Глава 22. «В таком случае, возможно, нам нужно пожениться»
—
После того как Янь Шитин и Цзян Мяо ушли, Юй Ли допил свою утреннюю рисовую кашу и без спешки привел в порядок обеденный стол.
Вчера вечером, когда он только приехал, у него не было возможности толком всё рассмотреть, поэтому сейчас юноша стал более внимательно изучать обстановку гостиной.
В северо-восточном углу просторного помещения располагался массивный рабочий стол, на котором аккуратно выстроились два компьютерных монитора и ровные стопки каких-то книг. Сразу за столом возвышался стеллаж из дорогого красного сандала, в узких нишах которого зеленели несколько комнатных растений в горшках. Цветы выглядели на удивление ухоженными и свежими — судя по всему, за ними регулярно и тщательно присматривали.
За исключением этих растений, в огромной квартире больше не наблюдалось абсолютно никаких живых элементов декора. На полу лежала темно-серая плитка, мебель в основном была угольно-черной, и, пожалуй, единственным светлым пятном во всем интерьере оставались белоснежные стены. Всё это, конечно, в полной мере соответствовало образу властного и успешного президента, но атмосфера казалась чересчур угнетающей и тяжелой.
Юй Ли молча отвел взгляд.
Пока он рассматривал жилье, со стороны входной двери внезапно раздался характерный писк электронного замка. Парень сперва подумал, что это Янь Шитин почему-то решил вернуться, но, повернув голову, с удивлением обнаружил на пороге дворецкого Хэ.
— Дядя Хэ?
— Студент Сяо Юй?
Оба замерли на месте в полном замешательстве.
Юй Ли мгновенно охватило сильное волнение. Его внезапное появление в личной квартире Янь Шитина — да еще и без официального приглашения со стороны Янь Суя — любому постороннему человеку со стороны показалось бы более чем странным и подозрительным. Юноша судорожно соображал, подпадает ли эта ситуация под напутствие Янь Шитина «если что-то случится», и уже всерьез колебался, не стоит ли немедленно набрать номер хозяина дома.
Спустя несколько десятков секунд гробовой тишины дворецкий Хэ наконец пришел в себя и удивленно спросил:
— Студент Сяо Юй, как ты здесь?..
Юй Ли крепко сжал в кулаке подол своей футболки, судорожно пытаясь придумать хоть сколько-нибудь правдоподобное объяснение. Однако дворецкий Хэ внезапно осекся и не стал договаривать фразу до конца. Он бегло осмотрелся по сторонам и мягко уточнил:
— Молодого господина сейчас нет дома?
Юй Ли поспешно объяснил:
— Ему сегодня нужно было посетить благотворительную художественную выставку, поэтому они с помощником Цзян уехали еще утром.
Дворецкий Хэ понимающе кивнул.
В квартире снова воцарилась тишина. Они стояли друг напротив друга, и какое-то время никто не решался нарушить молчание. Наконец пожилой мужчина мягко заговорил, поясняя цель своего визита:
— Бренд QT как раз выпустил новую осеннюю коллекцию одежды. Чуть позже они должны доставить готовые комплекты для молодого господина, поэтому я приехал немного заранее, чтобы встретить курьеров.
Юй Ли поджал губы, всё еще отчаянно пытаясь оправдать свое присутствие:
— Я…
Стоило ему открыть рот, как дворецкий Хэ добродушно рассмеялся и ласково прервал его:
— Всё в порядке, студент Сяо Юй. Я прекрасно понимаю, что тебя привез сюда сам молодой господин, так что тебе совершенно не нужно передо мной оправдываться или что-то объяснять.
Если уж Янь Шитин лично привел Юй Ли в свою личную квартиру, это могло означать лишь одно: между этими двумя определенно существуют свои, особые отношения. А всё это — сугубо личные дела его молодого господина, и отчитываться перед прислугой парень точно не обязан.
Юй Ли слегка опешил. Глядя на искреннюю, теплую улыбку дворецкого Хэ, он постепенно расслабился, а навязчивая мысль о срочном звонке Янь Шитину окончательно сошла на нет.
Ближе к десяти часам утра прибыли представители модного дома QT. Дворецкий Хэ деловито руководил процессом, следя за тем, чтобы каждую вещь аккуратно и в строгом порядке развесили в гардеробной. В перерыве между делами он успел заказать доставку свежих фруктов на дом и, как только курьер привез заказ, приготовил и принес Юй Ли стакан свежевыжатого сока.
Юй Ли бережно обхватил ладонями стакан с кисло-сладким напитком, молча наблюдая за суетой сотрудников бренда. Очередная порция одежды исключительно темных оттенков скрылась за дверцами шкафов, и в сочетании с черными фасадами мебели гардеробная стала выглядеть еще более мрачно. Парень крепко прикусил зубами пластиковую трубочку и опустил веки, пряча свои мысли от окружающих.
После того как курьеры уехали, управляющий Хэ решил остаться в квартире, переживая, что Юй Ли будет слишком скучно одному в четырех стенах. Ближе к полудню, едва пожилой мужчина успел зайти в приложение, чтобы оформить заказ на обед, Юй Ли на мобильный поступил звонок от службы доставки.
Это снова был обед, который для него лично выбрал и оплатил Янь Шитин.
Дворецкий Хэ любезно спустился на первый этаж, чтобы забрать пакеты у курьера и поднять их в квартиру. Когда он стал аккуратно извлекать контейнеры с едой, то на самом дне термосумки обнаружил небольшую коробочку с сушеной клюквой. В глазах мужчины на мгновение промелькнуло искреннее недоумение. Однако он сдержался и не проронил ни слова, так что Юй Ли даже ничего не заметил.
Расставив все блюда на столе, дворецкий Хэ с улыбкой заметил:
— Судя по фирменному логотипу на пакетах, молодой господин заказал еду из одного закрытого частного ресторана, который он периодически посещает. Я слышал, их шеф-повар частенько хвастается, будто его предки были личными поварами при императорском дворе — уж не знаю, насколько это правда. Но готовит он и впрямь изумительно.
— У этого повара принципиально нет фиксированного меню: он готовит исключительно то, что пожелает сам гость, и во всех восьми великих кулинарных школах Китая ему буквально нет равных. Но характер у него крайне эксцентричный: если при заказе клиент не назовет конкретное, точное наименование блюда, он просто откажется принимать заказ.
Слушая подробный рассказ дворецкого, Юй Ли крепко сжал в руке палочки для еды.
Его до глубины души поразило вовсе не то, насколько именитым и талантливым оказался этот шеф-повар. Он просто внезапно осознал одну вещь: на протяжении последних нескольких дней, пока он питался этими обедами, его утренние приступы токсикоза стали переноситься в разы легче, чем в самый первый день, когда он только узнал о беременности.
Юноша и раньше понимал, что Янь Шитин подходит к заказу еды с умом, но изначально полагал, будто мужчина просто выбрал хороший ресторан и кликнул на пару легких, диетических позиций из стандартного списка. Он и подумать не мог, что за этим скрывалось куда больше заботы и душевного тепла.
Юй Ли опустил взгляд на дымящиеся контейнеры. Сегодняшние блюда кардинально отличались от тех, что он ел вчера и позавчера — за эти дни он успел перепробовать уже множество разнообразных вкусов.
Значит, когда Янь Шитин лично составлял это меню и диктовал повару названия блюд, он предварительно специально изучал особенности рациона и вкусовые предпочтения беременных?
Юй Ли перевел взгляд чуть ниже и, плотно поджав губы, мысленно посмотрел на свой живот.
Янь Шитин, будучи вторым родителем этого ребенка, изо всех сил старался изо дня в день ответственно и искренне нести свое бремя. А что же он сам?.. Он до сегодняшнего дня даже не пытался набраться смелости и посмотреть в лицо собственной ответственности.
После сытного обеда Юй Ли мгновенно сморила сильная сонливость, и он ушел к себе в комнату, где мгновенно уснул. С наступлением беременности потребность во сне у него резко возросла, и теперь он обычно спал очень долго и глубоко.
Когда он наконец открыл глаза, на часах уже вовсю близилось время ужина.
Сразу после вечерней трапезы дворецкий Хэ попрощался и уехал обратно в загородное поместье семьи Янь. В огромной квартире вновь воцарилась идеальная, звенящая тишина, и пространство показалось пугающе пустым.
Юй Ли устроился на мягком пуфике возле огромного панорамного окна в пол, лениво разглядывая расстилающийся внизу пейзаж. Этот жилой комплекс располагался в самом сердце оживленного и престижного центра города, и с высоты птичьего полета отсюда как на ладони открывался потрясающий вид на величественную реку и залитые неоновыми огнями торговые улицы города Y.
Парень немного полюбовался ночными огнями, после чего обернулся и вновь окинул взглядом темную, давящую своими строгими тонами гостиную. Ему стало интересно: когда Янь Шитин по вечерам сидит здесь в полном одиночестве, подходит ли он точно так же к окну, чтобы посмотреть на этот шумный мир? И если да, то какие мысли и чувства одолевают его в этот момент?
Когда за окном окончательно сгустились сумерки, на телефон Юй Ли поступил звонок от Янь Шитина. Мужчина коротким, ровным тоном сообщил, что у него возникли неотложные дела по работе, поэтому сегодня он задержится и вернется довольно поздно.
В этот момент в душе у Юй Ли зародилось какое-то странное, доселе незнакомое ему чувство. Он отчаянно попытался ухватиться за эту мимолетную эмоцию, но та ускользнула от него, словно песок сквозь пальцы. Он растерянно потер мочку уха и тихо, немного приглушенно отозвался:
— Угу.
Разговор, вопреки ожиданиям, не прервался. На том конце провода Янь Шитин выдержал долгую паузу и внезапно негромко позвал его по имени:
— Юй Ли.
— А? Что такое? — отозвался юноша.
Но мужчина снова безмолвствовал. Юй Ли не стал сбрасывать вызов и не пытался торопить собеседника, смиренно и тихо ожидая продолжения. Спустя приличное количество времени Янь Шитин глубоким, низким голосом произнес:
— Ничего. Ложись спать пораньше.
Звонок завершился.
Юй Ли завороженно смотрел на потемневший экран смартфона. Он еще долго сидел неподвижно, пытаясь анализировать свои ощущения, но так и не смог разгадать природу той внезапной вспышки эмоций.
Парень с силой тряхнул головой, прогоняя лишние мысли, быстро принял душ и лег в постель. В кромешной темноте ночи все человеческие чувства, страхи и переживания обычно обостряются до предела. Мысли Юй Ли невольно вновь вернулись к их полуденному разговору с дворецким Хэ.
Он был вынужден честно признаться самому себе: все эти дни он умышленно и трусливо бегал от реальности. Он категорически отказывался садиться и детально обдумывать, хочет ли он на самом деле сохранить эту неожиданную беременность. Даже вчера вечером он малодушно пытался переложить всю тяжесть этого выбора на плечи Янь Шитина, однако стоило ему на секунду представить, что мужчина тоже решит избавиться от малыша, как Юй Ли окончательно потерял покой.
Но теперь Юй Ли твердо решил, что обязан самостоятельно и по-взрослому встретить эту проблему.
Еще в тот момент, когда он только осознал свою истинную сексуальную ориентацию, Юй Ли внутренне полностью смирился с мыслью, что в его жизни никогда не будет собственных детей. И надо же было такому случиться, что из-за нелепой, роковой случайности у него внутри зародилась новая жизнь.
Несмотря на то, что известие о мужской беременности поначалу вызвало у него дикий шок, панику и отторжение, сам Юй Ли в глубине души никогда не испытывал ненависти или неприязни к этому крошечному существу. Возможно, из-за этого ребенка ему в будущем придется столкнуться с косыми, осуждающими взглядами общества, но в то же время это был его единственный, уникальный шанс.
Юй Ли глубоко, со свистом вдохнул воздух. Он твердо решил, что оставит этого ребенка. Даже если Янь Шитин выскажется категорически против — он всё равно сохранит беременность. Это его родная кровь, и он приложит все усилия, чтобы вырастить и поставить малыша на ноги.
Впрочем…
Юй Ли посильнее притянул к себе бежевую подушку и, задумчиво поджав губы, погрузился в размышления. Пожалуй, ему всё же следовало сперва деликатно узнать позицию Янь Шитина по этому поводу — как-никак, тот являлся вторым биологическим отцом.
Несмотря на то, что днем он проспал несколько часов, усталость и гормоны быстро взяли свое. Парень крепче обнял подушку и вскоре мирно и крепко заснул.
В районе часа ночи Янь Шитин тихо набрал код на замке и вошел в прихожую. Едва переступив порог, он моментально уловил, что атмосфера в квартире разительно отличается от той, к которой он привык за долгие годы. Мужчина вскинул голову и увидел, что в гостиной, со стороны коридора, ведущего к прихожей, горит аккуратное настенное бра. Оно мягко освещало небольшой отрезок пути от входной двери до центрального выключателя.
Этот нежный, приглушенный свет полностью рассеивал привычную ночную тьму просторного зала, и от него словно физически исходило едва уловимое, домашнее тепло.
Янь Шитин на мгновение замер как вкопанный. Он и подумать не мог, что обычный искусственный свет в его собственной гостиной способен вызывать у человека столь сильное чувство уюта и тепла. Он крайне редко наведывался в загородное родовое поместье, и именно этот пентхаус служил его основным местом жительства. И всякий раз, когда он возвращался домой глубокой ночью, этот коридор неизменно встречал его абсолютной, леденящей темнотой.
Осознание того, что Юй Ли намеренно оставил этот свет специально для него, заставило Янь Шитина еще долго стоять в прихожей, не в силах сделать ни единого движения.
На следующее утро.
Юй Ли проснулся и привычным шагом направился в гостиную, где тут же приметил Янь Шитина. Мужчина, облаченный в просторный домашний халат, сидел на диване и сосредоточенно изучал какой-то официальный договор. Его элегантные очки в тонкой золотой оправе аккуратно покоились рядом на кожаном подлокотнике. В уголках глаз Янь Шитина залегли едва заметные сероватые тени — явный признак того, что он провел бессонную ночь.
Заметив боковым зрением, что юноша проснулся, Янь Шитин спокойно поднял на него глаза и негромко произнес:
— Твой завтрак уже на столе.
Точно такая же фраза, как и вчера утром.
Юй Ли почему-то нашел этот момент безумно милым и забавным. Сам того не замечая, он слегка приподнял уголки губ в мягкой улыбке. Однако после секундного колебания он не пошел прямиком к обеденной зоне, а аккуратно приблизился и присел на соседний диван, по правую сторону от мужчины.
— Старший брат Янь, ты сегодня сильно занят?
Услышав это обращение, Янь Шитин на долю секунды заметно напрягся всем телом. Он неторопливо закрыл папку с контрактом и полностью повернулся к Юй Ли.
Юноша проснулся совсем недавно: его мягкие темные волосы забавно торчали в разные стороны аккуратным вихром, а воротник просторной пижамы слегка съехал набок, обнажая четко очерченную, белоснежную линию ключицы.
Янь Шитин спокойно отвел взгляд и ровным тоном ответил:
— Нет, сегодня я свободен.
Юй Ли крепко сжал ладони в кулаки, мысленно собирая в кулак всю имеющуюся у него смелость. Наконец он решительно произнес:
— Мне нужно серьезно поговорить с тобой.
— Слушаю, — отозвался Янь Шитин.
Юй Ли опустил взгляд на свой живот, сделал глубокий, очищающий вдох и прямо спросил:
— Я хотел бы узнать твое мнение… Ты хочешь, чтобы я оставил этого ребенка?
Янь Шитин от неожиданности замер, а его пальцы, удерживающие папку с договором, заметно побелели от напряжения. Он медленно повернул голову и пристально посмотрел на собеседника:
— Почему ты спрашиваешь об этом меня?
Юй Ли открыто встретил его взгляд. Возможно, причина крылась в том, что мужчина сейчас был одет в простой домашний халат, а возможно — в отсутствии строгих очков, но сейчас от Янь Шитина больше не исходила та привычная, леденящая и подавляющая аура большого босса. И это придало парню сил договорить до конца:
— Потому что ты — второй отец этого ребенка. И мне действительно важно знать, что ты думаешь по этому поводу.
Статус «второго отца ребенка» до сегодняшнего дня был негласным табу, которое они оба старательно обходили стороной в личных беседах. Стоило лишь заикнуться об этом, как в памяти неизбежно всплывали события той роковой ночи на вечеринке и их последующая бурная ссора перед самым началом учебного года. Однако стоило Юй Ли произнести эти слова вслух, как с его души словно свалился огромный, давящий камень.
Некоторые вещи просто необходимо встречать лицом к лицу — слепое бегство никогда не помогало решать реальные жизненные проблемы.
После того как его фраза растворилась в воздухе, в гостиной воцарилась затяжная, звенящая тишина. Янь Шитин долго смотрел на Юй Ли, после чего глухим, низким голосом произнес:
— Юй Ли. — Его кадык судорожно дернулся. — Беременность протекает в твоем теле. И окончательное решение о том, давать этой жизни шанс или нет, вправе принимать исключительно ты сам.
Юй Ли растерянно замер.
Янь Шитин неторопливо отложил закрытую папку на журнальный столик, перевел взгляд на огромное панорамное окно и как бы между прочим, абсолютно ровным тоном задал встречный вопрос:
— Ты сам… хочешь оставить этого ребенка?
Юй Ли мгновенно пришел в себя. Он решительно кивнул и, внимательно прощупывая реакцию мужчины, твердо ответил:
— Да. Я хочу его оставить.
Уголки губ Янь Шитина на мгновение превратились в жесткую, прямую линию. Он повернул голову назад и поймал на себе полный тревоги и скрытого страха взгляд Юй Ли.
«Он до сих пор панически боится, что этот ребенок окажется мне в тягость?»
В памяти Янь Шитина внезапно яркой вспышкой возник образ мягкого, теплого света бра, который бережно встретил его сегодня ночью в пустой прихожей.
Мужчина слегка опустил веки, пряча от юноши бушующий в глубине глаз шквал эмоций, и постарался придать своему голосу максимально спокойное, размеренное и уверенное звучание:
— В таком случае, возможно, нам нужно пожениться.
—
http://bllate.org/book/14496/1282984
Готово:
