Сяо Нянь вежливо выслушала его до конца, но не ответила и ушла. Старшая сестра как-то сказала: «Тех, кто тебя обижает, не надо слушать».
Линь Ицинь остался стоять как вкопанный:
— Женское сердце — что морская бездна…
Автор говорит: «Сяо Линь: будь проще, говори проще! Всем счастливого Рождества! Сегодня всем, кто оставит комментарий, раздам красные конверты. Спасибо феям „Шуйсэ“, „Цзинхун Гунцзы“ за поддержку питательной жидкостью!»
Сяо Нянь остановилась у двери. В помещении собралось немало народу — сотрудники галереи и рабочие по установке оборудования, человек пятнадцать-двадцать. Сегодня ей ещё нужно было доработать несколько деталей, поэтому она зашла за своими инструментами.
Линь Ицинь заметил, как её ноги, уже сделав шаг вперёд, вновь замерли. У неё такие маленькие ножки! На ней были бежевые сандалии с тонкими ремешками, а белоснежная кожа стопы плавно переходила в изящный изгиб лодыжки — словно кусочек нефрита.
Линь Ицинь уже собрался подойти, но его опередил кто-то другой. Дун Мин вышел из зала и принёс ей ящик для рисования:
— Госпожа Сяо, я отнесу это туда.
Сяо Нянь хорошо запомнила этого пожилого мужчину. За эти дни они почти не общались, но каждый раз, когда она его видела, он улыбался — спокойно и доброжелательно, отчего становилось легче на душе.
— Спасибо, — кивнула она и пошла вдоль стены.
Дядя Дун, казалось, нарочно держался на некотором расстоянии, следуя за ней чуть сбоку и сзади.
Линь Ицинь остался на месте. Через некоторое время подошёл Чэн Янь и попытался незаметно напугать его сзади, но Линь Ицинь обернулся и взглянул на него. Чэн Янь застыл в неловкой позе.
Он сделал вид, что ничего не произошло, опустил руки и посмотрел вперёд:
— Что так пристально рассматриваешь?
— Да так, ничего, — ответил Линь Ицинь и собрался уходить.
Чэн Янь бросил взгляд на дядю Дуна и Сяо Нянь и, усмехнувшись, последовал за ним:
— Неужели ты ревнуешь даже к дяде Дуну?
— Ерунда какая! — вспыхнул Линь Ицинь.
— Здравствуйте, господин Линь, господин Чэн! — поздоровались проходившие мимо сотрудники. Чэн Янь не стал продолжать и, кивнув, последовал за Линь Ицинем в офис на втором этаже.
— Разве тебе не кажется, что ты слишком много внимания уделяешь госпоже Сяо? — без церемоний спросил Чэн Янь, наливая себе воды. — Неужели она тебе приглянулась?
Линь Ицинь кивнул:
— Да, именно так. Мне она нравится.
Чэн Янь чуть не поперхнулся водой:
— Серьёзно? Так быстро?
Линь Ицинь швырнул ему на стол папку с документами:
— Ты же знаешь, наша галерея только открылась. Нам нужно подписывать художников. Конечно, известные мастера — это хорошо, но их стиль уже окончательно сформировался, да и современных китайских художников мне особо не нравится.
— То есть ты хочешь заключить с ней контракт и сотрудничать на постоянной основе?
Линь Ицинь снова кивнул:
— Разве это не идеально? Будем зарабатывать вместе. Мы поможем ей стать знаменитой, а её картины будут продаваться исключительно через нашу галерею. Выгодно всем.
Чэн Янь плюхнулся на диван так, что тот прогнулся под ним наполовину:
— В теории — да, но мне кажется, госпожа Сяо не очень-то гонится за деньгами. Может оказаться, что её не так-то просто подписать.
— Вот именно поэтому я тебя и позвал, — сказал Линь Ицинь, сложив пальцы под подбородком и подмигнув ему.
— Чёрт… У меня аж мурашки по спине пошли, — пробормотал Чэн Янь, задумавшись. — Думаю, я не справлюсь.
Линь Ицинь откинулся на спинку кресла:
— А ведь кто-то раньше…
— Ладно-ладно, пойду, пойду, хорошо? — Чэн Янь поставил стакан. — Хотя… Почему бы не поручить это дяде Дуну? Кажется, у него сейчас неплохие отношения с Сяо Нянь.
— Именно это и показалось мне странным, — сказал Линь Ицинь, вспомнив поведение Дун Мина по отношению к Сяо Нянь. — Ты же знаешь, Дун Мин — старый сотрудник моего отца. Он якобы здесь помогает мне, но на самом деле присматривает. Ты когда-нибудь видел, чтобы он так заботился о ком-то?
— Он всегда ко всем внимателен и аккуратен в работе, — возразил Чэн Янь. — Ты, наверное, сам себе голову морочишь. Когда сердце вовлечено, всё кажется иначе.
— Катись, — отмахнулся Линь Ицинь.
— Последний вопрос, — Чэн Янь на этот раз серьёзно нахмурился. — Почему бы тебе самому не поговорить с ней? Ты же владелец — это покажет нашу искренность. К тому же у вас же есть общая история с той шляпой, разве нет?
Линь Ицинь опустил веки:
— Говорил. Она меня проигнорировала.
Чэн Янь не удержался и рассмеялся, с трудом сдерживая смех, махнул рукой и вышел из офиса, согнувшись пополам.
Дядя Дун отнёс вещи Сяо Нянь и, не мешая ей, вернулся в зал, чтобы распределить сегодняшние задачи. Как раз в этот момент Чэн Янь спускался по лестнице и услышал, как тот специально напоминал всем:
— Все работайте по плану, как я только что объяснил. И ещё: если нет крайней необходимости, не беспокойте госпожу Сяо. Заключительные работы на стене проведём только после того, как она закончит. Запомнили?
— Запомнили! — хором ответили сотрудники.
Чэн Янь вспомнил слова Линь Ициня и тоже почувствовал, что тут что-то не так. Он знал Дун Мина — внешне тот был мягок и учтив, но на деле крайне непростой человек. Такое внимание к деталям и особое отношение к Сяо Нянь действительно выглядело подозрительно.
Но времени размышлять не было. Он понял: раз Сяо Нянь игнорирует Линь Ициня, значит, и подписывать контракт с галереей не собирается. Тогда он решил действовать через её менеджера. Однако, зная, что тот вряд ли возьмёт трубку, Чэн Янь отправился прямо к Сяо Нянь и начал уговаривать её, используя всё своё красноречие. Он убеждал её любой ценой прийти завтра на церемонию открытия и обещал особый сюрприз, подготовленный специально для неё.
Сяо Нянь долго колебалась, но в конце концов не выдержала напора Чэн Яня и согласилась.
— Кстати, у тебя же есть менеджер, верно? Приведи её тоже. И того, кто обычно тебя подвозит… Это твой молодой человек? Пусть все приходят, будет весело.
Сяо Нянь покачала головой:
— Это не мой молодой человек.
— А, — протянул Чэн Янь. — Ничего страшного, друзья тоже могут прийти. Вечером будет световое шоу. Тебе же интересно увидеть, как твоя стена будет выглядеть ночью?
Сяо Нянь оглянулась на своё недавнее творение. Да, ей действительно хотелось проверить, совпадёт ли реальный эффект с тем, что она задумала.
— Значит, договорились! Увидимся завтра вечером! — Чэн Янь не дал ей шанса передумать и быстро скрылся.
Завершающие работы заняли всего полдня. Линь Ицинь перевёл окончательный платёж, вежливо попрощался — и этот этап сотрудничества подошёл к концу.
Сяо Нянь увёз доктор Лю, а дядя Дун лично проводил их до машины.
Чэн Янь и Линь Ицинь наблюдали с окна второго этажа.
— Не волнуйся, — усмехнулся Чэн Янь, глядя на выражение лица друга. — Я обязательно приведу её обратно. Кстати, у меня есть для тебя хорошая новость.
— Какая?
— Тот «Мазерати» — не её парень.
Линь Ицинь спокойно смотрел, как машина уезжает:
— Мне это неинтересно.
Чэн Янь игрался с чашкой на журнальном столике:
— Интересно, в каком она университете учится? Похоже, ещё не окончила.
Линь Ицинь промолчал.
На следующий день
Всё было готово. Открытие галереи, отложенное до этого момента, наконец состоялось — как раз к праздникам. Утром прошла пресс-конференция, а днём и вечером — приём для избранных гостей. Кроме того, галерея планировала каждую неделю устраивать тематические вечеринки или лекции, чтобы находить целевых клиентов.
Линь Ицинь обычно приезжал из университета и редко надевал официальный костюм. Из-за юного возраста он производил впечатление жизнерадостного юноши, но сегодня в парадном костюме стал выглядеть куда более зрело и уверенно. Его мать когда-то была знаменитой «чистой красавицей» эстрады, поэтому внешность Линь Ициня была безупречна. Даже среди современных идолов он не затерялся бы — настолько он был красив. Неудивительно, что на открытие пришло немало юных наследниц из влиятельных семей.
— Эй, смотри, кто там? — вечером, перед началом светового шоу, Чэн Янь толкнул Линь Ициня и указал на девушку в алом платье без бретелек. — Это точно младшая сестра Гу Цзычуаня? Разве она не боится? Ведь в прошлый раз из-за картины ты поссорился с её братом. Как она вообще осмелилась прийти? Боюсь, её братец-ревнивец снова разозлится.
Линь Ицинь кивнул, машинально оглядел толпу, но Сяо Нянь среди гостей не увидел. Он снова взглянул на девушку в алой одежде и презрительно усмехнулся:
— Бедняжка, ей нелегко пришлось.
Младшая сестра Гу была известна своей ленивостью и равнодушием к подобным мероприятиям. Скорее всего, она и вовсе не понимала смысла картин.
— Она явно пришла ради тебя, Линь-шао. Твой шарм покоряет всех! Теперь нам точно не придётся искать клиентов для галереи.
— Время почти вышло, — Линь Ицинь взглянул на часы. — Пора выходить.
Скоро должно было начаться световое шоу. Он сам с нетерпением ждал, как будет выглядеть фасад в реальности — Линь Ицинь всегда восхищался необычными художественными решениями.
— Линь Ицинь! — как назло, в этот самый момент девушка в алой одежде заметила его и, отстранив окружающих, направилась прямо к нему.
Чэн Янь лёгонько стукнул по его бокалу:
— Я сваливаю. Разбирайся сам.
Это же день открытия его галереи, и гостья пришла поддержать — отказываться от разговора было бы невежливо. Линь Ицинь остался.
— Я слышала от брата, что эту партию специальных ламп для отделки вы заказали у нас! Если понадобится что-то ещё, просто свяжитесь со мной напрямую, — девочка сияла, глядя на юношу.
— Правда? Спасибо, госпожа Го. Возможно, в будущем мы и правда будем сотрудничать, — ответил Линь Ицинь. Он, конечно, не знал, кто закупал лампы — такие мелочи решали сотрудники.
— Кстати, я слышала, твой старший брат с женой уехали в Ванкувер? Через несколько дней я тоже возвращаюсь в университет — может, загляну к ним?
— Да, — Линь Ицинь машинально отвечал, ставя бокал и направляясь к выходу.
— Линь-шао, я только что заметила внутри ту картину…
Его тут же окружили люди, и выбраться стало невозможно. Снаружи уже собралась большая толпа — не только приглашённые гости, но и случайные прохожие с художественной улицы. Все восхищались росписью на стене: кто-то обсуждал технику, кто-то просто любовался.
— Ночью она выглядит ещё прекраснее! Когда включат все лампы, станет ещё эффектнее. Картина идеально сочетается с интерьером галереи — настоящий штрих гения!
— Да уж, по эскизам такого и представить было нельзя.
Рядом одна девушка тянула за рукав Сяо Цинь:
— Сяо Цинь, ты тоже молодец! Эти лампы очень сложно настраивать, а ты ради них даже…
— Э-э… Сяо, мне пора к оборудованию. До начала осталось пять минут, — перебила её коллега Чжан Сяо, неловко улыбнулась и ушла.
Когда она ушла, другая сотрудница заметила:
— Даже без ламп картина потрясающая. Главное — сама живопись.
Сяо Цинь поправила наушник в ухе и отошла в сторону.
Сяо Нянь уже приехала — вместе с доктором Лю. Цзи Жань не смогла сопровождать её из-за важного собеседования. Доктор Лю, опасаясь давки, вызвался отвезти Сяо Нянь. Они не стали подходить близко и остались напротив, у информационного стенда.
Чэн Янь первым вышел и сразу подошёл к ним. Он был общительным от природы и, пока Сяо Нянь не могла возразить, ненавязчиво выяснил у доктора Лю, каково их родство. Чтобы не раскрывать диагноз пациентки, доктор Лю просто сказал, что он её старший брат.
— Старший брат? Ха-ха-ха! Вот как! — Чэн Янь весело посмотрел на них обоих.
Доктору Лю показалось это странным, и он внимательнее взглянул на собеседника.
Чэн Янь поспешил пояснить:
— Я имел в виду, что вы оба такие выдающиеся — ну просто настоящее семейство! Ха-ха-ха!
Он не хотел говорить при Сяо Нянь — боялся, что та сразу откажет, — и отвёл доктора Лю в сторону:
— Можно вас на пару слов? Есть один вопрос по поводу госпожи Сяо…
http://bllate.org/book/7472/702117
Готово:
