Синь Суань ненавидел Цзай Цзиши.
Даже спустя несколько лет обучения тот не смог усмирить свой характер, из-за чего страдал и первый ученик, и последний.
— Брат Синь, — Юэ Юань перестаёт разглядывать чужие руки, греющиеся об высокую пиалу, и поднимает голову. — Может я всё-таки перевяжу твои раны?
— Нет. Не стоит.
Начав теребить складку на одежде, девушка качает поникшей головой:
— Я же вижу, что тебе больно.
— Совсем нет.
Даже если больно — пусть. Это ничто, по сравнению с предыдущими разами. Из-за действий пятого ученика у него теперь рана на животе и клеймо на внутренней стороне бедра. К счастью, ему повезло, что учитель не отхлестал его плетью, а не то точно пришлось бы просить помощь у А-Юань.
— Как дела у остальных? Простуда Шимэй Жоу уже прошла?
Заметив смену темы, Юэ Юань поджимает губы и негромко отвечает:
— Да, ей уже лучше. У остальных... — она тяжело вздыхает и замолкает. — У остальных тоже всё в порядке.
И вот, к её ужасу, Синь Суань уточняет:
— А пятый?
— Брат Синь! — вскрикивает она, стукнув чашей о стол. — Прекращай ты уже его прикрывать, он же этого совсем не ценит! А ты... Ты! Т-ты всё время ходишь с ранами, которые даже заживать не успевают! И выглядишь с каждым разом всё хуже. Как умирающий!
Под конец гневной тирады её глаза краснеют и наполняются слезами:
— Сколько ещё это будет продолжаться?! — голос девушки с каждым словом становится тише, а под конец Юань ещё и шмыгает носом.
Рука Синь Суаня замирает в воздухе. Он стыдливо опускает глаза, ведь не знает, сколько ещё ему понадобится времени, чтобы достаточно отравить учителя.
— Прости, — шепчет Первый ученик. — Я со всем разберусь, не волнуйся.
— Я о тебе волнуюсь! — Юэ Юань сжимает руки в кулаки.
Однако единственное, что она получает ответ — уставший несфокусированный взгляд из-под ресниц, бледное лицо и сгорбленную спину.
— Брат Синь... Надо с этим заканчивать. Прекращай убивать себя.
— Я не убиваю.
— Калечишь! Ты себя калечишь!
Твердый голос Синь Суаня заставляет её замолкнуть:
— Да, калечу. Я пытаюсь спасти вас, А-Юань. И кроме меня это никто не сделает.
— А кто спасёт тебя, Брат Синь? — шепчет она, прикрыв лицо руками. — Тебе самому нужна помощь. Но ты отказываешься её принять. Я не хочу вечно смотреть, как ты загоняешь самого себя в яму. Ты «спасаешь» нас каждый день ценой своего здоровья и своей жизни. И я повторю, Брат Синь: кто спасёт тебя?
Молчание. Синь Суань даже не пытается открыть рот и выдать из себя оправдания.
Не услышав ответ, она встаёт и покидает чужой домик.
Первый ученик смотрит ей в спину и молчит. У него был ответ, однако Юэ Юань его слышать было без надобности.
— Уже слишком поздно спасать меня, А-Юань. Да и оно того не стоит.
***
Рано утром, как обычно, Первый ученик направился к сараю, где разлеживал Пятый ученик.
Он не знал, зачем ходил к нему каждый раз, просто... Когда Цзай Цзиши специально портил настроение учителя, подставлял всех остальных — Суань его ненавидел. Ненавидел всем сердцем, что хотелось его убить! Но когда тот лежал без сознания, с распоротой спиной, на голой соломе, что-то в душе Синь Суаня болело.
Однако он не знал, откуда появились такие чувства.
Может это было из-за жалости, может из-за стыда. Может в такие моменты он видел в себе отвратительные черты учителя, что ему хотелось доказать, что он — не такой.
Может из-за того, что в тайне он восхищался выдержкой и силой воли Цзиши. Ему, грязной подстилке, таким точно никогда не стать.
Использовав на пятом ученике заклинание темноты, Синь Суань заходит в сарай.
Ему приходилось быть крайне осторожным, когда он помогал Цзиши залечивать раны. Было бы очень проблематично, узнай он, кто на самом деле его «Благодетель». Да и учитель из-за своей недоверчивости постоянно следил за первым учеником. Только когда Вэй Цян уезжал — Синь Суань мог действовать отдыхать или действовать в открытую, если это было необходимо.
Хах, и слово такое забавное. Ну какой он «благодетель». Скорее жалкий человек, пытающийся искупить свою вину. Однако пока тот верил... Суань не хотел подрывать его веру.
Руки Первого ученика замирают, а его взгляд устремляется в сторону — кто-то шёл. Шаг неторопливый, лёгкий... А-Юань?
Вскочив, Синь Суань прячется среди дров, стараясь не обращать внимание на барахтающегося Цзиши, который всеми силами пытался разглядеть «благодетеля» среди высокой стопки деревяшек.
— Шиди Цзай... Ты как? Значит тебе не нужна помощь?
— Почему шицзе Юэ пришла проведать этого недостойного?
Вспомнив, что ему, вообще-то, нельзя здесь сидеть, ведь ему необходимо проводить учителя в дорогу, да и слушать чужие разговоры неправильно, Синь Суань выглядывает из кипы дров, качнув Юэ Юань головой. Убедившись, что она его точно заметила, Первый ученик машет ей рукой.
— Учитель уезжает. А ты получил за такой короткий отрезок времени уже второй раз.
«Заканчивай» — показал Суань переплетением пальцев.
— Наконец-то этот выродок снова уехал! Теперь можно не бояться жить! А этот ублюдок Суань с учителем?
Руки Первого ученика замирают.
— Нет, но... — Брови Юэ Юань опускаются, и Суань старательно качает ей головой, чтобы та не показывала своих эмоций. Цзиши нельзя ничего знать.
— Жаль. Без него было бы гораздо лучше. Этот ублюдок только и может, что других бить и издеваться. Готов поспорить, что он сейчас сидит обиженный, что его любимый учитель не взял его с собой, ха-ха-ха! Без учителя у него нет власти, и он опять носу не покажет из своего дома.
Глаза Синь Суаня опускаются.
Знал бы этот придурок причину, по которой Первый ученик после отъезда не может выйти из комнаты.
— Сяошиди, не стоит так говорить... — взгляд Юэ Юань так и грозиться подняться выше, встретившись с ликом шисюна. Поэтому Синь Суань ещё раз качает головой, чтобы та точно не обращала на него внимание. Однако Второй ученице удаётся взять себя в руки. Та отдаёт Цзиши свёрток с лекарством. — Возьми. Она поможет.
В какой-то момент глаза А-Юань пробегают по бледному лицу Синь Суаня. Но в этом Первый Ученик не мог её винить. Его шимэй... всегда очень волновалась обо всех. А о Суане особенно, ведь она примерно знала через что он проходит каждый день.
— Не стоит делать поспешных выводов.
Только она зря волновалась. Синь Суань уже давно перестал обращать на всякие слова.
— Разве я сказал что-то не то? — задумчиво бормочет Цзиши. И тут Первый Ученик вновь использует затуманивающее зрение заклинание. — Благодетель!
С камнем на сердце Первый ученик возвращается к своему делу. Из-за шевеления повязки на теле этого придурка слегка сползли и именно Суаню пришлось их поправлять!
— Благодетель, давай сбежим отсюда. Вместе. Это место ужасно, и нам здесь делать нечего.
Ох...
Так значит хоть в чём-то их мысли совпадали? Однако он не мог бросить всех остальных. И не мог оставить Вэй Цяна в живых, ведь тот мог последовать за ними, планируя убить строптивых учеников, дабы смыть с себя позор.
Так что на все слова и предложения Цзиши Суань отвечает холодно и отрицательно.
— Мне не важно, кто ты. Даже если ты ученик из внешнего круга, даже если простой работник.
«Лжец,» — так и хочется сказать. — «Ты только что обругал меня последними словами.» Однако главным лжецом был именно Синь Суань.
Губы Первого ученика сжимаются, пока полностью не пропадают. Решив, что ему более здесь нечего делать, он возвращается к учителю.
Тот почему-то пребывал в просто отвратительном настроении, поэтому он не обошёлся обычным минетом, как обычно. Вместо этого Вэй Цян, как подарок на прощание, выбрал порку. После клеймо, избиение и секс со связыванием. В общем даже не плохо, что учитель не вспомнил об излюбленном удушении, ведь носить одежды с высоким воротом Суань не любил.
Выполз Первый ученик уже ближе к ночи.
Спина жгуче и ноюще болела, а ноги отказывались идти. Сморгнув дымку, появившуюся на глазах, Суань сжимает руки в кулаки, надеясь таким образом вернуть себя в чувства, а после направляется к домику Юэ Юань.
Теперь ему точно нужна была медицинская помощь и вторая ученица была его единственным вариантом — лекарь пика больше не желал тайно помогать Синь Суаню.
Приблизившись к домикам, Первый ученик слышит знакомые голоса:
-... Это правда важно, шицзе Юэ! — то был голос... Цзиши.
— Послушай, я честно...
Что они делают в такое время? В темноте очень опасно ходить по крутых горным склонам, да и комендатский час никто не отменял.
Однако не успевает он уйти или спрятаться, как голос Пятого ученика обращается к нему:
— Что здесь забыл первый ублюдок? Тебе надоело оплакивать учителя, когда он в отъезде?
— Шиди Цзай, прекрати!
— Или тебе стало скучно, и ты пришёл доставать своих младших? Почему тогда плеть с собой не взял, а, грязный ублюдок?!
«Как же ты надоел», — думает Синь Суань, стыдливо опустив глаза. Ну почему, почему Цзай Цзиши не может держать язык за зубами и помалкивать? Сказанул тут такое... Прямо перед А-Юань.
— А ты что здесь забыл? — голос предательски хрипит, поэтому Суань сжимает ворот одежд. — После отбоя ученикам запрещено находиться вне своих домов.
Лицо Цзай Цзиши темнеет, и он угрожающе подходит к Первому ученик, укрепляя мысль в душе Суаня, что драки ему не избежать. В ходе которой он точно проиграет. И пострадает ещё больше.
— И что с того? Что ты мне сделаешь без учителя?
Однако он гордо вскидывает голову, собирать ответить.
— Что за крики вы тут устроили? — внезапно раздаётся голос Третьего ученика, и Суань непонимающе хмурит брови. Они собрались вместе так быстро, сразу после отъезда учителя? — Если первый ублю...
Но тут Лэ Гуань замолкает, а вслед за ним выглядывает голова Жоу Вань:
— Пе-первый уч-уч... Учен-ник.
— Шимэй Жоу, — кашлянув, он продолжил, стараясь сдерживать хрипы. Он поворачивает голову в сторону четвёртой ученицы, однако даже не может позволить себе взглянуть на её лицо. — Вам стоило бы лечь спать в это время.
— П-простите... — та тут же прячется в доме, а Синь Суань стыдливо опускает голову.
Неужели в её сердце до сих пор было то ужасное событие?
Сердце Суаня сжалось в судороге от тяжести прошлых ошибок. Он снова вспомнил, насколько неправильно поступил. Если бы он знал, как сильно на ней это отразится, то точно постарался перенять её наказание на себя!
В его глазах мелькнуло мольба о прощении, но он не мог даже поднять взгляд — так сильно давила на него его вина. Суань судорожно сжал пальцы на своей одежде, словно этим он мог скрыть свой грех от окружающих.
Однако Первый ученик возвращает себе самообладание и поворачивается к Пятому и Третьему ученикам:
— Вас это тоже касается. Прогулки поздно ночью опасны.
Как он и ожидал, Цзай Цзиши выходит из себя:
— И что, по-твоему, может произо...
Однако Синь Суань не думал, что тот схватит его за ворот и потянет на себя. Удивление показывается в глазах, когда его ноги подкашиваются, из-за чего он начинает падать в сторону склона.
Казалось за эти несколько секунд перед глазами пролетает вся жизнь. Нет, конечно с такой высоты они не умрут, но... На мгновение Суань подумал, что было бы жалко, закончись его жизнь таким образом. Он не может умереть, оставив своих младших учеников и А-Юань одних на растерзание Вэй Цяна.
Ещё в воздухе Синь Суань хватает Цзиши, помогая тому сгруппироваться, дабы избежать больших ране и переломом.
Столкновение с землёй даётся болезненнее, чем обычно. Кости трещат, в глазах темнеет, а сердце на секунду останавливается.
Синь Суаня пробирает кровавый кашель. Он пытается сдержаться, однако тёмно-красные капли всё равно падают на землю. Сжав зубы, Первый Ученик отчаянно пытается не потерять сознание. Вокруг слышны крики и громкие удары, и он с трудом воспринимает окружающий шум.
— Сукин сын! — раздаётся как гром средь ясного неба, и Суань поднимает глаза на Цзиши. Тот смотрел не на него, а...
Побледнев, Синь Суань сжимает испачканный в грязи ворот, однако этого времени хватило, чтобы Цзай Цзиши успел разглядеть засосы, оставленные ему учителем.
На чужом лице появляется злорадная ухмылка:
— Так ты не только слабак и предатель, а ещё и грязная подстилка!
Первый Ученик мог бы закрыть на это глаза, но он почувствовал, как аура Юэ Юань начинает к ним приближаться. Суань предпочёл бы смерть, чем предстать перед ней в таком виде.
От волнения он кричит:
— Закрой рот!
— А то что? — Цзай Цзиши встаёт, угрожающе направляясь к Первому ученику. — Ты — просто шлюха в постели для учи...
— Брат Синь! Шиди Цзай! — Юэ Юань приземляется на поляну и оглядывает своих соучеников. В её глазах блестит влага, а в лице читается беспокойство. — Вы ранены? Лучше не двигайтесь, третий и четвёртая уже идут!
Суань стыдливо опускает голову.
Она слышала. По глазам видит, что слышала.
— Всё нормально, — в ответ ей отвечает Синь Суань, сильнее сжимая ворот одежд и отворачиваясь от девушки. — Помоги сяошиди.
Он встаёт, чтобы уйти, но голос Юэ Юань заставляет его остановиться ненадолго:
— Дашисюн!
— Помоги сяошиди! — грубо кричит он в ответ, не оборачиваясь. — Помни о своём положении, идиотка!
Им нельзя показывать. что они строят планы вдвоём. Необходимо поддерживать иллюзию, будто Суань сам себе, что он оторван от остальных учеником и у него нет поддержи извне.
Покачиваясь, на ватных ногах Первый Ученик удаляется от остальных.
Видимо, раны ему придётся перевязывать самому...
http://bllate.org/book/14785/1318621
