На следующее утро я был уверен, что Се Хэнцзинь уйдёт, исчезнет, как и положено тайному убийце: чисто, быстро, бесследно.
Ну, как минимум вернуться в свой сюжетный трек — убивать, мстить, строить бизнес-империю... не знаю, заниматься делами настоящего мужского героя.
Проснувшись, я вслепую потянулся рукой в сторону пустого места на кровати — и наткнулся на что-то твёрдое.
Тут же раздалось приглушённое, недовольное "ммф".
А следом — тёплое тело прижалось ко мне со спины.
Он не ушёл.
Се Хэнцзинь не просто остался — длинная рука обвилась вокруг меня, прижимая крепко, уверенно, будто я был плюшевой игрушкой, а он — хозяином, который не желает выпускать её из рук. Он мялся, тёрся, укладывался поудобнее, как будто был дома. Как... муж.
И пока я пытался не дышать, отчётливо ощущая то самое, что невозможно проигнорировать, в голове звучала только одна мысль:
Дружище, ты что, реально решил, что это твой дом? И что я — твой законный муж?
Внутри я бесновался, хотел кричать, рыдать, закидывать в него подушками, но на лице не смел показать ни капли возмущения.
Стиснул зубы и терпел, надеясь только на одно: пусть он проснётся. Полностью. И уберёт от меня руки.
Но судьба решила добить.
Некоторые люди просыпаются не сразу... точнее, тело просыпается раньше головы.
И вот когда он начал прижиматься ко мне ещё настойчивее, сильнее, горячее, а у меня самого тело начало предательски реагировать...
Се Хэнцзинь, вместо того чтобы остановиться... пошёл дальше.
Тут моё терпение лопнуло.
Я уже не думал ни о сюжете, ни о здравом смысле, ни о собственной безопасности — меня просто прорвало.
Я с размаху дал ему пинка и буквально вышвырнул с кровати.
Он рухнул на пол с глухим "бум".
И только потом до меня дошло: я пнул мужского протагониста, который по канону мстил за каждую мелочь.
Но, если честно, в тот момент я считал это самым разумным поступком с момента переселения.
Се Хэнцзинь поднялся с пола, словно только что выбрался из канавы: взъерошенный, недовольный, с выражением "кто меня разбудил и зачем". В глазах — полусонная растерянность и обида человека, которого внезапно вышвырнули из уютного мира подушки и одеяла.
— Малыш... это ты меня сейчас пнул? — прохрипел он.
— А? Нет! Конечно нет! Ты что, с просонья спутал? — выдал я самым невинным, бестолковым голосом.
И, вспомнив роль "слепого мужа", сел ровнее и уставился куда-то мимо него, делая глаза максимально пустыми.
Се Хэнцзинь, кажется, принял это за чистую монету. Просто натянул одежду, зевнул и пошёл умываться.
Как только дверь за ним закрылась, я выдохнул, словно в груди застрял ночной туман.
Время действовать.
Я принялся лихорадочно рыться в вещах, отыскивая телефон оригинального хозяина тела.
С тех пор как я попал сюда, я не знал, куда идти, кому верить, что делать.
Возвращение домой — под вопросом, правила мира — неизвестны.
А после вчерашнего... да после каждого взгляда Се Хэнцзиня — я был напуган до дрожи.
И когда наконец выпала возможность — пусть и крошечная — я схватил её обеими руками.
Я должен вызвать полицию.
Плевать, что он главный герой книги, крутой, беспощадный, бизнес-маньяк и без пяти минут бог войны.
В моём мире любая жизнь имеет цену. Убийство — это убийство. Оно требует расплаты, и точка.
Да, я идеалист. Да, наивный.
Но это была единственная дорога, которая хоть немного напоминала спасение.
К тому же рано или поздно он поймёт, что я вовсе не слепой. Стоит ему заметить хоть тень несоответствия — и Се Хэнцзинь, чтобы оборвать лишний конец, уберёт и меня.
Этот страх висел надо мной, как дамоклов меч: холодный, острый, уже почти касающийся кожи.
Будучи один-одинёшенек в незнакомом мире, без родных, без друзей, без опоры, я понимал: у меня есть только один выход — вызвать полицию.
Пусть Се Хэнцзинь, этот убийца, понесёт ответственность. Пусть закон разберётся с ним, а не я.
Я перевернул комнату вверх дном — ящики, углы, подушки — и, наконец, в одном забытом закутке нашёл телефон.
Наконец-то!
Едва успел взять его в руки — даже не разблокировал...
Как вдруг в тишине раздались шаги. Быстрые, уверенные, направленные прямо ко мне.
— Малыш, завтрак готов, — раздался голос за дверью.
— Я всё приготовил. Пойдём есть.
Я подпрыгнул от страха, как школьник, застуканный с сигаретой. Телефон моментально оказался под подушкой, а сам я рухнул обратно и закрыл глаза, изображая глубочайший сон.
Дверь открылась.
Се Хэнцзинь подошёл, без лишней церемонии выудил меня из-под одеяла, словно котёнка, нашёл моё лицо и... чмокнул в щёку.
Лёгко. Нежно. Привычно.
Мы выглядели как самая милая и влюблённая пара во всём мире.
А я — как человек, который осознал, что его жизнь всё глубже вязнет в липкой, опасной, совершенно безумной трясине по имени Се Хэнцзинь.
Мы со стороны действительно смотрелись как новобрачные.
Меня от этой мысли передёрнуло.
Я осторожно оттолкнул его лицо ладонью — только так его поцелуи наконец прекратились.
Сохранив вид "слепого", я на ощупь умылся, оделся и сел за стол.
Се Хэнцзинь сел напротив и уставился на меня так, будто я — не человек, а лакомое блюдо.
Этот взгляд прожигал, лизал, скользил по коже так, что мне хотелось исчезнуть под пол, казалось, стоит мне сделать лишний вдох — он меня съест.
Мне было не по себе настолько, что хотелось всем телом вжаться в спинку стула. Но я никак не мог подать виду: оригинальный "я" был слепым, а значит — не должен был замечать ничего.
Приходилось терпеть.
Этот завтрак стал самым мучительным в моей новой жизни. Каждый кусок будто скрипел на зубах, каждый его вдох будто натягивал нервы струной.
Я молился, чтобы он ушёл на работу как можно скорее, оставил меня одного, дал шанс вытащить телефон и позвонить в полицию.
Но, конечно... конечно, всё пошло иначе.
Но, кто бы мог подумать: позавтракав, он не только не спешил уходить, но и продолжал липнуть ко мне, не отходя ни на шаг.
— Муж... ты сегодня не идёшь на работу? — спросил я, изобразив на лице тревогу.
Се Хэнцзинь тем временем спокойно подошёл к шкафу, вытащил всю одежду моего "оригинального мужа" и без малейших колебаний выбросил её в мусорное ведро, не глядя.
Потом начал что-то собирать — то ли вещи, то ли документы, непонятно.
— Сегодня выходной, — ответил он буднично.
— Малыш, давай переедем?
Он говорил это как вопрос, но движения выдавали обратное: он уже раскрыл чемодан и запихивал туда мои вещи, даже не взглянув на меня.
Я открыл рот, но замялся.
Да ты уже пакуешь чемодан... моё мнение тут вообще имеет хоть какой-то вес?
— Переехать? А... почему? — осторожно спросил я. — Тут... дома что-то случилось?
Се Хэнцзинь замер, затем подошёл и аккуратно обнял меня.
— Нет, что ты. Тут всё в порядке.
Я просто подумал, что это место слишком далеко от офиса, неудобно добираться. Хочу выбрать что-то поближе.
И сказал он это так ровно, так искренне, что никто в здравом уме не заподозрил бы в нём человека, который вчера без колебаний зарезал другого человека.
— Тогда я... соберу свои вещи, — тихо предложил я, изображая готовность помочь.
Я сел, делая вид, что на ощупь ищу свои вещи, пытаясь сложить хоть что-то.
Но Се Хэнцзинь остановил меня, взяв мою руку в свою.
— Не нужно, малыш. Я распоряжусь — всё соберут и отправят прямо в наш новый дом.
В итоге я оказался в его "новом доме" — если точнее, меня туда почти занесли.
Се Хэнцзинь ещё и произнёс с видом глубокой заботы:
— Малыш же не видит... упадёшь — мне будет очень больно.
Да уж. Тебе. Конечно. Обязательно тебе.
http://bllate.org/book/18101/1736283
