Глава 68. Титан.
Чжэн Чэнлин не мог скрыть своего удивления.
— Я в шоке, как это Сяо Чи вообще…
На мероприятии присутствовало более двадцати человек, большинство из которых были либо профессионалами в мире отечественного скалолазания, либо преданными поклонниками. Все они в этот момент думали об одном: как так вышло, что профессиональный сноубордист демонстрирует нам техники скалолазания с одной рукой?
Но Чи Юй словно не замечал окружающих, он лишь про себя повторял шаги.
Левая рука прямая. Эту руку всегда нужно держать прямой — так экономишь силы. Поменять правую ногу на левую, наступая на носок. Тело должно быть прижато к стене, не раскачиваться. Затем упереться левой рукой. Поднять правую ногу, найти следующий выступ. Набрать силы, сделать небольшой dyno-прыжок, ухватившись за левый верхний выступ, затем подтянуть левую ногу...
Всё это было в точности так, как Хуан Хэ показывал ему шаг за шагом в Сквомише.
В зале стояла полнейшая тишина, все задержали дыхание, наблюдая, как Чи Юй, используя только левую руку и обе ноги, потратил чуть больше двух минут, чтобы методично чётко пройти этот маршрут V2.
— Он... и вправду научился, — пробормотал Лян Муе.
Спрыгнув с вершины стены, Чи Юй, как и все остальные, должен был рассказать свою историю.
Под взглядами десятков людей, он поправил слуховой аппарат, чтобы убедиться, что он установлен как следует. Чи Юй всё ещё не привык к таким ситуациям, поэтому сказал всего несколько простых слов.
— В Сквомише я сломал правую руку. Но когда выбрался на прогулку с друзьями, Хуан Хэ нашёл для меня простой маршрут, который называется «Титаник». Он сказал, что это его любимый маршрут для начинающих. Он научил меня, как пройти его, используя только левую руку. Тогда я запомнил, но не смог это сделать. А теперь я научился.
Лян Муе поднял голову, и посмотрел на Чи Юя. А он в свою очередь, как только закончил говорить, устремил свой взгляд, горячий и пронизывающий, прямо на Лян Муе.
Так вот, что Чи Юй имел в виду в том прощальном голосовом сообщении для Хуан Хэ — он говорил именно про этот урок. У Лян Муе что-то болезненно сжалось в груди, и он опустил голову, больше не осмеливаясь встретиться взглядом с Чи Юем.
После завершения мероприятия началось свободное время для скалолазания. И Чжэн Чэнлин первым увёл Чи Юя.
Между тем, Лян Муе тайком снова достал камеру и воспользовался оставшимся временем, чтобы заснять немного материала для фильма с Пань Игэ. Чжун Яньюнь отправился на маршрут Хуан Хэ «Маленькая вселенная», а Ван Юй развлекала других гостей. Они с женой, согласно пожеланию Чжун Лэлэ, оставили его на попечение «дяде Муе».
Сейчас Лян Муе сидел перед монитором, одной рукой обнимая Чжун Лэлэ, а другой показывая на экран. Камера была направлена на Пань Игэ, который в это время проходил маршрут на стене Шуйцзян, но взгляд Лян Муе блуждал всё время где-то по сторонам. Чжэн Чэнлин как раз помогал Чи Юю пройти сложный маршрут V4.
Лян Муе уже решил, что скажет Чи Юю. В его голове крутились два вопроса, которые он собирался задать. Пока он на мгновение задумался, Пань Игэ уже вышел за пределы кадра, а Чи Юй пропал из поля зрения в дальнем конце скалодрома. И вдруг знакомый голос неожиданно раздался у него за спиной.
— Нам нужно поговорить.
Это Чи Юй нашёл его за монитором.
В очередной раз всё пошло не по сценарию, который Лян Муе продумал заранее.
— После окончания мероприятия? — удивлённо спросил он. Его мысли бежали одна за другой: «Ты сейчас не в отношениях? Сможешь ли ты простить мне мою эгоистичность и недопонимание? Если первый ответ «нет», а второй — «да», только тогда я задам третий вопрос. Но этот вопрос в любом случае нельзя задавать здесь, в такой обстановке, на виду у всех. Это будет поспешно и неуместно.»
Чи Юй заговорил торопливо, нахмурив брови.
— Можно сейчас?
Лян Муе ничего не оставалось, как попросить Го Фаня присмотреть за камерой и передать Чжун Лэлэ обратно Ван Юй. Он пошёл вслед за Чи Юем и они вышли в коридор, в котором находилась эвакуационная пожарная лестница.
Чи Юй задержал дыхание, остановился, а затем сразу же обернулся к Лян Муе.
— Здесь подойдёт.
Даже в такой обстановке Лян Муе оставался достаточно спокойным. Он первым нашёл, что сказать.
— …Ты запомнил, как пройти маршрут «Титаник» с одной левой рукой. И не просто запомнил, ты его прошёл. Это впечатляет.
Чи Юй просто кивнул в знак признательности.
— В последнее время я учусь скалолазанию, чтобы своими силами подниматься на горы, с которых хочу спуститься, — он на мгновение замолчал, — Лян Муе, я не хочу отнимать у тебя много времени. Скажу всё, что хотел, и уйду.
На ту гору, которую он жаждал больше всего покорить и о которой всё время мечтал, можно попасть только поднявшись самому, поскольку туда невозможно добраться на вертолёте. Чи Юй не произнёс слово Вэймин — Безымянная вершина — но они оба уже понимали, о чём речь. Лян Муе, кажется, начал догадываться, что сейчас произойдёт. Он поднял голову и встретился с ним взглядом.
Но на этот раз Чи Юй не стал ждать его разрешения. Он давно был готов к этому разговору, заранее тщательно обдумав свои слова. Его голос был спокоен и уверен, не таким, каким он бывал раньше.
— В Сквомише, да и после этого, Хуан Хэ многому меня научил. Не только тому, как пройти «Титаник» одной рукой. После того как я выиграл чемпионат FWT, он прислал мне голосовое сообщение — то самое, на которое я так и не ответил. Он сказал: «Чи Юй, счастье должно быть, победы должны быть, друзья должны быть, но и любовь тоже должна быть».
Эти четыре последних слова прозвучали слишком прямо. Взгляд Лян Муе стал проникновенным, когда он посмотрел Чи Юю в глаза. Но на этот раз Чи Юй не испугался. Он уже знал правду. Он терял слишком много раз и уже больше не мог отступать.
Его эмоции хлынули наружу, словно поток, прорвавшийся сквозь все преграды.
— Ты знаешь, я никогда ни о чём не прошу. С тех пор как мы встретились, я ни разу не принуждал тебя, не умолял. Мы оба взрослые люди. Я понимаю, что это так называемые «правила игры».
— Тебе не нужно… — перебил его Лян Муе. — Подожди, Чи Юй. Может, ты сначала выслушаешь меня? — быстро заговорил он.
Не нужно было просить — одной лишь улыбки Чи Юя хватило бы, чтобы Лян Муе растаял. Как он вообще мог допустить, что Чи Юй будет его умолять?
Но на этот раз Чи Юй пошёл вопреки его желанию. Его голос слегка охрип, слова стали путаться, но он упрямо продолжал:
— Я не хочу слушать, не сейчас — дай мне договорить. Муе, жизнь слишком коротка. Хуан Хэ в Яншо, Игэ в Гету, а ты на стометровой стене — даже со страховкой можно сорваться и вывихнуть руку…
— Как ты узнал?
— …Я к тому, что все эти годы мне казалось, что я делаю правильный выбор, но в итоге я постоянно что-то теряю. Эти «правила» вообще со мной не считаются, так почему я должен их соблюдать? Поэтому сегодня я хочу попросить тебя всего один раз. Ты уже однажды меня простил. Почему бы не дать мне ещё один шанс?
Лян Муе смотрел на него, чувствуя, как в глазах защипало, а горло пересохло. Из-за собственного чувства приличия и гордости он перебрал в голове множество вариантов развития событий, спланировал несколько способов, как можно будет отвечать. Но ни в одном из этих сценариев не было того, что происходит сейчас.
Прошло секунд десять, прежде чем Чи Юй, сжав губы, произнёс дрожащим, низким голосом:
— Скажи хоть что-нибудь.
На пути в отель, сразу после того, как они узнали о смерти Хуан Хэ, Лян Муе всё время был погружён в свои мысли. Как только Чи Юй вышел из машины, Лян Муе заметил, что у обочины припаркован красный «Highlander».
В следующее мгновение багажник открылся. Но внутри не оказалось ни сноубордов, ни спальных мешков, ни той атмосферы. Вместо этого там была сложенная детская коляска с мультяшным рисунком. В этот момент воспоминания оборвались.
Тогда он не думал ни о каком фильме про спуски с гор, ни о проектных планах, ни о Word-документах, ни о спонсорах. Все его великие замыслы оказались всего лишь отговоркой. Он вовсе не был таким грандиозным, как ему самому казалось.
На самом деле он думал лишь о том, что в багажник Хайлендера Чи Юя можно было бы поместить полвселенной, и даже если настанет конец света, там можно будет пережить десять, а может, и пятнадцать дней. Опустить солнцезащитный экран — и плевать на всё. Сейчас он хотел просто поцеловать его так, чтобы небо закружилась, земля ушла из-под ног, а завтрашний день перестал существовать.
И он так и сделал.
Лян Муе опустил голову, схватил Чи Юя за воротник и прижал его к стене, целуя жадно, снова и снова.
Пожарный коридор был тёмным и узким, воздух — влажным и горячим. Их губы встретились, и в этот момент растаяли даже самые толстые слои снега и льда.
Они не знали, сколько длился этот поцелуй. Казалось, что весь кислород, находившийся в этом коридоре, закончился. Но Лян Муе всё ещё держал Чи Юя за воротник, не желая отпускать.
Во тьме Чи Юй сумел украсть мгновение, чтобы перевести дыхание. Его лицо было спокойным, и в этот момент он даже, наконец, немного расслабился. Даже прищурил глаза и улыбнулся.
Сначала пришло потрясение, а затем тупая боль. Лян Муе подумал, что однажды он уже отказал ему, дважды его ранил, а наказывал — бесчисленное количество раз. И теперь, несмотря на всё это, именно Чи Юй оказался тем, кто проявил смелость и сделал первый шаг.
— Не нужно, — произнёс Лян Муе.
— Не нужно что…?
— Чи Юй, тебе не нужно просить. И не нужно, чтобы тебя прощали.
— Тогда… сможешь ли ты… — Чи Юй только начал говорить, как вдруг раздался громкий хлопок. Его нервы и без того были напряжены, и он чуть не подскочил от испуга.
Дверь пожарного выхода распахнулась, и вбежал Чжэн Чэнлин.
— Эй, эй, давайте поговорим спокойно, зачем сразу в ход пускать руки… — Издалека, через стекло в двери, ему было видно лишь спину Лян Муе, который обеими руками держал Чи Юя за ворот футболки. Он уже подумал, что между ними вспыхнул конфликт и Лян Муе собирается его избить.
Подойдя ближе и увидев выражение лица Чи Юя, Чжэн Чэнлин осознал, что всё неправильно понял, и даже слегка смутился.
— Э-э, Лао Чжун сказал мне найти вас здесь… — неловко стал оправдываться Чжэн Чэнлин.
— Лао Чжэн, — Лян Муе почувствовал, как его спина покрылась тонким слоем пота, — Неужели нельзя было немного подождать? — сказал он с досадой.
— У меня срочное дело.
Только тогда Лян Муе отпустил Чи Юя и поправил его футболку, после чего повернулся к Чжэн Чэнлину.
— Ну, говори.
— Я только что болтал с Хуэйхуэй, она сказала, что транслировала всё сегодняшнее мероприятие для тёти Чжан в прямом эфире. Тётя сказала, что её очень тронули ваши слова.
— Тётя Чжан… — Лян Муе, которому не хватало кислорода, некоторое время пытался осмыслить услышанное. — Мама Хуан Хэ, тётя Чжан? Так она… снова дала согласие?
— Не только согласие. Хочешь узнать, что она ещё сказала?
— Лао Чжэн, давай уже без этих загадок. Не тяни.
— Она сказала, что это не она просила отборочную комиссию фестиваля не допускать фильм. Да, она действительно выражала свои опасения организаторам в одном из разговоров, но это было два месяца назад. Но она никогда не говорила: «Я не хочу, чтобы этот фильм был показан», — выпалил Чжэн Чэнлин на одном дыхании.
Лян Муе чуть не задохнулся от неожиданности. Он на мгновение встретился взглядом с Чжэн Чэнлином, и они оба думали об одном и том же!
— Блять! Чёртов Ян Лифэн! — выругался Лян Муе не обращая внимания на присутствие Чи Юя.
Организаторы сказали, что фильм нельзя допустить к показу из-за уважения к чувствам семьи, но семья теперь утверждает, что ничего подобного не говорила. Услышав эту версию, Лян Муе, конечно же, поверил в историю с родственниками, у которых не было никаких других скрытых мотивов. Кто же стоял за организаторами? Конечно, его давний недруг— Ян Лифэн из Lifeng Expeditions, это явно он посодействовал, чтобы фильм не вышел.
— Они прикрылись именем семьи, наверное, думали, что смогут надавить на нас, используя такой серьёзный повод. Они рассчитывали, что мы не осмелимся возразить.
— Ну, они явно просчитались.
— Значит, есть шанс?
Последние несколько дней Лян Муе спал по три-четыре часа, без остановки монтируя фильм, словно от этого зависела вся его жизнь. Глаза у него покраснели от усталости, а голос стал хриплым.
Он решительно произнёс:
— Есть шанс или нет, но мы должны спасти этот фильм.
Чжэн Чэнлин разблокировал свой телефон.
— Последний рейс в Пекин в 19:30, мы ещё можем успеть. Лао Чжун как раз собирается отвезти Хуэйхуэй, а в Чунцине на дорогах только он хорошо ориентируется...
Лян Муе посмотрел на часы и, наконец, принял решение.
— Пошли, уходим прямо сейчас! — сказал он.
Чи Юй, всё ещё не оправившийся от эмоционального потрясения, теперь наблюдал за очередной бурей вокруг. Его мысли не поспевали за разговором двух мужчин. Он застыл в стороне, забыв все заранее заготовленные слова.
Однако в жизни Лян Муе и Чжэн Чэнлина, явно, происходило нечто гораздо более важное. Ян Лифэн — имя звучало знакомо. Чи Юй знал, что последние полтора года Лян Муе усердно работал над фильмом «Восхождение», и сейчас был самый ответственный момент. Лян Муе ждал два месяца, а, может, и два года. Поэтому Чи Юй был непротив подождать ещё несколько дней.
И Лян Муе это понял.
— Чи Юй, жди меня, — сказал он повернувшись к нему и понизив голос — Никуда не уходи, просто жди, пока я не вернусь.
Его голос был твёрдым, а в глазах сиял свет, который он не мог скрыть, как будто делился тайной, известной только им двоим.
— Я ещё должен... — начал было Чи Юй, но Лян Муе протянул руку и осторожно коснулся его лица. Кончиками пальцев он провёл по шраму у его глаза. Тот самый шрам, что был запечатлён в его памяти.
Швейцария, тренировки, обещанный фильм для Vitesse, другие обязательства — всё это казалось таким далёким сейчас.
Одна секунда, две, три...
И он дождался, когда Чи Юй кивнул и тихо произнёс: «Да». Только тогда Лян Муе развернулся и бросился догонять Чжэн Чэнлина. Они спустились по пожарной лестнице на первый этаж, а затем на улицу.
Чжэн Чэнлин протянул руку и громко закричал:
— Лао Чжун! Подожди! Подожди нас!
Чи Юй подошёл к окну у пожарного выхода. Последнее, что он увидел, — это как двое высоких мужчин бежали на фоне закатного неба с такой скоростью, словно участвовали в забеге на сто метров.
Двигатель машины оглушительно ревел, деревья за окнами сливались в размытые тени, улицы сменялись одна за другой. Их мечты стремились вперед, а яркие огни города оставались позади.
Примечание автора:
Название главы — Титан (гигант), взято как часть слова Титаник.
http://bllate.org/book/12440/1107832
