Глава 7: Хозяин лавки Марса
Пока я уклонялся от настойчиво тянувшихся ко мне рук Сила, вернулся хозяин.
«!»
Я изумлённо уставился на него.
Когда он успел переодеться? Вместо того мягкого платья, что было на нём раньше, теперь лёгкий костюм: строгие чёрные брюки, белая рубашка и коричневый жилет. Одежда простая, но из хороших материалов и отличного пошива. Словом, вид — будто знатный господин, вышедший инкогнито.
Лицо и причёска те же, но в таком наряде он выглядит как самый настоящий красавец-мужчина.
Широким шагом, совершенно не вязавшимся с подносом в его руках, он вернулся и со стуком поставил передо мной и Силом чайник, заварку и чайный набор.
— Ну вот. Сил, завари-ка чай. А я закрою лавку.
С этими словами он скрылся за стойкой, вытащил табличку «Закрыто» и вышел повесить её на дверь снаружи.
До чего небрежное обращение с посудой и бесцеремонный приём гостей. Поистине незаурядная личность.
Впрочем, на простого грубияна он тоже не похож.
Хм, мысленно я скорректировал своё мнение о нём. Такие люди мне не неприятны.
— Точно можно закрываться? Ещё ведь до полудня.
Спросил я у Сила, и тот, с привычной ловкостью заваривая чай, невозмутимо ответил:
— А почему нет? Он и без того, чтобы лавку держать, на одних заказах постоянных клиентов прекрасно проживёт. Лавка-то у него вроде хобби: говорит, «иногда забавные посетители попадаются» да «над всякими придурками поиздеваться можно».
Судя по тому, что Сил рассказывал раньше, «Лавка Марса» — известное место для тех, кто знает… и так можно?
— Ну, если самого хозяина это устраивает, то ладно, — я сделал глоток заваренного Силом чая.
Да. Вкусно.
Насыщенный аромат. Приятная горчинка и природная сладость самого листа мягко ложатся на язык. Заварка отличная, но, видимо, и сам чайный лист превосходен.
Кажется, я невольно улыбнулся.
Сил тихо усмехнулся.
— Вкусно, правда?
— Ага. Вкусно. Многое хочется сказать… но хозяин у тебя — тот ещё оригинал.
— Тебе ведь такие по нраву?
На этот вопрос я ответил лишь усмешкой краешком губ.
Хозяин вскоре вернулся.
— Прошу прощения. Давай представлюсь как положено. Я — хозяин лавки Марса, Артемис Мардж. Зови меня Ар.
Я крепко, обеими руками, пожал протянутую с непринуждённым видом руку.
— Тогда меня зови Мир. Благодарю за заботу, несмотря на мой внезапный визит.
— ? Мне вроде не за что тебя благодарить?
— Нет. Вполне достаточно. Явиться без предупреждения — а меня приняли с искренним радушием.
Ар с интересом округлил глаза.
— Я же «мужик, который встречает гостей в платье»?
— Но ты ведь ради друга сразу переоделся и выказал мне уважение?
К тому же ты дал нам с Силом время поговорить наедине и проявил заботу, велев Силу заварить чай, изображая нарочитую небрежность, чтобы я мог спокойно его пить.
За такую предупредительность — почему бы и не поблагодарить.
От моих слов Ар ошарашенно раскрыл рот. А потом, видимо осознав сказанное, начал стремительно краснеть.
Неужели не привык, чтобы его хвалили?
— Эй, Сил! Ну и характер у твоего господина, а?!
Он наставил на меня палец и набросился на Сила. (Это между прочим, не тыкай в людей пальцем!)
Но Сил лишь невозмутимо парировал, отчего Ар ещё сильнее разинул рот.
— Мой Мир — лучший, правда?
Так или иначе, когда взаимные представления закончились, я вновь изложил причину визита.
— Ты, верно, знаешь, Ар: я — нелюбимый старший сын герцогского дома, злодей.
Но на деле я — всего лишь похвальный юноша, который лишь старательно и усердно трудился, чтобы оправдать завышенные ожидания.
— Пф! Ты это сам про себя говоришь?
Глаза Ара весело блеснули.
Я небрежно помахал рукой, показывая, что это не важно.
— Так ведь оно и есть. Твоя реакция, надо полагать, означает, что ты не верил слухам обо мне: «завистливый старший сын с чёрной душой, который тайком обижает популярного брата»?
— Ну, я от Сила кое-что слышал. Постоянно ведь: «Мирлис даже спать некогда, всё учится!», «И что хорошего в том втором сыне-бездельнике? Мир-то всяко милее будет!» — поневоле наслушаешься. Наконец-то встретился с тем, о ком столько слышал, — меня просто переполняют чувства.
Что же ты творишь…
Я укоризненно уставился на Сила — тот старательно отвёл глаза.
— Н-да… извини за моего Сила.
— Да ничего. Но, похоже, что Сил говорил правду. Ты, может, и чернодушный, но не подлый. Так ведь? Чтобы ты, да тайком пакостил — уж лучше прямо с ноги оппоненту врежешь.
— Чтобы я стал марать руки о брата? Много чести. Свяжешься с ним — только себя уронишь, разве нет?
— А ты жесток.
Ар присвистнул.
— Но репутация-то у тебя и так уже подмочена. Почему ничего не предпринимал?
— С такими родителями. Всё равно не поверят, что ни скажи. Да и считал, что достаточно просто смотреть на мои поступки. Хотя на деле оказалось, что их и смотреть-то не планировали, и понимать не собирались. Что бы я ни делал — всё оборачивали против меня. Бессмысленно было и пытаться.
В качестве примера я рассказал, как в детстве меня ударили по щеке за то, что я просто с тёплой улыбкой смотрел на играющего в саду брата: «Почему ты так презрительно смотришь на брата? Что за бессердечный ребёнок!». На лице Ара ясно отразился гнев.
— Это что же такое. И это родители? Вы же одной крови, да?
— Да. Формально — одной. Бывают и такие родители. Я, говорят, похож на деда, который строго воспитывал отца. И ещё на его «превосходного младшего брата» — моего дядю.
Кажется, этого ему было достаточно, чтобы всё понять. «А-а», — выражение лица Ара стало осмысленным.
Похоже, он тоже был в курсе.
Да, мой дядя Геохарт, второй сын, значительно превосходит отца, старшего сына.
В герцогском доме, где из поколения в поколение наследует старший сын, было предопределено, что следующим главой станет отец как старший, но, по слухам, тогда многие требовали это решение пересмотреть.
Общество считало более достойным наследником именно второго сына и относилось к нему соответственно.
Из-за этого отец, по-видимому, сильно завидовал дяде и постоянно думал о нём.
А я — точная копия деда и дяди, да ещё и способный. Должно быть, это напоминало отцу о прошлом и безжалостно бередило дурацкий комплекс неполноценности.
Пока я был младенцем, всё ещё куда ни шло, но как только я подрос и обрёл сознание, отец стал явно избегать меня и обращаться со мной сурово. А младшего брата, беспечного и похожего на мать, наоборот, принялся баловать без памяти.
Наверное, было чертовски приятно изображать «доброго и надёжного отца», балуя «второго сына, который никогда его не превзойдёт».
И так же, должно быть, сладостно было тешить своё самолюбие, третируя и унижая меня.
Но вымещать на мне свои прошлые обиды — это уже слишком. Вместо того чтобы наслаждаться моими мучениями ради обманчивого утешения, отцу стоило бы самому исправить свою мелочную душонку.
— Тяжело же тебе приходится, Мир.
На лице Ара отразилось сочувствие, но я спокойно возразил:
— Мне-то достаточно просто отсечь всё это. У меня тоже есть право выбирать родителей.
А вот тебе, Ар, верно, куда тяжелее. Твоему младшему брату повезло иметь такого хорошего старшего.
От этих слов сама атмосфера вокруг Ара изменилась.
Стала острой, колкой, а его осанка преобразилась в стать высокого аристократа.
Он прищурился и произнёс одно слово — голосом, который мог бы показаться даже мягким:
— Когда ты догадался?
http://bllate.org/book/17952/1725562
Готово:
