах, которые каждый божий день спрашивали, когда же вернётся их генерал!
Генерал спешился и, не обращая внимания на собравшихся вокруг людей, понёс Ю Лина на руках в свою палатку. Все, кто наблюдал эту сцену, остолбенели от изумления и в безмолвии смотрели, как генерал нежно обнимает смущённого Ю Лина. Видя изумление в глазах солдат, Цянь Ду ухмыльнулся. «Ха, любители!»
Прежде чем скрыться в палатке вместе с хранившим молчание Ю Лином, Ли Чжао сказал своим воинам: «Хорошо отдохните сегодня вечером. Ешьте. Пейте. Завтра мы выступаем».
Солдаты погрузились в молчание. Завтра они начинают марш… Это было раньше, чем планировалось. Момент показался особенно значительным; солдаты поспешили передать сообщение генерала и приступили к подготовке продуктов и алкоголя. То, что они не съедят и не выпьют сегодня вечером, будет выброшено.
Тем временем куртизанки тоже получили известие о возвращении Ю Лина, но как раз в тот момент, когда Мэй собралась побежать к нему, Фэй удержала её.
— Разве ты не хочешь увидеть Ю Лина-геге?
— Хочу… мы все хотим, но он сейчас с генералом. Мы не должны отбирать у них время.
Лань закончила заплетать волосы, встала и сказала:
— Кроме того, еда, напитки… Эта ночь наша, крошки, и мы должны блистать. Нам нужно заставить всех забыть о войне на сегодня.
Сестры переглянулись и кивнули, накинули изысканные одежды и отправились развлекать солдат.
Тем временем в генеральской палатке Ю Лин и Ли Чжао сидели за небольшим столом напротив друг друга, наслаждаясь усовершенствованными сёстрами блюдами солдатской кухни и запивая их густым рисовым вином.
— Аааа, какое прекрасное вино! Генерал, какая у него выдержка?!
— Три… три года.
Оба уже были слегка пьяны.
— Генерал, ах… вы… вы определённо пьянее меня.
— А вот и нет.
— Как же! Ахаха, видел бы ты, как порозовело твоё лицо!
Ю Лин набрал полную чашу вина и сделал большой глоток; часть жидкости пролилась мимо губ, стекая по щеке и шее. Ли Чжао смотрел на это горящими глазами, пытаясь сдерживаться. Ю Лин, причмокнув, оторвал губы от чаши и вздохнул.
— Генерал, ах, генерал. Вы должны пообещать, что не умрёте, ладно?
— Мм.
— Если ты умрёшь, то больше трети моей души умрёт вместе с тобой.
— …Мм.
Ю Лин улыбнулся, протянул руку через стол и погладил Ли Чжао по щеке.
— Хорошо.
Ли Чжао на секунду прикусил губу, прежде чем сказать:
— Ты тоже.
— Хм?
— Не умирай, — сказал Ли Чжао, прижимаясь лицом к ладони Ю Лина.
Обоих едва не лихорадило.
— Ахаха, генерал всё же важнее меня.
— Если ты умрёшь… ты разорвёшь на части всё моё сердце…
Ю Лин наклонил голову и мило улыбнулся:
— Какая на мне тяжёлая ноша…
Ли Чжао повернул голову и поцеловал ладонь Ю Лина:
— Обещай мне.
Ю Лин улыбнулся. Ли Чжао остался недоволен таким ответом, поэтому он разомкнул губы и прикусил палец Ю Лина.
— Ай, генерал, ты… ой… ой, АЙ-АЙ-АЙ! Генерал!
Ли Чжао прикусил палец Ю Лина почти до крови.
— Ахаха! Ты такой несговорчивый! Хорошо-хорошо, я обещаю!
Только после этого Ли Чжао отпустил палец Ю Лина, однако продолжил прижиматься лицом к его ладони. Ю Лин посмотрел на покорность генерала, и лукавая улыбка скользнула по его лицу. Он отнял руку и встал. Ю Лин подошёл к кровати, запрыгнул на неё и опустил окружающий её балдахин. Минуту спустя его одежда, выброшенная через занавес, с лёгким стуком упала на пол.
Ли Чжао в мгновение ока подскочил, схватил кувшин с оставшимся вином и забрался на кровать. Там было темно, и он едва мог разглядеть очертания. Ли Чжао сделал большой глоток вина и отбросил кувшин за пределы кровати.
Бах!
Стражники, проходившие мимо палатки генерала, остановились.
— Ты это слышал?
— Нет, пошли уже, куртизанки выступают, даже сестра Мэй поёт!
— Ладно, ладно. Пойдём.
В это время в палатке Ли Чжао прижался губами к губам Ю Лина. Он раздвинул губы возлюбленного языком, позволяя вину из своего рта потечь струйкой в рот Ю Лина. Тот проглотил всё до последней капли, лаская язык Ли Чжао своим, в то время как их руки исследовали тела друг друга. Часть вина, смешавшись со слюной, стекала по груди Ю Лина, и Ли Чжао, проследовав по этому пути, наткнулся на два розовых бугорка, выступающих на его груди. Он коснулся одного из них кончиком пальца и провёл по нему круговыми движениями. Почувствовав, что бугорок стал твёрже, он прикоснулся к нему губами и медленно обвёл языком.
Ю Лин неудержимо дрожал и задыхался от наслаждения, его возбуждение росло. Ли Чжао провёл рукой по его талии, через грудь и под мышками, а после свел их вместе над головой — в результате последний снова оказался связан магическими узами.
Тяжело дыша, Ю Лин сказал:
— Генерал… вам… вам действительно нравится связывать меня, не так ли?
Ли Чжао ответил лёгким прикосновением к его члену. Парню пришлось сильно прикусить губу, чтобы не издать ни звука. Ли Чжао поднял взгляд и проворчал:
— Я хочу слышать твои стоны.
А затем он погладил жезл Ю Лина, успешно вызвав желанные звуки. Ли Чжао потёр пальцами головку, затем двинулся всё ниже и ниже, мимо дрожащего основания, к потайному отверстию сзади; оно было уже достаточно влажным.
— Ты здесь очень мокрый… Видимо, не так уж сильно ты ненавидишь быть связанным.
Ли Чжао ухмыльнулся, проникая длинным пальцем в «хризантему» Ю Лина, ощущая, как сжимаются тугые, горячие, влажные стенки. Затем внезапно Ю Лина перевернули: его голова легла на руки, а Ли Чжао приподнял его бёдра.
— Ты…!
Ю Лин безудержно застонал, когда нечто большее, гораздо толще пальца Ли Чжао, вошло в него сзади. Ли Чжао прижался к Ю Лину, погрузившись в него на всю длину.
— Ах!
— …Расслабься! — Ли Чжао тяжело дышал.
Ю Лин тяжело дышал, пока его внутренности приспосабливались к возбуждённому органу, скрытому внутри него. Он заставил свои мышцы расслабиться. Ли Чжао был на грани помрачения сознания; Ю Лин напрягался, сжимал его, прежде чем на мгновение расслабиться, а затем снова напрягся. Такая стимуляция была слишком сильной для Ли Чжао; он вбивался в тело Ю Лина как сумасшедший. Ритм его толчков был непоследовательным, иногда быстрым, иногда убийственно медленным. Ли Чжао обнял Ю Лина сзади, поднял руку, чтобы погладить его лицо и коснуться губ. Рот Ю Лина открылся со стоном, когда Ли Чжао вошёл в него и начал двигаться, раз за разом затрагивая то самое приятное местечко внутри. Ли Чжао засунул палец в рот Ю Лина, играя с его горячим язычком.
Ю Лин был на пике наслаждения, его глаза сияли; он безостановочно кончал на простыни, в то время как генерал брал его во многих позах и разными способами, всегда изливая своё семя внутрь, словно отчаянно пытаясь оставить в Ю Лине частичку себя. Раз за разом они задыхались и сплетались телами всю ночь напролёт, не останавливаясь, как будто это был их последний шанс соединиться как одно целое.
***
Хуан Гу торжественно кивнула:
— Если найдётся тот, кто сможет запустить фейерверк, указав местоположение короля демонов, это, без сомнения, даст вам, людям, больше шансов на победу. Но этот человек неизбежно будет убит. Вы должны выбирать тщательно; этот шпион должен быть способен пройти мимо охраны и приблизиться к королю, не вызывая подозрений. Но вы должны понимать, что этот человек отправится на верную смерть.
Ю Лин сжал кулак. Ему это действительно не нравилось. Чтобы получить шанс на победу, они должны выбрать кого-то, кто добровольно пойдёт на смерть за них. Ли Чжао стиснул челюсти, когда в его голове сформировалась отчаянная идея. Она определённо многим не понравится.
— Мы поговорим об этом в лагере… со всеми остальными, — сказал он, прежде чем подойти к Ю Лину, поднять его и осторожно усадить в седло, а затем забраться на лошадь и сесть позади. Две руки обхватили Ю Лина, держа поводья.
Ю Лин посмотрел на свою тётю, сестру своей матери.
— До скорой встречи, тётушка.
Ли Чжао пришпорил лошадь, и они ускакали.
— Когда он называет меня тётушкой, я чувствую себя старой…… До скорой встречи…
http://bllate.org/book/13311/1183878
