Линь Цзю выжал тормоз, плавно остановил машину, повернул голову и устремил на него свой пронзительный, похожий на соколиный взгляд: — Вот это тебе и предстоит обдумать.
Чжу Аньи кивнул, мысленно прикидывая, какие блюда приготовить, чтобы покорить компанию Линь Цзю. Хитро улыбнувшись, он перевел взгляд на спутника и сказал: — Брат Линь, не мог бы ты помочь отвезти свинью к Главе, а заодно спросить, найдется ли на базе мясник, который умеет ее разделывать?
— Отвезем, разделаем. — Услышав это, Линь Цзю не стал выходить из машины. Он отдал пару распоряжений тем, кто ехал сзади, позвал с собой обладателя способности силового типа, и под восхищенным взглядом Чжу Аньи они покатили в сторону Семьи Сяо.
Едва машина успела остановиться, Шэнь Шуанхань, не выдержав и секунды, выпрыгнул с заднего сиденья и надежно приземлился на ноги.
Он демонстративно распахнул перед Чжу Аньи дверцу, то открыто, то исподтишка подгоняя того выйти, а затем подозрительно осведомился: — О чем вы только что болтали в машине?
Я всю дорогу сидел сзади сторожем у свиньи, пока вы на переднем сиденье мило беседовали!
Чжу Аньи, все еще обдумывавший меню, бросил невпопад: — Попросил его об услуге.
Шэнь Шуанхань презрительно фыркнул: — Что за дела такие, о которых надо просить его? Я бы тоже мог тебе помочь. Наверное, его окончательно оглушил запах дикого кабана, раз он разбрасывался такими громкими обещаниями.
Чжу Аньи ошеломленно посмотрел на него, и в его преувеличенно недоверчивом голосе зазвучало изумление: — Чжуанчжуан, ты еще и свиней умеешь резать! — С этими словами он ущипнул Шэнь Шуанханя за бицепс и насмешливо улыбнулся.
Заметив растерянное и безмолвное выражение на лице Шэнь Шуанханя, он не удержался от громкого смеха: — Ладно-ладно, когда брату понадобится помощь, я тебя обязательно позову. Умница.
Старшие супруги Сяо, услышав шум, вышли на крыльцо и до смерти перепугались, увидев огромного дикого кабана. А когда Чжу Аньи заявил, что они собираются его съесть, испугались еще сильнее и принялись настойчиво отговаривать парней.
— Сяо Чжу, эту дрянь нельзя есть как попало! — Ли Юньшу хмуро смотрела на то, как они вдвоем волокут тушу, и со страшной серьезностью пыталась их отговорить.
Чжу Аньи терпеливо им все объяснил и сослался на Сяо Юньцин в качестве гарантии, и лишь тогда ему удалось уговорить стариков вернуться в дом.
Хоть на словах они и возражали, пожилые люди все же помогли вскипятить воду, чтобы облегчить им ощипывание и бритье свиной шкуры.
Сам процесс забоя выглядел не слишком эстетично: Шэнь Шуанхань несколько раз пытался подсобить, но его чуть не выворачивало наизнанку. Особенно мерзким оказалось вскрытие брюха, когда хлынувшие наружу внутренности не только источали чудовищный зловонный запах, но и вызывали жутковатое ощущение наощупь.
Когда внутренности вывалились наружу, из них выпало мутное свиное сердце. Линь Цзю замер, подцепил его кончиком ножа и, с мрачным выражением лица опуская клинок, обратился к Чжу Аньи: — Такая дрянь... есть ли вообще смысл продолжать разделку?
Он рассчитывал, что Чжу Аньи отступит перед трудностями и трезво оценит суровую реальность. Однако тот вдруг загорелся, пулей умчался в дом, принес оттуда миску, чтобы сложить туда свиное сердце, и с трепетом в голосе произнес: — Это же настоящее сокровище!
Линь Цзю: — ...
Чжу Аньи угодливо поднес ему воды: — Брат Линь, как только придет Глава, я сразу же тебе всё расскажу, ничего утаивать не стану! — Личико у него было серьезным, вид — источающим полную уверенность.
Делать было нечего, и Линь Цзю вновь поднял нож: одним движением руки он принялся кромсать свиную тушу.
Неподалеку Шэнь Шуанхань поинтересовался у подошедшего помочь силовика: — У вашего капитана что, такое мягкое сердце?
Тот простодушно усмехнулся: — Внешность обманчива — это как раз про нашего капитана.
Шэнь Шуанхань оставил это без комментариев.
Не дожидаясь, пока мясо окончательно разделают, Чжу Аньи выбрал кусок свиной грудинки с прожилками сала и мяса, ошпарил его в сухом воке, чтобы подрумянить шкурку, срезал ее и избавил мясо от запаха, после чего опустил в холодную воду, добавил зеленый лук, имбирь и кулинарное вино и варил на сильном огне минут пять.
Вытащив мясо, он промыл его теплой водой, нарезал на аккуратные одинаковые кубики, раскалил масло и бросил туда свинину, на медленном огне постепенно обжаривая до золотистого цвета. Выловив кубики, он отложил их в сторону, засыпал в котел леденцовый сахар и стал помешивать, пока тот не приобрел карамельно-красный оттенок и не запенился, после чего вернул грудинку обратно, чтобы она равномерно покрылась глазурью.
Добавив кулинарного вина для аромата, а также светлый сой, темный сой и ложечку уксуса, он тщательно все перемешал, положил зеленый лук, имбирь, бадьян и другие пряности, залил кипятком так, чтобы вода полностью покрывала мясо, накрыл крышкой и тушил целый час, ожидая, пока соус уварится.
В процессе он выловил специи и добавил соли для вкуса. Наконец настал самый ответственный момент, требующий мастерства и терпения — выпаривание густого соуса на сильном огне. Чжу Аньи был так себе во всем остальном, но к еде относился с первейшим усердием.
Глядя, как он ловко управляется с казаном и лопаткой, раз за разом поднимая со дна густой соус и поливая им мясо, и время от времени покачивая вок, чтобы куски кружились и ничего не пригорело, он в конце концов на слабом огне успешно довел дело до конца и снял блюдо с плиты.
— Открой рот. — Чжу Аньи подцепил палочками кусочек и поднес к губам застывшего Шэнь Шуанханя. Тот по привычке послушно приоткрыл рот и заглотил угощение вместе с палочками.
Вытащив палочки, он сначала почувствовал легкую жесткость. Не успел он толком подумать, как рот сработал быстрее мозга: стоило ему надкусить лакомство, как обжигающая острота и приторная сладость мгновенно ударили в самую макушку. Сморщившись от отвращения, Шэнь Шуанхань выплюнул бадьян в мусорное ведро.
Добившийся своего шутник Чжу Аньи зажал рот рукой, тихонько хихикая. Заметив, что тот собирается наброситься на него, он тут же прижался вплотную и сунул остуженный кусок красно-тушеного мяса прямо Шэнь Шуанханю в рот.
Нежное, тающее на языке и упругое тушеное мясо с солено-сладкими нотками соуса ворвалось внутрь, заглушая резкий привкус бадьяна. Жирное, но не противное, постное, но не сухое, при каждом кусании оно едва заметно брызгало соком, наполняя рот абсолютным блаженством.
Лишенный возможности сказать хоть слово, Шэнь Шуанхань надул щеки и со злостью принялся с силой тискать плечи Чжу Аньи, заставляя того метаться из стороны в сторону.
— Ладно-ладно, больше не балуюсь. — Смиренно улыбаясь, Чжу Аньи оттолкнул Шэнь Шуанханя и выставил на стол обжаренные свиные ребрышки и хрустящую соломку из свинины, которые он успел приготовить пока уваривался соус, вдобавок к жареному картофелю по-домашнему от бабушки и цветной капусте в сухом воке — всего получилось целых пять полных тарелок.
Сяо Юньцин, вернувшаяся поздно вечером домой, у ворот столкнулась с Ван Шуйшуй и Линь Цзю, которые тоже шли на ужин. Она удивилась, почему это они все направляются к ней, а переступив порог и уловив манящий аромат, резко развернулась к Линь Цзю: — Что это вы сегодня такого добыли на улице?
Они переглянулись. Линь Цзю, не умевший толком лгать, честно признался: — Мясо вроде.
— Мясо... вроде? — Сяо Юньцин, женщина себе на уме, тут же засомневалась. Быстрыми шагами она подошла к обеденному столу и, уставившись на блестящее от масла красно-тушеное мясо, вмиг потеряла дар речи.
Дрожащим голосом она спросила: — Откуда это?
Линь Цзю замялся и выдал правду: — Из Парка Лушань...
— Дикий кабан?!
Заметив кивок Линь Цзю, Сяо Юньцин нахмурилась и уже собиралась заговорить, как вдруг увидела, что ее никчемный племянник Чжу Аньи, зачерпнув полную ложку риса, отправил в рот аппетитный кусок.
— Ммм, вкусно! — с наслаждением проглотив еду, блаженно протянул Чжу Аньи: — Свинина — это все-таки лучшее в мире мясо! Вместо того чтобы тратить силы на пустые уговоры, лучше убедить их прямо за трапезой.
Шэнь Шуанхань, уже распробовавший угощение, больше никого не отговаривал: пока никто не успел перехватить лакомый кусочек, он принялся уплетать мясо за обе щеки.
Оба парня славились знатным аппетитом, и не успела моргнуть и глазом, как большая миска красно-тушеного мяса опустела. Это зрелище заставило сидевших на сухом пайке остальных членов компании сглатывать слюнки и машинально жевать пустой белый рис.
В конце концов первой не выдержала Ван Шуйшуй. Увидев, что лица Чжу Аньи и Шэнь Шуанханя остаются совершенно невозмутимыми, она с решимостью смертника отправила в рот кусочек мяса, зажмурившись, пожевала, проглотила, распахнула глаза и тут же потянулась палочками за добавкой.
— Брат Линь, Глава, это невероятно вкусно, попробуйте скорее!
За исключением пожилых людей, не жаловавших жирную пищу, все молодые люди за столом оказались полностью покорены богатым ароматом насыщенного бульона.
Увидев, что все уже почти наелись, Чжу Аньи вытер рот, поставил на стол свиное сердце и обратился к Сяо Юньцин: — Тетушка, это сердце дикого кабана. Приложи к нему руку и почувствуй.
Это выглядело так торжественно, будто они подносят дары божеству.
Сяо Юньцин не боялась всяких внутренностей, поэтому просто зажала сердце в ладони и озадаченно произнесла: — Почему у него такой странный цвет?
Шэнь Шуанхань не стал вдаваться в долгие объяснения, выдав совет, основанный на собственном опыте: — Сосредоточься на кончиках пальцев.
— Вы что тут зате... — Она не успела договорить. Стоило ей лишь на секунду сосредоточиться на кончиках пальцев, как те внезапно полыхнули жаром, и бесформенное свиное сердце в ее ладони в мгновение ока превратилось в тончайшую кожицу, опавшую безжизненной тряпочкой.
Влажное и теплое дыхание, подобно журчащему ручью, омыло все меридианы ее тела. Глаза Сяо Юньцин потемнели, она перевернула ладонь и легко сжала воздух в кулак — под звуки струящейся воды в воздухе материализовался огромный водяной шар.
Она едва заметно взмахнула рукой, и водный шар рассек воздух со свистом, напоминающим пронзительный рев ветра. Сразу после этого с переднего двора донесся глухой, потрясший землю грохот.
Чжу Аньи стремглав выбежал во двор: на месте ровного газона зияла глубокая яма, а на ее дне плескалась мутная лужица, отражавшая его ошеломленное лицо.
— Какая мощь...
— Глава!
Внезапно испуганный голос Ван Шуйшуй прервал его раздумья. Обернувшись, он увидел, что Сяо Юньцин зажмурила глаза и, потеряв сознание словно во сне, обмякла на руках Линь Цзю, не реагируя ни на какие крики.
До боли знакомая картина заставила зрачки Шэнь Шуанханя слегка задрожать, а тело — заледенеть, будто он провалился в ледяную прорубь. С растерянным выражением лица он перевел взгляд на Чжу Аньи.
Чжу Аньи понял его тревогу, потрепал по голове и успокоил: — Я не позволю тетушке пострадать. Поверь мне, хорошо?
Шэнь Шуанхань опустил голову и молча помог отнести Сяо Юньцин в комнату.
-
От автора:
До того как поесть мяса:
Брат Чжу [умоляю][умоляю]
После того как поели мяса:
Брат Чжу [вперед][громкий смех]
Перед забоем свиньи:
Чжуанчжуан [вопрос][о-о-о]
После забоя свиньи:
Чжуанчжуан [трещина][минус один]
Глава 19. Три огромные миски риса с тушеным мясом по-китайски
Едва Шэнь Шуанхань вышел из комнаты, как его тут же плотным кольцом окружили те, кто дежурил снаружи.
— Что с Сяоцин? — Ли Юньшу тревожно глянула на него и крепко сжала руку Шэнь Шуанханя. Ее вовсе не волновали никакие эволюции способностей, ей хотелось лишь одного — чтобы дочь была в безопасности.
Не меньше ее переживали Линь Цзю и остальные. Они не стали устраивать допрос с пристрастием, решив проявить доверие и дождаться, пока Шэнь Шуанхань сам все объяснит.
Шэнь Шуанхань понимал, что это доверие адресовалось не ему и даже не Чжу Аньи, а находившейся внутри Сяо Юньцин, чье состояние оставалось неясным.
Он успокоил их прямым признанием: — Раньше с братом Аньи уже случалось подобное. Примерно через три дня все придет в норму, не переживайте. Раз брат Аньи здесь, с тетушкой все будет в порядке.
Шэнь Шуанхань обернулся и посмотрел на плотно закрытую дверь. Никто из них не ожидал, что энергии в сердце дикого кабана окажется в разы больше, чем в тех цыплятах или утках с фермы, и что этот объем окажется непосильным для Сяо Юньцин.
Если вдуматься, тогда Чжу Аньи усвоил лишь крошечный кусочек рыбьего сердца. И пусть им обоим безумно хотелось доказать свою силу, сначала стоило спросить мнения самой Сяо Юньцин, а не действовать так опрометчиво, приведшему к нынешнему исходу.
В комнате Чжу Аньи, тоже осознавший свою ошибку, крепко сжимал руку Сяо Юньцин, без остатка вливая в нее свою способность.
Однако внутри Сяо Юньцин бушевали мощные потоки неукротимой ци, мешая нормальной работе его способности. Чжу Аньи воочию видел, как кожа на ее теле покрывается светящимся бледно-голубым паром, грозящим разорвать ее изнутри.
В следующее мгновение эта энергия по сцепленным рукам хлынула прямо в тело Чжу Аньи!
Слабый аквамариновый туман зазмеился внутри Чжу Аньи, хаотично перемещаясь по организму. В отличие от прошлых раз, траекторию их движения можно было разглядеть невооруженным глазом.
http://bllate.org/book/27569/3351889
Готово: